Сандровские. Трилогия (СИ) - Марина Кистяева

— Люди? Кого ты называешь людьми, дорогая? — слова Зидана прозвучали, как плевок.

Лана поморщилась от отвращения.

— Не суть дела. Я говорю о том, что не верю тебе.

— Не веришь, что ты моя дочь? — и снова демон обошёл вокруг Ланы, на этот раз сузив личное пространство. — Я легко тебе могу это доказать, дитя моё.

Его голос обволакивал, и Лана подумала, что Зидан пытается на неё воздействовать гипнозом. Она напряглась и мысленно приказала себе не поддаваться. Он ей ничего не сделает, не посмеет. А если решится — она найдет возможность противостоять ему.

Негативные эмоции сильнее охватили Свету, и, будучи миролюбивым человеком, она внутренне почувствовала, что от Зидана ей следует держаться подальше. Он оказывает на неё негативное влияние. Она тотчас вспомнила, что ей говорили про нефилимов. А именно о том, что они сеяли смуту и вражду.

И сейчас, смотря на демона, Лана понимала, почему её предки-сородичи были обижены на отцов, бросивших их в младенческом возрасте.

— Мне ничего не надо доказывать, — сказала Лана и посмотрела в темные глаза Зидана. — Я верю, что ты мой отец. Ты в начале знакомства сказал про нашу кровь….Что ж, я признаю, что чувствую, что мы связаны с тобой. Но это ничего не значит. Для меня кровное родство не самое главное в жизни. Двадцать четыре года я привыкла считать, что у меня нет отца, что он бросил меня, а мама, не выдержав горя и отчаяния, не смогла смириться с потерей, и умерла при родах. Единственным близким человеком для меня была бабушка. Она — моя семья. И всё.

— Это ты сейчас так говоришь, дитя моё….Позволь мне доказать обратное.… Позволь мне поближе показать свою жизнь. Я уверен…

— Я уже видела поближе твою жизнь, Зидан, — впервые Лана назвала его по имени, и ничто в её душе не дрогнуло, дочерние чувства не проснулись. — Вчера. В тот момент, когда под воздействием вашей магии и пособничества, было совершено нападение на Карданов. У меня до сих пор в ушах стоят предсмертные крики отчаяния, а перед глазами то и дело возникают искореженные тела пострадавших. И сегодня. Я тоже видела твою жизнь. Её оттенок на многие года застынет в глазах Лукаса и Анны. И это только те вампиры, которых я успела узнать. А сколько погибло тех, кого я не знаю и уже никогда не узнаю? И это твоя жизнь, Зидан? Ты наслаждаешься, причиняя страдания другим? Строя козни?

— Я не строю никаких козней, поверь мне, — голос демона приобретал всё большую бархатистость, и теперь Лана не сомневался, что он пытается её гипнотизировать. И она порадовалась, что у него ничего не получается. Она не чувствовала никакого вторжения в своё сознание, её мысли оставались трезвыми и она объективно оценивала ситуацию. — Меня бессовестно оклеветали. Ланочка, твоя дружба с князем Сандровским плохо на тебя влияет.

Лана усмехнулась и расслабилась. Напряжение покинуло её.

— Я сама решаю с кем мне водить дружбу. А если ты вспомнил, что отец должен следить за кругом общения своего ребенка, то поспешу сообщить, что ты опоздал, как минимум, на лет десять. Зидан, и, прошу, перестань меня гипнотизировать. На меня не действует гипноз.

Её последнее признание поколебало уверенность мужчины. Видимо, он не ожидал, что она поймет о его действиях. И на мгновение Лане показалось, что в глазах демона промелькнуло нечто отдаленно напоминающее уважение.

— Да ты полна сюрпризов!

— Не ты первый пытаешься меня гипнотизировать, Зидан, и я рада, что я не восприимчива к вашим маленьким хитростям.

— Ты ещё не знаешь, какими маленькими хитростями обладаешь, — не без иронии заметил демон и остановился напротив Ланы.

— И не желаю знать.

— Это ты говоришь так сейчас….Когда же придёт время….

Лана уверенно покачала головой. У неё создавалось впечатление, что он её не слышит.

— Зидан! — прервала она его излияния, и её голос звенел от внутреннего напряжения. — Ничего не будет! И ты должен это понять! Я не брошусь к тебе в объятия, и не стану интриговать во благо твоим планам!

— О, дитя моё, не кипятись! Я понимаю, что сейчас в тебе говорит обида. Ты обижена на меня за то, что я бросил твою мать…Но сама подумай, какая может быть совместная жизнь у смертной женщины и бессмертного могущественного существа?

Лану покоробило слово "могущественный". Зидан тонко давал понять, что с ним лучше не ссориться, и ей стоит быть благоразумной и принять его, что она делать не собиралась. Чем больше она разговаривала с ним, тем сильнее у неё возникало желание уйти, оборвать разговор, да и общение в целом.

— Но зато ты был не против связи с моей мамой. И ты заранее знал, что оплодотворишь её и бросишь!

— Не стоит вдаваться в дебри давно минувших лет! Что было, то кануло в Лету, Светлана! Главное, что мы обрели друг друга!

Последние слова вызвали смех у девушки, и она больше не сдерживала негативных эмоций:

— Зидан, ты слышишь, о чем я говорю? Я говорю, что не желаю с тобой общаться! И мне всё равно, что ты мой отец! И я буду очень благодарна, если ты оставишь меня в покое! Навсегда. Я не хочу тебя ни видеть, ни слышать о тебе. Хотя в последнем я сильно сомневаюсь…. Пока ты и другие заговорщики не получат желаемого, кровь продолжит литься.

Всё это Лана выпалила на одном дыхании и поёжилась. Дождик продолжал моросить, к нему присоединился и порывистый ветер, но она не сомневалась, что мерзнуть она начала не из-за не погоды. Её сковал внутренний холод. Она разговаривала с Зиданом, а сама всё больше переносилась в детские и подростковые годы. Ночные страхи тех далеких лет опутали её, а перед глазами мелькали картины, где испуганный угловатый подросток-девочка дрожала в темноте от страха и вздрагивала от каждого шороха. И эти шорохи не были её фантазией.

Они были реальностью.

Тени, посланные заботливым отцом, медленно ввергали её в пучину безумия. И не окажись с ней на тот момент заботливой бабушки, ещё не известно к чему бы привела "забота" Зидана.

— Кровь будет литься и без меня, — оскалившись, бросил Зидан. Он в мгновение ока сбросил "добрую" маску и показал истинное лицо. Оно посерело, в воздухе запахло серой и пеплом, глаза налились кровью, а клыки удлинились в несколько раз и стали длиннее вампирских. Среди длинных волос Зидана Лане показалось, что появились два небольших бугорка — демонические рога прорывались наружу, и девушка пришла к выводу, что он перестал контролировать свои эмоции, и под воздействием ярости, его истинная сущность рвалась наружу.