Фантастика 2024-179 - Руслан Ряфатевич Агишев

себя со мной, щенок?! — Дал волю гневу граф, уже даже не пытаясь сдержать крик. — Что ты можешь знать об отцовской любви, сопляк? Говори, кто похитил мою дочь???

— Я вас прошу, успокойтесь господин Берг. — Я изо всех сил постарался сохранять невозмутимость.

— Ты бы знал, Ульберг, как сильно я хочу вышибить тебе мозги сейчас! За то, что втянул мою дочь неизвестно во что, за то, что подверг ее опасности! Я сдерживаю себя, потому что только ты можешь мне помочь отыскать ее. Как бы я не ненавидел тебя — я вынужден просить твоей помощи! Ради Эйвы. И я даю тебе свое нерушимое слово, что, если ты найдешь мою Эйву, ты можешь просить у меня, что пожелаешь.

Отлично! Я переживал за Эйву и в любом случае искал бы ее, но вознаграждение от ее отца явно не будет для меня лишним. И я уже знаю, что попрошу у него.

— Почему вы решили, что Эйву похитили именно мои враги?

— Я дурак, чтобы верить в подобные совпадения? — спросил граф, бросая на меня очередной, полный ярости, взгляд. — Конечно, у меня тоже есть недоброжелатели, но никто из них не посмел бы пойти на такой шаг… на такое безумие! А вокруг тебя полной смертей, ты словно магнит для бед. Кому ты перешел дорогу, парень?

— Викару Нильсону, — сказал я правду.

— Чем же ты так не угодил графу Нильсону, Ульберг? — недоверчиво взглянул на меня Берг.

— Это только наше с ним дело, граф. К тому же, сейчас нет времени для подробных объяснений. Каждая минута на счету.

— В этом ты прав. Если ты говоришь правду, и этот подлец похитил мою дочь…

— Господин Берг, прошу, не горячитесь, — перебил я его. — Нильсон достаточно умен, чтобы все сделать чисто, вы не можете просто прийти к нему и требовать освобождения Эйвы. Доказать, что ее похитили именно Нильсоны, тоже не получится так просто. Тут надо действовать окольными путями, быть хитрее.

— И что же ты предлагаешь?

— Нам нужен кто-то из приближенных Нильсонов, кто может располагать информацией о местонахождении Эйвы. Я знаю одного такого человека. Это девушка — мразь, которую Викар Нильсон подослал, чтобы убить мою служанку и друга моего покойного деда. Проблема в том, что я не знаю, где ее искать. Но с вашими связями…

— Кто она? — нетерпеливо перебил меня Берг.

— Боюсь, я не смогу ответить даже на этот вопрос. Наверняка знаю лишь то, что она — огненный маг. Представилась эта тварь Ингой-Илвой. Не спрашивайте, почему у нее два имени. Вероятно, ни одно из них не является настоящим.

— Огненный маг, говоришь… Подожди-ка меня здесь, я скоро вернусь.

Граф Берг покинул гостиную. Я опустился на кресло из темного дерева, обитое бархатом. Гостиная была средоточием изысканной роскоши и уюта одновременно. Приглушенный мягкий свет заливал пространство. Вся мебель сделана из темного дерева. У дальней стены — большой черный рояль.

Я вообразил на секунду, что за ним приятными вечерами сидит Эйва, и ее изящные пальцы порхают над клавишами. Умеет ли графиня играть на рояле? И почему я не знаю ответа на этот вопрос? Мне стало тоскливо от этой мысли.

Граф вернулся спустя минут двадцать. В руках он нес стопку газет.

— Что это, граф? — спросил я.

— Читай. — Берг бросил газеты на низкий круглый столик передо мной.

Я взял их в руки. Что за вздор? Зачем мне читать газету десятилетней давности?

Заголовок гласил:

«Семья барона Олсона сгорела заживо в собственном доме».

— Что это? — поднял я изумленный взгляд на Берга.

— Читай.

Я принялся быстро бегать глазами по строкам.

«…возникло возгорание… вся семья, включая малолетних детей, сгорела заживо… члены семьи оказались заперты в собственном доме… ничего не уцелело… остались обширные фруктовые сады… Викар Нильсон выкупил их за бесценок…».

«…Викар Нильсон выкупил их за бесценок…».

— Вы думаете, это дело рук Нильсона?

— Читай следующую, — велел Берг.

Я принялся за газету годовалой давности.

— «Виконт Кеннет Нильсон вызвал на дуэль внебрачного сына графа Стинсена… Бастард взял верх…», — прочитал я вслух. — И что нам с того?

— Возьми следующую газету.

Я последовал совету графа. Газета датировалась тем же годом, но была выпущена месяцем позже.

«Ужасные подробности смерти бастарда графа Стинсена.

…найден мертвым в собственной квартире… ожоги четвертой степени… пожар… утечка газа…»

Я принялся за следующую газету — пятнадцатилетней давности.

«Взрыв винодельного завода барона Генриха Ульберга».

А вот это уже интересно…

Я впился глазами в текст, но он не содержал ничего, чего бы я не знал. Опустив взгляд на фотографию под статьей, я едва сдержал крик изумления. На ней была запечатлена толпа зевак, пришедших посмотреть на останки завода. И среди них стояла… Илва! Очень юная, подросток, но это была она!

— Вот она! — указал я на фото твари, обращаясь к Бергу. Я огромным усилием воли заставлял голос не дрожать от волнения. — Это она убила мою служанку и друга.

— Ты уверен? — Берг выхватил из моих рук газету и стал пристально изучать фото.

— На все сто.

— Сиди здесь. — Граф быстрыми шагами направился к выходу.

— Господин Берг, постойте. — Я поднялся. — Вы сможете отыскать ту, что изображена на фото в газете?

— Я сделаю все возможное и невозможное для этого.

— Если получится ее найти… я сумею вырвать из нее правду. Но мне очень нужна ваша помощь.

— Говори, что требуется.

— Растения, граф. Мне понадобятся очень редкие растения, что растут на ваших землях.

* * *

За окном виднелось восхитительное закатное небо. Будучи юным, я любил лежать прямо на земле и любоваться им. Меня посещали мысли о том, что оно — лучший из шедевров Архитектора, спроектировавшего наш мир. Любой из миров.

Сейчас я глядел на небо и думал о том, что если бы оно зависело от того, что хорошего или плохого творится под ним — оно бы уже давно рухнуло, похоронив под своей тяжестью жалкое, ничтожное человечество, любимым занятием которого испокон веков было — проливать кровь друг друга.

Я отвернул взор от окна и взглянул на ту, что сидела напротив меня. Илва, которая на самом деле не была ею. Ингой она тоже не была. Алина Линд — вот настоящее имя убийцы моего друга и няни Акселя.

— Думаешь, сможешь меня заставить что-то тебе рассказать? — с издевкой спросила мразь. — Думаешь, я настолько слаба, чтобы поддаться тебе?

— Не думаю, — улыбнулся я уголками губ. — Но поверь — я заставлю тебя говорить.

Я поднялся