Тремор - Каролина Эванс

Какое-то время Кирилл просто не мог ничего ответить. Глядя в серьезное лицо Дена, ему с трудом верилось в то, что он не шутит. А ведь он и не думал, что такое может прийти ему в голову.

— Что ты несешь?

Брови до предела сомкнулись над переносицей. Ден лишь усмехнулся на это.

— Ах, извини. Конечно, твой талант покорил всех. Даже пейнтхаус пришлось выдать, такой ты неотразимый.

— Дом отца, но с Бергом он никак не связан.

Тот ничего не ответил на это. Лишь покачал головой, всем видом показывая, как бессмысленны его отговорки.

— Дай угадаю, эту бредовую версию ты разнес всем в округе?

— Бредовые здесь только твои доводы. Ну ладно, мы заболтались, нам пора ехать.

Он оставил их наедине с Лео. Кирилл уже и забыл о его присутствии. Все это время тот не произнес ни слова, хоть и знал правду.

— Почему ты не сказал мне? — набросился на него он.

Лео затянулся вейпом.

— Ты отменил бы все планы, чтобы доказать свое. Нам не нужны проблемы.

— Да пошел ты!

Вскочив с места, Кирилл метнулся к машине. Вжав ногу в педаль, он со всей скоростью устремился к клубу. Прибежищу музыкантов, развратных дам и маргиналов. Он прекрасно помнил к нему дорогу. Ни сильная метель, ни алкоголь в крови не помешали ему приехать одновременно с Деном.

Тот замер у входа, с усмешкой выжидая, когда Кирилл подойдет к нему. Когда между ними осталось пару метров, Ден пробежал вниз по лестнице.

Клуб находился в подвальном помещении дома-колодца. Все в нем было задумано так, чтобы полицейские не могли даже подозревать его нахождение здесь. Снаружи не было ни вывесок, ни неоновых указателей. Ничего. Просто ступени, что упирались в дребезжащую дверь. С потресканной краской цвета питерского неба. Кирилл невольно вспоминал, сколько всего произошло за ней.

— А вот и наша звезда, — раздался голос Дена, когда он зашел внутрь. С сентября ничего не изменилось здесь. Все те же стены с обилием неоновых ламп, порнографичных постеров и выпирающих труб. Все те же близко стоящие друг к другу столики. За ними то и дело мелькали знакомые лица. Они тут же повернулись к Кириллу. Все замерли.

— Какие люди! Не ждал тебя тут увидеть, — бросился к нему Эд. Парень, что когда-то набивал татуировки им с Деном.

— Я на неделю, приятель. Месяц без вас словно пытка.

Эд улыбнулся. Через минуту перед Кириллом стояли кальян и бутылка виски. Кто-то предложил ему порошок и, поломавшись, он все же употребил его.

— Ну, как жизнь, Мистер Кир? Сам выбрал псевдоним или это часть проекта?

Эммануэль с невозмутимой улыбкой смотрел на него. Гель на его волосах искрился светом от лампы. Глядя ему в глаза, Кирилл откинулся на спинку дивана.

— Я уже все поведал твоему хозяину. Думаю, он расскажет тебе интереснее.

Он выпустил кольцо из кальяна, поймав на себе насмешливый взгляд Дена.

— Только не начинайте, — произнес из толпы чей-то голос.

— Плейбой, лучше расскажи, какие на тебя планы.

Кирилл тут же стал звездой вечера. Даже те, кто раньше не знали его, судорожно искали в соцсетях его страничку. Наперебой люди спрашивали его об альбоме, местных тусовках и жизни в LA. Он во всех красках рассказывал об этом. Восхищенные взгляды были устремлены к нему, и мурашки приятным теплом обдавали затылок. Все его тело расслабленно покоилось на диване. Кирилл все меньше контролировал его. Когда он заговорил о своем доме в Брентвуде, девушке по бокам начали теснее прижиматься к нему. Их ноги кокетливо торчали из-под коротких платьев. Рука невольно упала на колено одной из них. Заметив это, Ден тут же прервал его.

— Думал, когда-нибудь, что так будет? Ведь годы шли, и до тебя никому не было дела. Видишь, всего-то надо было помириться с отцом. Не пришлось бы играть в метро, да и лейбл мог заинтересоваться тобой куда раньше.

Все замолчали. Кирилл никому не говорил о своей семье.

— А что с его отцом? — спросил вокалист другой рок-группы.

— Так вы не знаете? — наигранно удивился Ден.

— Серьезно, ты никому не говорил об этом?

С издевательской улыбкой он обернулся к Кириллу. Тот ощутил, как зубы с силой смыкаются в челюсти.

— Прекрати. Это плохо закончится.

— Не для сына гендиректора Газпрома.

Кирилл ощутил на себе другие взгляды. Полные недоумения и потаенной усмешки. С тяжелым вздохом он наблюдал, как все что-что обсуждали между собой, не решаясь спросить у него напрямую. «Тогда все ясно», — говорили их лица. «В его успехе нет ничего удивительного».

Помещение заполнилось гулом. В это время Ден смотрел на Кирилла. Взгляд черных глаз столкнулся с янтарем в его омуте.

— Ты проиграл.

Ден вопросительно свел брови. Все замолчали, ощутив в этой фразе силу.

— Я вижу это в твоих глазах, пупсик. Ты так старался обосновать свой провал, что тебя устроили фантазии. Ты решил прикинуться жертвой, чтобы не сойти с ума, и мне бесконечно жаль тебя. Ты ведь все знаешь. И то, что я с детства пахал больше вас всех вместе взятых, и то, что отец никогда не помогал мне. Такой правды твоя психика не выдержала. Ты был на виду, лидером, и разглядеть тебя было просто. А ты все просрал. И в этом, конечно, виноваты чужие деньги. Но не волнуйся, — обвел он взглядом завороженную толпу.

— В моей биографии о тебе черкнут пару строчек. В историю ты войдешь, как мелкая вошь, что когда-то встала на моем пути. И, поверь, ты будешь безмерно рад этому.

Раздались крики. Ден, как пантера, забрался на стол и спрыгнул к нему. Кирилл тут же отлетел к стенке. Этого никто не ожидал. Пока девушки со страхом пятились в стороны, парни полезли разнимать их.

— Уберите руки, — прошипел им Ден, с силой сдавливая ему горло. Эд вопросительно посмотрел на остальных. Все растерянно переглянулись, и их бездействие пробудило в Кирилле ярость. Он с криком перевалил его на спину.

Перед глазами все плыло. Прижав Дена к полу, Кирилл пытался прийти в себя, судорожно глотая воздух. Виски с бешеной силой отдавали ему в голову. Наконец, он поднялся. Тут же отошел к стене, и Ден, как разъяренный бык, бросился ему навстречу. Контроль был утрачен. Размахнувшись, Кирилл со всей мощью врезал ему в челюсть. Алые струи блеснули в воздухе. Он увернулся и вновь ударил Дена. Тот упал. Раздался истошный крик. Кирилл хладнокровно превращал его лицо в месиво.

— Сделайте что-нибудь! — завизжали девушки.

Все с ужасом смотрели, как одежда и пол