Спящий (Одержимый - 2) - Николай Мещанкин

- Крайт, Крайт!

Кто-то тряс его за плечо, вырывая из забытья, делая страдания еще невыносимей. Где же Йоля? Лишь она способна остановить эти мучения, вырвать его из лап Гунги...

- Крайт, очнись!

Крайт застонал, разлепил глаза. Лицо склонившегося над ним человека... Джука... Джука! Крайт скривился, возвращаясь к реальности. Йоля мертва, давно мертва, и эта боль... Это не Гунга, это Демон рвется через него, торопясь к свободе нового мира, пытаясь смести выставленные им преграды, которые он удерживал, даже находясь без сознания.

- Крайт, скорее! - Джука посмотрел в сторону, сморщился. - Он идет, он идет!

Кто идет?... Какая разница! Надо закончить, надо связать Гунгу с Демоном, замкнуть круг... Крайт, преодолевая боль, повернул голову к артефакту.

Хорвель сел, с трудом заставляя двигаться непослушные члены. Проклятый маг! Этот Дэлан оказался сильней, чем он думал. Он прикончил его, задушил жизнь, бьющуюся в теле мага, но и Дэлан сумел пробить его защиту, вбросить в него гибельные зерна. Смерть медленно расползалась, неторопливая и неотвратимая, разъедая его, наплывая серым туманом на глаза, укачивая обещающими вечный покой объятьями... Нет!

Хорвель встал, пошатываясь от накатывающей слабости. Он должен закончить, должен выполнить желание своего Повелителя. И... Он еще поживет, не так все неизбежно! Лишь вонзить кинжал в фон Штаха, лишь зачерпнуть эту бьющуюся за тончайшим барьером силу, призывно манящую, сладкую...

Архидемоньяк нащупал рукоять спрятанного в одеждах стилета, шагнул, обходя странный камень в центре подземного зала. Что за человечек склонился над лежащим Императором? Ничтожный червяк, прочь, отшвырнуть его...

... Еще чуть-чуть, еще немного силы... Крайт потянул создаваемое назначение, готовясь привязать Гунгу к Некротосу...

... Отброшенный в сторону неведомой силой Джука приподнялся, посмотрел на Крайта. Шаман не видит, не видит этого подбирающегося к нему человека! А если его убьют... Купец вскочил, не помня себя, почти не понимая, что делает, прыгнул на занесшего над Крайтом кинжал жреца, покатился с ним по грубому полу...

... Готово! Крайт откинулся на спину, остатками гаснущего сознания улавливая ярость Демона, оказавшегося вдруг привязанным к Гунге, закрытого с ним в бесконечном цикле взаимных связей, из которого нет выхода, и по которому он будет метаться, пока не исчезнет кто-то из этих двух Сущностей...

Вспыхнули в беззвучной вспышке и рассыпались пылью, лишившись поддерживающей их существование силы, трое последних из обращенных Крайтом натуан, несшихся на призыв архидемоньяка.

Упали, приходя в себя, или умирая отизнеможения, не дошедшие до своих целей жрецы, вдруг отпущенные толкавшим их вперед Зовом.

Хорвель забился в агонии, теряя ощущение своего Владыки, изогнулся, сбросил навалившегося на него купца. Он проиграл, все напрасно! У него нет больше силы, нет предназначения, все без смысла! Только месть, все, что у него осталось!

Архидемоньяк привстал, взмахнул кинжалом... Купец умудрился перехватить его руку, но лезвие все равно опускалось, вдавливаемое вниз весом его тела. Все ближе, ближе к груди Джуки...

Затылок вдруг взорвался болью, яркой вспышкой сжигая мир в глазах Хорвеля, сменяя его холодной темнотой пустоты.

- Джука! - Лиза выронила перемазанный свежей кровью камень, присела, оттягивая в сторону бесчувственное тело жреца. - Джука, ты жив?!

- Да, да, Лизочка, - купец с трудом сел. - Со мной все в порядке.

- Джука! - девушка прижалась к его груди, всхлипнула. -Что же это, что же это такое?

- Все хорошо, все хорошо, - Джука погладил Лизу по голове. - Все кончилось. Теперь все будет хорошо.

ЭПИЛОГ

Герцог Кардейский сидел, просматривая доклады, удовлетворенно покачивая головой. Жизнь постепенно возвращалась в нормальное русло. В разрушенные города возвращались жители, крестьяне снова пахали землю, восстанавливалась торговля. Федерация отстраивалась заново, нанесенные войной раны затягивались.

- Ваше Сиятельство! - в кабинет заглянул граф Монтаферио. - Разрешите?

- Да, конечно, - герцог оторвался от записей. - Слушаю Вас, граф.

- Я по поводу обмена пленными, - граф прошел, поклонился герцогу. - У нас небольшая проблема. Барон фон Киц требует передать задержанных нами жрецов.

- Ну так что же? - герцог пожал плечами. - Передайте. По Соглашению мы меняем всех на всех.

- Да, но... - граф помолчал. - Ведь они... После всего, что они сделали...

- Дорогой граф, - герцог улыбнулся. - То, что было в прошлом, должно там и остаться. Я надеюсь, что мы перелистнули страницу истории и начали новую эру. Мы должны научиться существовать вместе, потому, что другой выбор, как мы видели - погибнуть вместе. Так что выполните требование барона, не начинайте все снова.

- Да, Ваше Сиятельство, - граф снова поклонился, вышел.

Герцог посмотрел на закрывшуюся за графом дверь, вздохнул. Сколько еще времени пройдет, прежде чем люди отвыкнут воспринимать мир черно-белым? Удастся ли отучить их видеть по другую сторону врагов, или это лишь передышка, затишье перед очередным столкновением, которые уже бывали? Герцог потер лоб, придвинул, хмурясь, доклады. Что ж, многое в его руках. И он должен сделать все, от него зависящее, чтобы провозглашенная им новая эра все же началась!

- До свиданья, господин офицер, до свиданья, - Джука, кланяясь, вернулся к телеге, хлестнул сонную лошадь.

- Пропусти! - сардигский лейтенант, смеясь, махнул рукой солдатам. Перегораживающий дорогу шлагбаум пошел вверх.

- Что ты ему сказал? - Лиза оглянулась на оставшуюся позади заставу.

- Что мы везем раненого Гуграйта, - Джука улыбался.

- И ему это показалось смешным? - Лиза удивленно нахмурилась.

- Видимо, - Джука пожал плечами.

Лиза помолчала.

- Знаешь, он словно большой ребенок, - девушка откинула одежду, прикрывавшую лицо спящего Крайта, повернулась к Джуке. - Слушай, а у нас будут свои?...

- Свои?

- Ну, дети? У нас будут?...

- Будут, Лизочка, будут, - Джука обнял счастливо улыбающуюся девушку, нежно поцеловал в щеку. - У нас теперь все будет.