Теперь мы квиты - Виолетта Роман

Забрал с дивана худи и натянул поверх футболки. Взяв с комода ключи, притянул к себе за шею и поцеловал.

– Оставайся дома, я скоро.

– Нет, – вцепилась в его рукав мертвой хваткой. Я не поняла, что именно там произошло у Неймана. Он говорил сбивчиво, я не расслышала почти ни слова. Да и Лука не спешит пояснить. Но я знаю точно, что отпускать его одного не хочу. Что—то подсказывает мне, тут замешан Оскар или Рома.

Лука обернулся, посмотрел на меня рассержено. Не нравилось мое непослушание. Только сейчас дело совсем не в этом.

– Я с тобой, Варламов. Я не останусь тут одна, – заявила твердо.

Он прикрыл глаза на мгновение.

– Хорошо, одевайся, я жду в машине внизу, – выдохнул устало.

Я боялась, что он обманет. Спуститься вниз и уедем сам. Не захочет брать с собой, чтобы не волновать, чтобы не подвергать угрозе. Но мы же договорились, и теперь между нами все честно? Значит, я должна была довериться его слову.

Отпустила его, позволив выйти из квартиры. А сама сорвалась в сторону спальни.

Быстренько одевшись, стянула с вешалки его куртку и накинула на плечи. У меня не было с собой верхней одежды. Я сбежала с ним из ресторана, оставив все в гардеробе. Застегнув олимпийку, обула туфли. Собственное отражение в зеркале смешило. Выглядела я жутко несуразно – черное платье ниже колена, туфли на шпильке и спортивка Луки. Но другого нет, поэтому придется идти так.

Закрыв дверь, спустилась вниз. Машина стояла прямо у крыльца. Когда увидела ее, в сердце теплотой отдало. Не обманул. Знаю, что сейчас не до меня Варламову. У Неймана что—то страшное случилось с женой и ребенком и сейчас все напряжены и взволнованны до предела, но Лука все равно дождался меня.

– Куда сейчас? – спрашиваю его, устроившись на пассажирском.

Варламов выезжает на дорожное полотно, выискивая чей—то номер в справочнике телефона.

– Нейман в больнице. Сначала к ним, потом в клуб.

– Что произошло? – повторила вопрос.

Он скривился так, словно ему больно. В лобовое смотрел неотрывно.

– Кто—то клуб поджег. Там были Нинель с мелким. Надышались газом…

По спине пробегает озноб. Господи, бедный малыш, как же так?! У кого хватило совести совершить подобный ужас?! Мне вдруг так страшно стало… А что если это из—за меня? Я ведь не прощу себе подобного…

– Лука…

Он поворачивается ко мне. Хмурится, замечая то, каким бледным вдруг стало мое лицо. За руку меня берет нежно, слегка сжимает ее.

– Все хорошо будет, мы же решили. Теперь вместе.

Он говорит это с такой уверенностью и готовностью, и меня отпускает. Страх, чувство вины. Он прав. Даже если это сделал Оскар, он ответит за все. Но не ценой наших с Лукой отношений.

Я больше не хочу убегать. Не хочу быть одна и вывозить все это в одиночку. Мы вместе и Варламов хочет разделить это со мной. И мы будем делить все, что выпадет на нашу долю.

* * *

Через двадцать минут мы уже поднимаемся по ступенькам больничного корпуса. На входе встречаем Остапа. Он бледный и дико расстроенный. Говорит о том, что сейчас сюда приедет Марика, и он ждет девушку. Лука перебрасывается с ним парой фраз, после чего Остап уходит на улицу, а мы с Варламовым поднимаемся на второй этаж.

Нинель и Лука младший находятся в последней по коридору палате. Стоит нам подойти к двери, из нее выходит Илай. И когда я вижу его лицо, мне становится по—настоящему страшно.

Инстинктивно хватаюсь в руку Луки. А он прижимает к себе, обнимая за плечи свободной.

– Ну как они? – спрашивает Лука друга.

Илай как грозовая туча. Вне себя от переполняющей его злости. Никогда не видела этого здоровяка в таком состоянии.

– Слава богу, опасности нет. Но мы решили остаться в больнице до утра, мало ли что.

Лука кивает, а Нейман опускается на стоящее неподалеку от нас кресло у больничной стены. Я смотрю на то, как устало он роняет голову на ладони, как напрягается весь словно струна и мне больно за него. Не представляю, какой ужас он пережил сегодняшним вечером.

– Как это произошло, брат? – голос Луки звучит так сдавленно. Я поднимаю на него глаза, и сердце сбивается с ритма. Варламов выглядит таким.. убитым. Новость о беде Неймана он принял как свою. Парни были близкими друзьями.

Илай трет лицо, пытаясь собраться с силами.

– Мы с Демой на стадионе тренировались, Нинель решила остаться в клубе, ждать меня там. Малой уснул и она тоже. Хорошо хоть дочка была с няней в детском центре…, – его голос срывается на сипоту. Он прочищает горло, злясь на себя за слабость.

– Проснулась Нинель от плача малого, вокруг стояла жуткая гарь… Схватила его, попыталась выбежать из клуба, а дверь снаружи подперта чем—то, – его трусить начало. Руки от лица убрал – дрожат. – Хорошо, Остап подъехал к клубу в этот момент, он и открыл их, пожарных вызвал.

Нейман поднимает на Луку глаза. Красные, полные боли и слез.

– Они подожгли здание со стороны комнаты отдыха. Прямо там, они спали. – рычит сквозь зубы. Мне кажется, он в любой момент сорвется и вцепиться в меня, разорвет на куски. Жмусь к Луке.

Варламов чувствует мой страх. Повернувшись ко мне, наклоняется и шепчет еле слышно: Я сейчас.

Киваю в ответ.

Он подходит к Нейману и усаживается перед ним на корточки. За шею его хватает и лбом в его жмется.

– Мы уроем ублюдков. Кто бы это ни был. Я даю тебе слово, брат, уже к утру они будут у нас…

Нейман молчит. Сверлит взглядом Луку. И я ведь знаю, что сделают это. Лука за ребят своих все отдаст, если нужно будет… Они не братья по крови, но намного большее друг для друга. И мне больно, что по глупости я теряла его, что думала о нем плохо.

– Илай, как она? – раздается за моей спиной встревоженный женский голос. Вздрагиваю, уже зная, кто там.

Марика подходит к Луке, приобняв, целует. А когда отстраняется и видит меня, ее лицо становится бордовым от злости.

– А она тут… – девушка пытается сорваться ко мне. Но Лука ее тормозит.

– Марика… – рычит на сестру. – Она со мной. Угомонись.

Девушка осекает его недовольным взглядом, но ничего не говорит.

– Зайди, она в палате, – кивает на дверь Нейман, поднимаясь с кресла. В этот момент к ребятам подходит Остап.

– Звонил Дема. С заправки напротив есть записи камер наблюдения. Там видно, кто устроил поджог…

– П*дор… –