Хроники Земли Простой - Цокто Жигмытов

А старичок и в самом деле был не один — чуть подале виднелся мощный меланхоличный юноша, спавший в обнимку с ослом. Ну то есть буквально: осёл лежал на земле, а юноша лежал рядом и обнимал осла. В его оправдание можно сказать, что утро было свежее, а осёл тёплый.

Беста Ба Борбус подошёл к старичку, спавшему на лошади.

— Эй, — сказал он.

Реакция была неправильной. Вместо того, чтобы проявить к начальнику караула хоть какое-то почтение, старичок вздрогнул, открыл глаза и заорал:

— Прощения просим! — орал он. — Сомлел малость! Двое суток в седле, клянусь королевскими стразами!

И дал шенкелей.

Лошадь вздрогнула и, не открывая глаз, двинулась спросонья вперёд и в бок, мощной грудью уронив доблестного Бесту в дорожную лужу.

— Жено! — проезжая над поверженным Бестой, орал старичок. — Вперёд! Время не ждёт!

Юноша оторвал голову от теплого осла… естественно свою голову от осла, а не голову осла от осла, встал и, мощно зевнув, молодецким пинком поднял осла на ноги. Взгромоздился на него и, волоча ногами по дороге, проехал мимо остолбеневшего караула в целом, и лежащего в луже начальника караула в частности.

— Да что ж это деется-то! — скорбно сказал Беста Ба Барбус, глядя в небо.

— Тс-с, — отвечал юноша, приложив палец к губам. — Чрезвычайно деликатное дело! Весьма! Ба-альшой секрет!

Караул молча наблюдал за вступающими в город путниками.

Сеньор Наихо смотрел на развалины тюрьмы в некотором ошеломлении, и поэтому слушал то, что ему говорил бывший начальник Клепсийской тюрьмы, несколько невнимательно.

— Когда говорите, они тут были?

— Два дня назад. Тогда ещё была тюрьма цела.

И начальник тюрьмы снова заплакал.

— Са-авсем новая! — заливался он. — Ста лет ещё не простояла! Красный кирпич! Два этажа! Найдите их! Заклинаю! Найдите и убейте! Или нет, лучше найдите, и пусть они отработают! Или нет, пусть лучше заплатят! Или нет, продайте их в рабство, а на вырученные деньги… да, проклятье, всё равно не хватит, так что лучше убейте!

— Жено! Они уже близко! — вскричал сеньор Наихо. — По коням!

— У меня осёл, — хмуро отозвался мощный юноша.

— По коню и по ослу! — не стал спорить последний из рода Карбоне.

— Как скажете, сеньор.

И сеньор и слуга двинулись по улице Стражи к Восточным воротам.

Глава 9,

в которой Хромой Сом получает корреспонденцию и остаётся этим фактом недоволен весьма

— … И вот именно поэтому я должен быть с тобой, — завершил свой рассказ маг.

— Интересно, — сказал Эрвин.

Сам Микки выглядел ошарашенным. Связываться с Темной силой, чтобы стать королем нелюди… Такая перспектива кого угодно может бы ошарашить. Чтобы сказали вы, любезный читатель, если бы ваш знакомый маг вот так запросто сказал бы вам, что, мол, давай, брат, продай душу дьяволу? А? Вот и Микки удивился.

Разговор этот происходил в тридцати латах от Клепсиса. Расстояние вполне приличное, если учесть, что преодолено оно было всего лишь за полдня. Экспедиция в полном составе слушала этот судьбоносный разговор. На полянке сидели все — маг, Микки, Эрвин, Аманда, Белинда, Бэйб, Бойб, Буйб и пять лошадей, и все (кроме, пожалуй, лошадей) с неподдельным интересом внимали словам мага. Да! — и лошади не сидели, а стояли, тут мы, каемся, допустили маленькую неточность.

— Подведем предварительные итоги, — солидно сказал Хромой Сом. — К Билгейтцу мы приблизились ненамного, за нами гонятся гномы, саабиты, а теперь, похоже, будут еще клепсийцы… клепчане… гвардия Клепсиса, в общем, будут гнаться. Ещё где-то этот багровый рыцарь с черным отрядом…

— А мне кажется, — бодро сказала Аманда, и Эрвин, Микки и Хромой Сом недовольно задвигались, — что это была случайная встреча!

— Случайная встреча? — зловеще сказал Хромой Сом. — Не слишком ли много случайных встреч, о юная особа? Вбейте вы все в свои головы, наконец, что теперь вы уже не принадлежите себе! Ваш путь, это не тот путь, который вы себе выбираете! Поймите это!

— То есть, — сказала Аманда, — нам без разницы куда идти.

— Четыре, — сказал Микки.

— И дракон! — сказала Белинда.

— Да я-то понимаю, — сказал Эрвин.

Хромой Сом почувствовал легкое смятение. Внимательно слушать всех и потерять нить разговора за каких-то пять секунд — такого с ним еще не бывало.

— Э-э-э… — подумав, маг решил отвечать на те реплики, которые он понял, — почему же без разницы? Если уж суждено Микки стать королем Нелюди, то стоит поискать эту нелюдь на Востоке. Тьму Запада мы знаем и ничего хорошего там для нас нет. А вот тьма Востока…

— А по мне, так тьма везде одинакова… — начал было Микки, но под строгим взглядом командира отряда притих и постарался принять скромный вид.

— Быть может, — сделав вид, что не услышал в общем-то разумные слова юного Спиллейна, продолжил маг, — тьма Востока имеет иную природу и, став королем Нелюди, рожденной Востоком, Микки сумеет остаться на стороне добра.

— Лихо… — сказал меченосец, но ничего более сказать не успел, поскольку в разговор вклинилась Белинда.

— То есть я стану Черной Королевой! — вскричала Белинда. — Черное платье с черными алмазами! Боже! У меня будет черная карета! Теперь я понимаю — это была не случайная встреча, это моя судьба — стать Черной королевой, вершительницей судеб простых смертных!

Все посмотрели на Белинду, пытаясь представить её в роли вершительницы чьих-нибудь судеб. Все без исключения испытали некоторое сочувствие к обладателям этих самых судеб.

— И что же делать? — спросил Микки.

— У меня есть план, — неуверенно поглядывая на Белинду, сказал Хромой Сом. — Я предлагаю двигаться на восток!

— Билгейтц севернее, — сказал командир отряда.

— Сдаётся мне, что враг знает про нас очень много, — горячо сказал маг. — Наверняка он знает и то, что мы стремимся в Билгейтц! Поэтому мы его обманем! Мы двинемся к морю по Трансортасскому тракту, а потом вдоль побережья достигнем устья Синей реки. А там вверх по Синей три дня пути, и мы в Билгейтце!

— Хороший план, — подумав, сказал Микки.

— Радуйтесь, девушки! Завтра вечером мы будем ночевать в Северном Ортаске!

И маг улыбнулся. Улыбка вышла немного коварной, в основном оттого, что Хромой Сом и в самом деле питал немного коварный план. Он хотел оставить Аманду и Белинду у Беньяминаса, но об этом своём замысле умолчал, не без основания полагая, что ежели он его обнародует, то Аманда и Белинда… Словом, он не хотел им раньше времени ничего говорить.