"Фантастика 2023-157". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Шелест Михаил Васильевич

Алан хотел что-то возразить, но я поднялся из-за стола.

— Оставь надиктованный Марикой кристалл и свободен.

Это был приказ. Повернувшись кругом, он вышел, а я направился к компьютеру послушать сообщение.

Рика говорила торопливо, не упуская, однако, интонаций. Правда, для любых посторонних ушей ее речь действительно являла собой бессмысленный набор слов и цифр. Но я свободно все понимал. Что тут странного?! Этот шифр был записан на подкорку моего мозга в те давние годы, когда мы с Рикой составляли крепкую рабочую пару молодых агентов и пользовались им всякий раз при необходимости вести деловые переговоры по каналам связи. Реже — для письменных сообщений. Только в этом случае вместо голосовых интонаций использовались специальные значки. Рика разработала шифр сама, в очередной раз проявив свои уникальные способности. В его основе лежала узкая область общности нашего с ней индивидуального абстрактно-ассоциативного восприятия окружающей реальности. Сказанные с особой интонацией специальные слова и цифры рождали в мозгу каждого определенные образы, а их комбинации трансформировались в конкретную информацию. По существу, была проделана колоссальная научная работа, создан принципиально новый язык общения, понятный лишь двоим. Ключ к нему подобрать было невозможно. Разве что схватить нас обоих и долгими исследованиями пытаться найти общность психики. Но, как минимум, об этом надо было знать. Ведь Рика нигде и никогда не обмолвилась о своей уникальной разработке: это была наша с ней тайна. А внешне все выглядело как обычный линго-цифровой шифр, за который его и принял Алан.

Рика сообщала, что еще ночью начала допрос пленных. Конечно, десантники ничего не знали о подоплеке своего задания. Приборы контроля подтвердили это. Бывший ее сотрудник, тот самый, в пятнистом комбинезоне, говорить отказался, а при попытке подключить анализаторы эмоций, резко замедлил биение собственного сердца и впал в прострацию.

— Он был одним из самых способных учеников школы службы безопасности, — невесело усмехнулась Рика. — Сейчас он в руках врачей, а когда придет в себя, подумаем, что предпринять. При встрече хочу обсудить с тобой один план.

Зато некоторый успех расследования наметился при допросе капитана «Осы». Достаточно было Рике представиться и сообщить, что он обвиняется в государственной измене, как этот ограниченный исполнительный служака стал с готовностью отвечать на вопросы. И в первую очередь заявил, что такое обвинение несправедливо: он выполнял приказ. Капитан только что в грудь себя не бил, уверяя в получении шифровки из штаба флота с индексом немедленного исполнения. Подписи не было, но только четверо из высшего руководства флота имели доступ к этому индексу, и такой формы приказ — обычное явление. Он очень сожалел, что его корабль погиб и невозможно предъявить судовой журнал с этим документом. Однако заметил, что в штабе фиксируются все без исключения приказы, и по памяти воспроизвел номер своего. Шифровка предписывала ему принять на борт подразделение службы безопасности — в приказе «пятнистые» были представлены именно так — и выполнять все распоряжения их старшего по команде. Да, капитан удивился, что выбрали именно «Осу», еще находившуюся в доке после планового ремонта: потребовалось доукомплектовывать экипаж людьми с других кораблей. Но приказы не обсуждают… Больше ничего интересного сообщить не мог. Оказывается, и он не ведал, что творил! Выходило, во всем виноваты «пятнистые».

Анализаторы эмоций показывали правдивость этого наивного простака. Кроме того, Рика утверждала, что он не попался ни в одну из ее логических ловушек. Это было очень весомо. Однако я выругался:

— Не приборы, а рухлядь какая-то — анализаторы эмоций! Почему не применила биомодуляцию видеообразов, или психограф в крайнем случае? Ничего бы с ним не случилось! Допрос так допрос. Больше бы было уверенности, что говорит начистоту. А так думай, гадай: вдруг ловкая, хитрая бестия!.. — Однако мои восклицания носили риторический характер: я имел дело с записью. А потому пробормотал напоследок: — Спрошу при встрече…

А вот скорой встречи-то как раз не получалось. Рика решила сама заняться штабом флота, найти способ осторожно проверить показания капитана «Осы» и действовать дальше по обстановке. При той ситуации, которая сложилась на Тарге, это было разумно. Я бы тоже не поручил в подобных условиях такую проверку никому из агентов. Но из-за этого она не могла сегодня присутствовать на переговорах, просила извинить за вынужденное отсутствие связи и выражала надежду на встречу завтра.

Впрочем, это никак не нарушало мои планы. Я сам не собирался присутствовать на открытии переговоров — отправлялся в военное министерство. А уж в том, что в предстоящей работе Рика вполне обойдется без моих консультаций, вовсе не сомневался.

«Возможно, завтра информации будет больше. Вот и поговорим».

Поднявшись от компьютера, я скинул халат и стал облачаться в парадный генеральский мундир. Поправил перед зеркалом ордена, смахнул невидимые пылинки с золотых нашивок. Перед военным министром хотелось предстать в полном блеске.

VI

Военный министр принял меня более чем радушно. В первых же словах после взаимного официального представления адмирал Карл Дробуш выразил радость, по поводу того, что Земную Ассоциацию представляет не какой-нибудь старый толстый дедушка-генерал, из которого песок сыплется, а столь приятный, подтянутый, его, адмирала, ровесник. Чуть ли не сразу предложил перейти на «ты» и выпить по рюмочке коньяку за знакомство. Я явился без адъютанта, своего он тоже, видимо из вежливости, выставил. Мы были одни в огромном кабинете, и обстановка царила, что называется, теплая и дружественная. На официальном открытии переговоров в правительственном дворце сейчас такой точно не было.

Широко улыбнувшись, я принял оба предложения адмирала и поднял рюмку. Затем удобно устроился в кресле и предложил:

— Начнем. Правительство Ассоциации поручило мне ознакомиться с требованиями Тарга в военной области и, если я найду их приемлемыми, уполномочило подписать соответствующие документы. Но скажу сразу: мое окончательное решение будет напрямую связано с результатами политических и прочих переговоров во дворце. Сам понимаешь, многое зависит от статуса Тарга и его принципов взаимоотношений с Земной Ассоциацией. Одно дело, если Тарг будет признан суверенной планетой, и совсем другое, если нет. Да и здесь есть тонкость: остается суверенный Тарг в Ассоциации или выходит из нее. Это существенно влияет на то, с каким количественным и качественным составом ваших вооруженных сил готова согласиться Земля. При нынешнем статусе планеты-колонии вы имеете вооруженные силы вообще незаконно.

Я говорил и одновременно присматривался к своему новому знакомому. Этот моих лет адмирал еще и рта не раскрыл по делу, но уже вызывал симпатию. Высокого роста, худощавый, явно физически сильный, он, пользуясь демократичностью обстановки, присел на краешек стола и слушал, изредка вскидывая на меня умные, проницательные глаза. Его властное, волевое лицо с тонкими чертами прятало все эмоции за маской внимания. Мой взгляд упал на его ордена. Среди них было несколько высоких наград Земной Ассоциации. Особо выделялся бант Голубой Звезды. Кто его наградил таким орденом на Тарге? За какие заслуги? Вряд ли правительство Ассоциации. Сам себя, что ли? И вообще, откуда здесь генералы, адмиралы. Ведь флоту планеты не больше пяти лет! Но с другой стороны, построить корабли — полдела. Превратить их в грозное боевое соединение, с которым сейчас вынуждена считаться Земля, под силу только профессионалам. Где их взяли?

Когда я закончил свое вступительное слово, адмирал помолчал и вдруг спросил:

— Тебя интересует, за что я получил награды? Подозреваешь меня в самозванстве? Зря. Если хочешь, расскажу.

Он попал в точку. Я едва не вздрогнул. Но делать нечего: пришлось сознаться в своем любопытстве. Военный министр Тарга был далеко не прост.