Дорога к солнцу - Кейра Эндрюс

— Спасибо. Ты хорошая девочка. Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю.

Джейсон закрыл за собой дверь. В столовой он обнаружил, что члены семьи так и сидят на своих местах, не притронувшись к еде. В воздухе чувствовалось напряжение. Джейсон сел. Тим с другой стороны стола уставился в свою тарелку.

— Мне кажется, что для вас это выглядело так, словно я сбежал, — сказал Джейсон.

Мать резко возразила:

— О, нет. Нет, Джейсон, это не выглядело. — В её глазах заблестели слезы: — Ты просто ушёл! Сбежал! Мы проснулись, а вы с Мэгги исчезли. Ты хоть представляешь, как это страшно? Ни записки. Ничего! Ты опустошил свой банковский счёт, и всё. Ты исчез. Мы не знали, жив ты или мёртв.

Джейсон фыркнул:

— Не драматизируй.

— Я не драматизирую. — Она вытерла глаза. — Не знать, где твой ребёнок, в безопасности он или нет, — ужасно. Теперь ты наверняка это понимаешь, особенно после случившегося в Монтане.

Внутри всё сжалось.

— Это не одно и то же.

— Каждую ночь лёжа без сна, мы молились, чтобы с тобой всё было в порядке. — Мать отпила из бокала вина, расплескав красную жидкость. — В голову то и дело лезли ужасные вещи, которые могли случиться. Когда мы вас разыскали, то были в бешенстве.

Потом заговорил отец:

— Джейсон, мы боялись. Боялись за тебя и этого милого ребёнка. Ты принимал необдуманные решения, и хотя тебе исполнилось восемнадцать, мы не считали тебя достаточно взрослым, чтобы быть ответственным родителем. Поэтому да, тогда мы обратились в суд, потому что полагали, что ты не оставил нам выбора.

— Нет. Нет, не перекладывай это на меня. Вы уже говорили о том, чтобы забрать Мэгги. — Джейсон сердито посмотрел на мать: — Я слышал тебя. По телефону. Ты сказала: «Мы должны объявить, что Джейсон непригоден быть отцом».

Мать открыла рот и закрыла.

— Но это было всего лишь обсуждение. Мы хотели знать варианты. Мы были разочарованы. Мы злились. Да, мы ошибались. В то время мы действительно думали, что для тебя и Мэгги будет лучше, если мы оформим опекунство. Но мы не собирались обращаться в суд. Нам хотелось бы этого в последнюю очередь.

— Но именно это и произошло, — сказал Тим. Он перевёл взгляд с родителей на Джейсона и обратно. — Как вы умудрились всё испоганить?

— Тимоти.

Тим громко рассмеялся:

— Что, мам? Следить за языком? Я думаю, мы все уже достаточно взрослые, чтобы с этим справиться. Так что давайте раскроем карты. Вы, ребята, облажались. По-крупному. И Джей не должен был убегать, не позвонив и не сказав хотя бы, что с ними всё окей. — Затем обернулся к Джейсону и добавил: — Чувак, это реально отстой. Ты даже мне не позвонил. Я понимаю, почему ты злился на них. Но я-то что сделал?

— Ничего, клянусь. — Джейсон ненавидел боль, которая отразилась на лице брата.

— Я был ребёнком, а ты просто сбежал. Разве ты не заботился обо мне? Я знаю, что был надоедливым. Воровал твои видеоигры, захламлял ванную, съедал последнее печенье…

— Нет! Дело было не в тебе. Ты не сделал ничего плохого. — Джейсон провёл рукой по волосам, пытаясь подобрать правильные слова. — Я писал тебе, но они сменили твой номер.

— Это было только после судебного разбирательства, — сказал Роберт.

— Я просто… Я не хотел тебя впутывать. — Джейсон скривился от своего жалкого оправдания.

— Как будто я не был впутан. — Тим покачал головой. — Чувак, я был. Поверь. Я не мог ничего сделать. Я не мог никуда пойти. Они напоминали параноиков, постоянно думали, что со мной тоже что-то случится. Мало того, что мой брат исчез, не сказав и слова, так ещё и я застрял здесь без тебя. А после того как ты получил опеку, они сосредоточили всё внимание на мне. — Он глянул на родителей: — Знаю, вы не хотели меня душить. Но иногда это было слишком.

— Я понимаю, — кивнул отец.

Тим продолжил:

— Но настоящая проблема в том, что никто из вас не пытался это исправить.

Слова повисли в сгустившейся тишине. Все уставились друг на друга. Когда-то они были семьёй, несовершенной, с кучей изъянов, но все же семьёй. Теперь они были чужими, и в этот момент Джейсон осознал, как много потерял. Как много они все потеряли.

Тыкнув пальцем в Джейсона, Тим выдал обвиняюще:

— Ты настолько сильно хотел доказать, что взрослый. Ясное дело, ты надрывался, воспитывая Мэгги. Но разве взрослые не должны быть зрелыми и отпустить обиды? Ладно, мой номер телефона изменился. И что? Ты просто сдался? Что, другого способа связаться не было? Не похоже, чтобы ты не знал, где я живу.

Ёрзая от жгучего стыда, Джейсон прошептал:

— Ты прав. Прости. Я слишком погрузился в собственную боль. Я во что бы то ни стало хотел доказать, что ни в ком не нуждаюсь и что все ошибаются. Я не думал о твоих чувствах. — Произнести это вслух было всё равно, что проглотить битое стекло. — Я говорил себе, что ты связался со мной, если бы захотел. Я переложил ответственность на тебя. Это несправедливо.

Тим тяжело сглотнул:

— Я понимаю, что лицемерил, потому что не связался с тобой, когда стал старше. Но я очень боялся, что ты повесишь трубку или захлопнешь у меня перед носом дверь. Так что я тоже не пытался.

Джейсон взглянул на брата и родителей, трёх человек, которые когда-то были ему самыми близкими на свете.

— Не важно, чья это вина, или кто что из нас сделал. Давайте исправим всё сейчас и двинемся дальше. Что скажете?

— Давай, — ответили они в унисон.

Мать принесла десерт: клубничное пирожное со свежими сливками — любимое блюдо Джейсона с детства, и все присоединились к Мэгги, балансируя чашками на коленях и наблюдая, как шимпанзе роются в земле в поисках термитов. Жизнь превратилась в череду сюрреалистических моментов.

Мысли о Бене кружили, как акулы вокруг добычи, усиливая чувство вины. Тим был прав. Джейсон определённо сбежал. После всего случившегося — и ужасного, и удивительного — он лихорадочно отступал, пытаясь сохранить хоть какое-то подобие нормальной жизни. Любую кроху контроля, за которую можно ухватиться после того, как почти потерял Мэгги и с трудом её вернул.

Даже сейчас хотелось свернуться калачиком и заснуть, хотя бы ненадолго, чтобы не думать.

— Надо же, какие они умные. Вон как они используют палки, — проговорила Шелли.

Джейсон сосредоточился на экране телевизора, а Мэгги заметила:

— Никто не знал, что они используют инструменты, пока Джейн Гудолл их не увидела. Я писала по ней работу.

— Как интересно! — Шелли