В постели с незнакомцем - Мэри Уайн

— Вам никому не приходило в голову, что, случись такое дело, нашлось бы множество свидетелей? Или я должен предположить, что подобные вредные травы хранятся незапертыми?

Лицо у Байд покраснело, она прикрыла рукой связку свисающих с ее пояса ключей. Быть кухаркой означало распоряжаться дорогостоящими травами, которые служили приправами, а также лекарствами. Никто не мог без нее отпереть маленький ящик, в котором они хранились. Ключи были символом ее положения в Стерлинге, они никогда не оказывались вне поля ее зрения. Она открыла рот, но не смогла ничего сказать от ужаса. Анна отвернулась. Ее вина стала еще более очевидной.

Она не заслуживала того, чтобы Бродик ее защищал. Это была сущая правда, что она совершила нечто, что было вредно ему. Из-за нее он лишился приданого, на что затратил так много усилий, договариваясь с отцом, Анна была убеждена, что Бог через посредство прислуги заставляет ее сделать признание.

От сознания вины ее затошнило. Анна выбежала из кухни.

— Хозяйка была очень добра ко мне.

Бродик повернул голову, чтобы увидеть единственного человека, который похвалил его жену. Перешагивая через порог, молодая Энис помогала себе руками отыскать дорогу.

— Почему ты так говоришь?

Энис наклонила голову в его сторону и опустила ее, словно могла видеть, что он смотрит на нее.

— Госпожа много дней помогала мне прясть. Она подавала мне такие вещи, которые я не могу видеть. Она хорошая чесальщица. И не уходила, сколько бы ни тянулась работа.

Бродик внезапно почувствовала себя усталым, даже более усталым, чем когда-либо раньше. Стену ненависти между Шотландией и Англией, похоже, невозможно преодолеть. Его жена отсиживается в прядильне, вместо того чтобы взять под контроль Стерлинг. Однако она не ленива. Он не знал, что теперь предпринять.

Он мог быть хозяином замка и земли, но это, судя по всему, не прибавляло ему веса в этой баталии. Это его злило. Но не с этим чувством он входил в кухню, готовясь отхлестать упреками нескольких девушек.

Его гнев вызывало несправедливое отношение к его жене. Он хотел, чтобы ее не коснулись те нелепые недобрые предрассудки, которые существуют между их странами. Именно надежда сблизить людей и преодолеть их враждебность руководила им во время переговоров с ее отцом. Эта женщина была достойна большего, нежели быстрого осуждения.

— Никто из нас не выбирает родителей. Я разочарован многими из вас. Стерлинг никогда не был таким форпостом несправедливости, каким я нашел его сегодня.

Он ушел. Друс и другие мужчины последовали за ним, некоторые выглядели смущенными.

— Какой мужчина способен когда-нибудь понять, о чем думает женщина?

Бродик не был склонен так запросто отмахнуться от проблемы.

— Почему она проводит время в прядильне, вместо того чтобы занять место хозяйки Стерлинга?

Друс нахмурился.

— Уж не собираешься ли ты снова проявить подозрительность по отношению к ней, кузен? Тогда это не принесло ничего доброго.

— Ты говоришь глупости.

Но даже если Друс был прав, подозрения не оставляли его и омрачали мысли. Мэри что-то скрывала от него. В этом он был уверен.

Глава 10

— Господин просит вас спуститься во внутренний двор и поехать с ним.

Горничная наклонила голову, прежде чем покинуть комнату.

Анна вздохнула. Уважение ничего не значило, если оно оказывается по принуждению. Она понимала это настолько хорошо, что ей стало не по себе, когда она увидела, как девушка торопится уйти. Слезы подступили к глазам, но плачем этому горю не поможешь.

«Возможно, поможет исповедь…»

Ее мучило искушение. Однако она боялась. Бродик оттолкнет ее от себя. Она понимала это сердцем, и это заставляло ее страдать. Он имеет на это право. В этом не было сомнений, но Анна хотела отодвинуть тот момент, когда он перестанет смотреть на нее с такой нежностью.

Перестанет ласкать ее тело…

Анна вынуждена была поморгать, чтобы убрать слезы раньше, чем две горничные, пришедшие помочь ей одеться, их заметят. Дела для них было немного, но они стали приводить в порядок волосы и кое-что из одежды. У Анны не хватило мужества быть с ними построже.

Даже чувствуя с такой остротой свою вину перед Бродиком, Анна не могла побороть желание быть рядом с ним. Ее вожделение в самом деле сгубило ее, как о том и предупреждала церковь. Она поддалась соблазну и впала в грех.

Еще один раз — и затем она исповедается.

Но сначала она в последний раз разделит ложе со своим возлюбленным.

Улыбка набежала на ее уста, когда она повернулась и поспешила вниз, во внутренний двор. Внезапно она почувствовала себя счастливой, полной распиравшей ее светлой радости, от которой она могла, казалось, взорваться.

Причина была простой. Ее ожидал Бродик. Граф и хозяин Стерлинга подумал о том, чтобы покататься с ней верхом. У них будет свидание, и эта мысль заставила ее ускорить шаг. Даже пусть она пришла к нему с помощью обмана, он хотел ее. Он не распознал обмана и не отверг ее, предоставил ей ложе хозяйки. Она будет наслаждаться этим. Радоваться, пока весеннее солнце согревает землю.

И так будет до тех пор, пока не откроется горькая истина.

Бродик являл собой восхитительное зрелище. Сильный и идеально сложенный.

Анна задержалась на ступеньках и улыбнулась, увидев, как великолепно он выглядит, ожидая ее. Он был не в седле, а стоял рядом с кобылой, на которой Анна приехала в Стерлинг, и протянул к ней руку, когда она появилась, чтобы помочь ей сесть в седло.

— Думаю, пора показать тебе кое-что из земель Макджеймсов.

Он поднял ее с такой легкостью, словно она была ребенком, водрузил на кобылу и подал поводья.

— Спасибо, милорд.

Он нахмурился, и сам, словно ребенок, сморщил нос.

— Я не могу называть тебя по имени на глазах у других.

Он сел в седло и окинул взглядом любопытных, которые наблюдали за ними. В его темных глазах отразилось удовлетворение. Затем он в упор посмотрел на нее:

— Сделай это.

Анне вдруг захотелось снова разразиться слезами. Он устраивал публичное представление, демонстрируя перед слугами теплые чувства к ней, не приказывая слугам любить ее. Это было умно и трогательно, и Анна вынуждена была наклонить голову, чтобы спрятать блеснувшие на глазах слезы.

— Ты очень добр, Бродик.

— Это совсем неудивительно в браке, девочка. — Он теплой рукой дотронулся до ее подбородка. — Поскольку мы заключили благородный союз, он не должен быть несчастливым.

Бродик улыбнулся и тряхнул головой.

— Поехали со мной, девочка. День ясный, и мне уже пора хоть немного познакомить тебя с Шотландией. Это красивая страна.