Иронические юморески - Николай Носов

Приятно, конечно, слышать, что «костяк таких обществ составят учителя», но надо сказать, что учителям в таком случае следует научиться принципиальности и не забывать об ответственности, возложенной на них обществом, за воспитание молодого поколения. Без этого никаких костяков они составлять, конечно, не смогут.

Пожелания организовать Общество трезвенников высказываются и другими читателями. Во многих письмах содержатся призывы к писателям изображать порок пьянства в неприглядном виде, высказываются нарекания на то, что некоторые писатели слишком либерально относятся к питейному жанру в литературе и даже пускаются в рассуждения, что лучше: принеся из магазина бутылку сорокаградусной, сразу поставить ее на стол или сначала перелить водку в графин, а потом уже и поставить.

Работник юстиции В. Цейтлин сообщает в своем письме: «81 % умышленных убийств, 67 % изнасилований, 57 % телесных повреждений, 96 % хулиганских действий совершается в состоянии опьянения. Мы каждый день на скамьях подсудимых видим жертвы этого страшного заблуждения: люди пили, надеясь, что пьют с умом, из желания „убить микробы“ или в минуту душевной тоски. Их трагический конец один… могу привести печальное личное свидетельство: за двадцать лет работы в органах юстиции мне уже не раз приходилось принимать участие в рассмотрении дел о преступлениях, совершенных в пьяном виде отцами, а через много лет — и их детьми. Родилось новое поколение пьяниц. Одна мысль, что мы будем по-прежнему столь же пассивны и на наших глазах сформируется третье поколение пьяниц — просто невозможна».

Среди мер по борьбе с пороком пьянства, предлагаемых тов. Цейтлиным, а вместе с ним и многими другими авторами писем, — всяческого рода ограничения торговли спиртным.

«Поменьше этих цистерн, пивных палаток, киосков, шалманов! Подальше их от глаз, чтобы поменьше было соблазна, в особенности для молодых», — взывает один читатель.

«Хорошее правило — не продавать водку до 10 часов утра, но много есть еще недобросовестных продавцов, которые это правило нарушают, в результате чего многие любители спиртного начинают угощаться с утра и являются на работу в подпитии», — сообщает другой.

«Надо ограничить продажу пива и продавать его только в бутылках, а не кружками направо и налево. Желающие могут выпить дома, и тогда с наших улиц исчезнет отвратительная пьяная фигура — „забава“ для детворы и печальный пример для подростков», — пишет третий.

«В выходные и в праздничные дни не торговать спиртным совсем, — предлагает четвертый. — Помню, в день 250-летия Ленинграда мы были поражены пристойным видом наших нарядных улиц. Оказалось, в этот день не торговали спиртным».

«Необходимо выселять алкоголиков в особые места для тяжелого труда, судить их за оскорбления грязными словами, тогда как сейчас с них даже штраф не берут на улице и они распустились, перестали оглядываться, что рядом ребенок, он слышит и повторяет грязное, новое для него слово», — пишет пятый.

«Можно помещать в газетах фотографии пьяниц в состоянии опьянения, что вызовет омерзение не только у трезвых людей, но и у самих пьяниц, — предлагает шестой. — Следует оповещать население о количестве неполноценных детей, рожденных пьяницами родителями…»

Конечно, не с каждым предложением можно безоговорочно согласиться. Одна из читательниц явно перехватывает, когда пишет: «Не мешало бы во все алкогольные напитки добавлять больше воды или виноградного сока и снотворное — выпил рюмку, стакан и спи себе спокойно, не буяня!»

Читательница наивно полагает, что алкоголик стерпит, чтоб ему в водку добавляли воды, Что-что, а это-то он сразу распробует. Он тебе ареометр купит, чтоб измерять градусы, и такой крик поднимет, что не рад будешь. А если ему еще снотворное подбавлять, так он и весь шалман разнесет. Скажет: травят «трудящего» в государственном масштабе, подбавляют чего-то там, отчего засыпаешь прямо поперек дороги, не дойдя до дому… Нет уж! В этом деле все должно быть честно и точно, и лучше согласиться с теми читателями, которые предлагают усилить антиалкогольную пропаганду, выпускать побольше брошюр, плакатов, печатать в газетах статьи, убирать с витрин подальше водку и вина с возбуждающими жажду, эстетично оформленными, богато разукрашенными наклейками. Ну, и ограничивать, елико можно, продажу, конечно.

Часто приходится слышать: «Что с того, что запрещают продажу водки до десяти утра? Любитель выпить с вечера запасется и с утра надерется так, что еле до места работы дотащится». Говорящие подобным образом явно не учитывают, что в жизни существуют такие вещи, как психология и конкретные обстоятельства. Конкретные же обстоятельства таковы, что если хочешь запастись водкой с вечера, то ее надо купить. А купивши, куда с бутылкой денешься? Домой понесешь? А дома — жена — разговор. Психология же человека с бутылкой такова, что эти разговоры ему горше самой горчайшей редьки. Не любит он их, хоть режь! «Уж я лучше перетерплю как-нибудь, если не удастся разжиться водкой с утра, а не буду этих разговоров слушать», — думает он. Если же ему действительно не удастся купить по дороге спиртного утром, — явится на работу трезвым. Эка беда! Раз не удастся, другой, а там, глядишь, и отвыкнет пить по утрам. Разве плохо?

Помимо запрещения торговать водкой с утра, хорошо бы ввести запрещение продавать ее в конце дня, скажем, с пяти до восьми вечера, то есть когда основной контингент любителей пропустить за воротник движется с работы домой. Если государство заботится о том, чтобы выпивохи не приезжали в нетрезвом виде на работу из дому, то может позаботиться и о том, чтоб они не приезжали в нетрезвом виде с работы домой. Долг, как говорится, платежом красен. Это было бы только справедливо.

Безусловно, и тут какой-нибудь забулдыжка извернуться сможет. Да ведь для этого вертеться надо. Глядишь, кто-нибудь поленится да и отвыкнет от ежедневного винопития, а будет выпивать лишь по праздникам или по случаю приобретения новых ботинок. Скажете — крохоборство? Нет! Отвоевать у Зеленого змия хоть одного человека — и то победа. У него, может, детишки есть (не у Змия детишки, а у этого отвоеванного, разумеется).

Среди стройного хора трезвых голосов, выступивших с поддержкой нашей статьи, прозвучал и нестройный голос, правда, всего один, но очень сердитый и несдержанный в выражениях. «Значит, в светлое будущее с простоквашей пойдем? — раздраженно спрашивал этот голос. — А что с табаком делать? Ведь и курить вредно! Или в светлое будущее курильщиков не возьмем? Ну, а как с автотранспортом? Ведь он растет, увеличиваются аварии, гибнут люди. Как быть? Да очень просто, в светлое будущее пойдем пешком».

Ответим по порядку. Во-первых, насчет будущего и простокваши. Читатель, высказавший это остроумное замечание, может обойтись и без простокваши. Может отправляться в путь в обнимку с бутылкой сорокаградусной. Только пусть смотрит, как бы ему не свалиться по дороге вместе с бутылкой, не добравшись до светлого будущего. А тогда уж, если медицина сумеет поставить на ноги и врач скажет: «Спиртного— ни-ни! Чтоб ни в одном глазу, а то…», тогда уже можно потихоньку дошагивать оставшийся путь без сорокаградусной, благословляя судьбу за то, что хоть простокваша осталась.

Во-вторых: и курить, говорите, вредно? Что ж, вредно. Да разве дело во вредности? Курение табака не затуманивает настолько сознание и не смещает понятия, как это делают водка, вино и то же пиво. Шофер может курить папиросу, сидя за рулем, и никто ему слова не скажет. А попробуй он выпить хоть кружку пива. Это, как говорится, только до первого милиционера. И я бы не иронизировал так уж насчет курения. С куревом нам, быть может, придется расстаться еще раньше, чем с водкой. Ведь мы, в сущности, еще очень мало знаем о вредности табака (как и той же водки). Уже тот факт, что заболевание раком легких встречается среди курящих в десять раз чаще, чем среди некурящих, — внушительное предостережение. А мы еще и не приступили к фундаментальным исследованиям в этой области на высшем (на клеточном или молекулярном) уровне. Так что подлинные научные сюрпризы здесь еще впереди.

И в-третьих, насчет автотранспорта. Я бы не валил без разбора все в одну кучу и делал бы хоть какое-нибудь различие между действительными достижениями культуры и пережитками хамства. Первобытный человек смастерил когда-то свой первый каменный топор или впервые зажег огонь. Это достижения культуры. Этим он расширил свои возможности, стал сильнее в борьбе с природой. Но топором пораниться можно, огонь может обжечь. Что из этого следует? С топором надо быть осторожнее; надо учиться обращению с огнем (не сидеть же в холодной пещере, замерзая от стужи, из-за боязни получить ожог). То же и с автотранспортом. На каком-то этапе развития культуры человек придумал автомобиль, в результате чего еще больше расширил свои возможности. Однако, мчась на большой скорости, можно расшибить лоб или задавить кого-нибудь. И в этом случае мы советуем соблюдать осторожность, придумываем средства предотвратить опасность. И уж во всяком случае не разрешаем пьяному садиться за руль.