Экзорцист и демон - Лейла Аитова

И этот момент пропустить ни в коем случае нельзя. Теперь злому духу практически нечего терять. Маг успел сунуть Мивере в рот мягкую каучуковую палочку за несколько секунд до того, как бес попытался откусить язык. Тогда демон перестал дышать. Несколько слов — контроль за телом одержимой ослаб, и дыхание вернулось. Почти всё, что могли придумать бестелесные бесы, Вениамин уже знал, но он всегда готов среагировать на что-то новое.

Проблема с демонами в том, что привыкнуть к ним невозможно. Они всегда найдут, чем удивить. Бесы всегда крепко держатся за своих носителей, и этот чуть было не застал Вениамина врасплох, когда рванулся наружу, вгрызаясь жёсткой, резкой энергией в его душу. Зачем? Что он делает? Злому духу бесполезно захватывать экзорциста — он будет мучиться в теле, увешанном символикой Вышнего Повелителя, и умрёт сразу же, как только бог обратит внимание на своего служителя. Демон даже не успеет полностью подчинить его. Да и вряд ли сможет справиться.

Вениамин схватил малый жезл из сумки, и вскочил с кровати. Он не пустит беса обратно в тело девочки. Кварцевое навершие чертило контуры, чтобы дать отпор боли, леденящей саму душу. Пытается прогрызть его волю. Не в силах терпеть, маг опустился на пол, продолжая чертить символы. Неопытный дух не ожидал организованного сопротивления, рассчитывал, что экзорцист растеряется. В ярости он вгрызался в мага через астральный план, отчаянно сопротивляясь.

Знак освобождения — и энергия словно взорвалась в демоне. По потолку пробежала полоса голубого пламени, сжигая металлическую люстру, обращая в пепел дверцу шкафа у стены. Изгания не вышло. Бес растворился в астральном свете мира, прекратил существование.

Пустота нагрянула впридачу к боли. Безумная, выворачивающая тошнота подступила к горлу, и Вениамин успел сдержать рвоту скорее интуитивно, сообразив, зачем это надо, уже потом. Истощение и сильное повреждение энергетического поля выходит в кровавую рвоту. Он не может сейчас позволить себе терять кровь. Никак. Нужна каждая капля энергии.

— Магистр? — Мивера выплюнула каучуковую палочку, но освободится не пыталась.

— Сейчас… — Маг чуть ли не ползком добрался до кровати и сел на пол, откинув на неё голову. Подавил новый приступ рвоты — оказывается, может стать ещё хуже. Лёгкие, горло, желудок — всё внутри словно обожжено кислотой.

— Подожди. — выдавил экзорцист. — Сейчас я тебя развяжу. Как дела?

— У меня мигрень, — пожаловалась девочка. Капризные нотки, похоже, прочно прописались в её голосе.

— Подожди немного, — повторил маг. Каждый вздох усиливал тошноту. Рот наполнился солёным, и из уголка губ стекла на рубашку струйка крови. Мивера испуганно завизжала, потом завозилась на кровати.

— Помогите! — закричала она. Потом сообразила, что вряд ли кто-то придёт, и позвала:

— Мама! Мама, он умирает! Мама, — она почти сорвалась на визг, — экзорцист умирает!

— Нет. Нет, всё хорошо, — выдавил Вениамин, и сжал губы, снова сдерживая рвоту. Где-то снаружи что-то кричали, потом дверь бухнула и слетела с петель. В комнату ворвались люди, но маг не чувствовал в себе сил посмотреть на них. Женский вскрик, потом стон — наверное, госпожа Нирейна. Возможно, обморок. Увидела потолок или дочь? Экзорцист сглотнул кровь, снова подавив приступ тошноты.

— Освободите Миверу — выдавил он. — Всё сделано.

Его подняли, потащили. Задавали вопросы, но понять их оказалось слишком тяжёлым трудом. Арьери велел кому-то вызвать целителя — воможно, служанке.

— Не надо, — вырваться не получилось, только пошевелиться, но и это вызвало боль и тошноту. — Домой… Иллира знает, что делать.

Наверное. Должна знать.

Иллира просто растерялась, когда её учителя буквально приволокли домой незнакомые люди, которые даже не могли сказать, что случилось. До спальни на втором этаже Вениамин добрался практически сам, с небольшой помощью девочки. Она уложила мага на кровать и стала спрашивать, что с ним. Она крепко вцепилась в его руку, дрожа от страха. Экзорцист сумел только выдавить из себя: "истощение энергии".

Что-то Иллира всё-таки учила, так что поняла, в чём дело. Только расстроилась — она ничем особо не могла помочь. Девочка сбегала на кухню, принесла воды в миске и тряпочкой протёрла кровь с его лица и шеи.

— Мастер Вениамин! — она потянула его за ворот. — Давайте я сниму с вас рубашку!

Дрожащие пальчики путались в шнуровке, испуг придал силы — Иллира порвала её и пришла в ещё большее отчаяние.

— Ничего страшного, — прошептал экзорцист. — Не бойся. Скоро приду в себя, отдохну только.

— Как так, — всхлипнула девочка. — Вы же говорили, что лечение одержимых тяжело, но не опасно!

— Всё хорошо. Просто истощение.

В это "всё хорошо" ей не верилось — учитель выглядел куда хуже, чем в заброшенном храме, когда чуть не погиб в поединке с демоном. Невероятно бледный, в крови, которая начала уже подсыхать — Иллире ужасно хотелось сделать что-нибудь полезное. Она сняла с него рубашку, стянула сапоги.

— Мастер Вениамин, вам принести попить?

— Нет, дай миску.

Маг чувствовал себя чуть получше — внутренности не горели так сильно, но слабость осталась. Он приподнялся и склонился над миской — больше сдерживать рвоту не было сил.

— Извини, малышка. Убери, ладно? — попросил он, когда отдышался. — Помоги мне сесть в лотос.

Экзорцист сполз с кровати и прислонился к ней спиной. Иллира помогла ему правильно расположиться. Медитация помогает восстановить энергию? Кажется да. Она плохо помнила работу с энергией, предпочитала то, что связано с демонами.

В любом случае, мастер Вениамин знает, что делать. Лучше ей уйти сейчас.

Иллира ушла в маленькую комнату — там раньше была кладовка, маг сделал из неё спальню ученице. Девочка съёжилась на кровати и заплакала. Она боялась за учителя — и за себя. Вот как получается — если пытаться бороться с демонами, они очень опасны. Как тот демон в храме, как бес, которого изгонял мастер Вениамин. А если их не трогать, они добрые — вот Кархагор же добрый. Зачем тогда так делать?

Иллире очень хотелось, чтобы кто-нибудь её утешил. Но учитель, еле живой, медитировал, а Кархагор… Кархагор не придёт. Они, кажется, поссорились.

Часть 2

Громкие голоса обычно не могут вывести Вениамина из медитации, но в этот раз извне пришла какая-то тревога. Вернуться в тело оказалось довольно сложно — он пытался сделать это побыстрее. Когда он смог более-менее воспринимать окружающую действительность, услышал звуки. Маг медленно встал, привыкая. Кажется, сидел больше суток.