Лучший режиссёр (The best director) - WALL E

юноша, в случае победы тебе придётся четыре раза выходить на сцену.

Благодарственная речь? Ван Ян, улыбаясь, покачал головой. Хоть Стрэнг и сказал, что у него высокие шансы выиграть, в его кармане не лежало никой бумажки с речью.

— Я ничего не заготавливал, но уже всё обдумал и знаю, кого следует поблагодарить. Хм? Если правда получу награду, я ведь не потеряю дар речи от волнения? Ха! Я побывал на многих крупных торжественных мероприятиях.

Услышав тихий смешок Джессики и Крисси, Ван Ян добавил:

— Спокойствие, если я и выиграю что-то, то поблагодарю всё живое во вселенной, никто не останется обделённым.

— Джессика, он в последнее время не вёл себя как-нибудь странно? — с интересом спросила Крисси, направив микрофон на Джессику. — Например, говорил: «О боже, через три дня — „Золотой глобус“, осталось два дня, остался один день…»

Джессика сразу рассмеялась:

— Нет, нет, это я так вела себя.

Они с Ван Яном ответили ещё на несколько вопросов, затем Крисси сказала: «Спасибо вам, желаю хорошего вечера» — и со съёмочной группой NBC направилась к только что прибывшей Рене Зеллвегер. Ван Ян и Джессика, словно склеенные друг с другом, вместе повсюду ходили, вместе давали интервью, вместе разговаривали с другими знаменитостями. Спустя некоторое время Ван Ян увидел силуэт Роберта Дауни-младшего в сером костюме и оранжевых солнцезащитных очках.

Когда в прошлом году объявили номинантов на «Золотой глобус», съёмочная группа «Района № 9» устроила небольшой праздничный банкет, после чего Ван Ян больше не виделся с Робертом. Он с улыбкой крикнул:

— Роберт!

Роберт улыбнулся и помахал рукой, Джессика тихо сказала Ван Яну:

— Я отлучусь в туалет.

Ван Ян кивнул и один подошёл к Роберту, сказав:

— Старик, строишь из себя крутого в очках?

Роберт стукнулся с ним кулаками и со сморщившимся от улыбки лицом промолвил:

— Ага, визажист говорит, я так круто выгляжу.

Ван Ян, ни капли не церемонясь, снял с него очки и надел на себя, издав озорной смех:

— Я тоже крутой.

Роберт же мгновенно замолк, его взгляд устремился в отдалённый участок красной дорожки. Он увидел, как плавной походкой идёт к отелю одетая в чёрное вечернее платье с открытыми плечами женщина, чьи длинные золотистые волосы были завязаны в конский хвостик. За руку её держал простодушной наружности мужчина в костюме, журналисты наперебой кричали:

— Сара! Джессика! Сара…

— Смотрите туда!

Это была номинированная за «Секс в большом городе» на лучшую женскую роль в телесериале (комедия или мюзикл) Сара Джессика Паркер, а тем мужчиной был её муж Мэттью Бродерик.

— Она выглядит счастливой, — глаза Роберта выдавали нежность, затем он опять погрузился в молчание. Если бы только можно было повернуть время вспять, но это было невозможно. Он отвёл взгляд и пошутил над собой:

— Чёртов наркоша, так и суждено провести всю жизнь в одиночестве!

Ван Ян похлопал его по плечу, сказав:

— Роберт, иногда мне правда хочется, чтобы ты заново начал употреблять наркотики, тогда бы я получил 100 миллионов долларов.

Роберт, задрав подбородок, помотал головой:

— Нет, не получишь, никогда не получишь.

На самом деле с тех пор, как он успешно завязал с наркотиками, он наладил отношения с бывшей женой и сыном. И хотя о воссоединении пары не могло быть и речи, он снова получил право быть отцом.

— Я наслаждаюсь нынешней жизнью. Я потратил так много лет, прежде чем обнаружил, какой жизни мне по-настоящему хочется. Как глупо, — улыбнулся Роберт.

— Главное, чтобы впредь не глупил, — отозвался Ван Ян.

Двое людей не стали дальше углубляться, здесь было не место для обсуждения таких личных тем, вдобавок подступили любознательные журналисты:

— Ян! Роберт! Чем это вы тут занимаетесь?

— О! Волшебный юноша! — едва Роберт закончил давать журналистам интервью и отошёл, как молодая девушка в белом платье и с красным поясом приятно удивилась, видимо, что-то заметив, и, воодушевлённая, подошла к Ван Яну, с лёгким возбуждением сообщив: — Вау! Меня зовут Энни Гест, я дочь Джейми Ли Кёртис, — её лицо выражало упоение. — Ух! Я обожаю твои фильмы.

— Здравствуй, мисс Гест, рад знакомству, — Ван Ян пожал ей руку. Ранее он уже встречал нескольких фанатов.

Энни Гест стала рыться в сумочке, с надеждой спросив:

— Можно твою электронную почту? Или номер? Было бы здорово.

Ван Ян с улыбкой ответил:

— Хорошо, в конце концов я не из ФБР, чтобы секретничать.

Но он дал лишь тот номер, что предназначался для обычных знакомых. А тот номер, по которому ему можно было звонить в любое время, предназначался только для близких друзей.

Немного пообщавшись с ярой фанаткой Энни Гест, Ван Ян под предлогом покинул её, но озадачился: почему Джессика так долго в туалете? Он пошёл в отель и не успел ещё зайти, как увидел идущую навстречу Джессику со свесившейся головой и неловким выражением лица. У неё был растерянный вид. Ван Ян скорым шагом подошёл и спросил:

— Джесси, что случилось?

— Ян! — при виде Ван Яна взгляд Джессики зажёгся, к ней будто вернулась часть души. Подойдя к нему, она первым делом крепко обвила его правую руку.

Ван Ян ласковым голосом повторил вопрос:

— Что случилось?

Вспоминая недавнюю позорную сцену, Джессика до кончиков ушей залилась краской и, чуть всхлипывая, промолвила:

— Я там только что упала.

— Упала? Ты в порядке? — испугался Ван Ян, услышав ответ, и поспешил оглядеть её. Кажется, на теле не было никаких ран. Он облегчённо вздохнул и невольно улыбнулся:

— Ничего, ничего! Хорошо, что не поранилась. Как так вышло?

Джессика падала не в первый раз. Помимо повседневной жизни, в прошлый раз, на свадьбе Тома Уэллинга, она на глазах у всех чуть не плюхнулась на землю, но, к счастью, Ван Ян успел поймать её.

— Не знаю, я шла по коридору, шла, шла и как-то споткнулась… — Джессика прикрыла вспыхнувшее лицо ладонью. Как можно быть постоянно такой растяпой?

Она, задыхаясь, сказала:

— Будь у меня обувь на плоской подошве, я бы смогла устоять, но туфли… Я свалилась лицом в пол.

Заметив, как она расстроилась, Ван Ян поцеловал её в лоб и нежно успокоил:

— Нет, нет, нет, мне это кажется очень милым, что здесь такого?

Джессика, уставившись на него, насупила изящные бровки и ответила:

— Меня засняли несколько журналистов, они как раз сидели в засаде, чтобы выведать что-нибудь интересное.

Ван Ян опять вспугнулся и осознал, почему она готова была разреветься. Он на мгновенье призадумался и сразу захохотал:

— Ого! Теперь все узнают, какая ты милая, прямо как Хани. В этом правда нет ничего страшного, брось, это мило!

Глядя ей в глаза, он категорически