За гранью грань - Ольга Романовская

— Дария, хватит же! – Геральт перехватил руку, когда в очередной раз пыталась натянуть платье под горло. – Это такой фасон, бальное платье, а не мои фантазии. Ничего такого не видно, а уж тебе грех стыдиться.

— Почему? – нахмурившись, спросила я. – Потому что по документам наложница или потому, что наиви?

— Потому что грудь красивая. Знаешь, сколько за такую женщины платят?

— Как платят, кому? – ничего не понимала.

— Магам, конечно, магистрам врачевания. Они за о-о-очень большие деньги выращивают грудь. Гарантии никакой, в семи случаях из десяти ничего не выходит, но женщины все равно рискуют. Это незаконно, поэтому нужно убедить магистра взять деньги. Обычно, — Геральт метнул на меня лукавый взгляд, — в постель с ними ложатся. Просто так, сами предлагают. И не какие-то горожанки, а герцогини, магессы. Ты ведь поняла, в обыденной жизни даже трижды титулованному и могущественному магистру пришлось бы умолять о подобной милости. А ты свои достоинства не ценишь.

Не стала комментировать вопиющую распущенность, лучше проясню пару важных вопросов. Перед воротами две кареты, пока их досмотрят, успею.

— Почему вы говорите мне «ты»?

— Не забывай добавлять «милорд», когда обращаешься ко мне, — гаденько добавил Геральт. – Ты без рода, без фамилии, поэтому «ты». Тебе же надлежит говорить всем, кроме крестьян и слуг, «вы». Во дворце тоже добавляй «милорд» или «миледи». Разумеется, герцогов величают светлостями, а королевскую чету – величествами.

— Тогда, если я такая безродная, откуда такое трепетное отношение? Ведете себя будто с аристократкой.

— И никак не сподоблюсь изнасиловать, да? – состроил страдальческую мину навсей и порывисто обнял. Жаркие губы коснулись уха, слова обжигали. — А вот не хочу. Сиди и мучайся от неправильности ситуации, маленькая наиви, и знай, ты станешь моей. Добровольно, целиком и навсегда, а не на пять минут.

Отвернулась и скинула руку Геральта. Тот отодвинулся и сделал вид, словно совсем мной не интересуется.

Подошла наша очередь. Двери экипажа распахнулись, и человек в наглухо застегнутой куртке с поклоном попросил навсея вытянуть правую руку. Геральт равнодушно положил ладонь на странный кристалл. Тот полыхнул белым цветом.

— Ваша спутница, ваше сиятельство?.. – Пытливый взгляд обратился ко мне.

Вместо ответа навсей подал незнакомцу приглашение. Тот бегло пробежал его глазами и вернул, благоговейно пробормотав: «Гостья самого Хозяина смерти!» Мне тут же стало не по себе. Малодушно запросилась домой, но поздно, экипаж тронулся, нас поглотила пасть ворот.

— Кристалл проверяет личность, — пояснил Геральт. Теперь его объятия пришлись кстати: темнота с алыми всполохами пугала до дрожи в коленках. – Меня хорошо знают, поэтому не требуют капельки крови. Белый цвет означает, вход во дворец разрешен.

Наконец, темнота отступила, мы оказались на подъездной аллее к огромному замку. Сеть из разноцветных огоньков тончайшей паутиной обвила деревья, в воздухе сменяли друг друга различные фигуры. Их творил маг, я даже видела его: стоял на балконе одной из башен. Темный силуэт со вскинутыми руками.

Некоторые экипажи останавливались перед широкой лестницей, выводившей на каменную площадку в половину фасада, но наш свернул налево, в зев очередных ворот. Они скрывали двор с фонтаном в виде все того же дракона и парадный вход. Он разительно отличался от первого: ковровая дорожка, готовые к услугам высоких гостей слуги, высокие двери с витражными переплетами. Совсем не похоже на замок.

Экипаж остановился. Ливрейный лакей с поклоном распахнул дверцу со стороны Геральта. Тот легко соскочил на ступеньки и подал руку. Разумеется, взгляд навсея скользнул в декольте, но я сделала вид, будто не замечаю. Поправила ожерелье — бриллианты в красном золоте – и под руку с Геральтом, стараясь не оступиться и не упасть назад (бант перевешивал), поднялась к дверям. Они распахнулись сами, и дух торжественно объявил: «Его сиятельство Геральт Свейн, пятый граф Местрийский, со спутницей». В руках навсея тут же возник знакомый посох. Он ударил им о пол пустынного зеркального холла, и мы оказались на пороге огромного бального зала. Ахнула от изумления, а навсей, смеясь, объяснил, иначе маги не входят.

Размышлять над странностями местных обычаев было некогда: я тут же оказалась главным центром притяжения взглядов. Все разговоры смолкли, в зале воцарилась странная, звенящая тишина. Геральт легонько тронул толкнул в плечо и церемонным шагом повел вперед. Видимо, представлять королю. Странно, я его не видела, у нас бы монарх восседал на троне. Другой мир, другие правила.

— Присядь в реверансе и молчи, пока не спросят, — наставлял навсей, кивками приветствуя знакомых.

Заметила, очень многие кланялись Геральту. Значит, не последний человек в королевстве. Более того, его даже пытались о чем-то просить, но Геральт отмахивался.

Женщины вели себя странно: избегали смотреть прямо, а если и разглядывали, скрывались за веерами. Однако находились и те, кто открыто дарили навсею улыбки. Тот не обманул, я не смотрелась развратной «белой вороной». Декольте дам поражали воображение. Далеко не все прикрывали обнаженную грудь, наоборот, подчеркивали драгоценностями. Некоторые носили платье с клиновидными декольте, так, чтобы целиком оголить только ложбинку. Среди гостей выделялись магессы, вроде жены Геральта, которые одевались по-мужски.

Поражала и свобода нравов. Своими глазами видела, как какая-то женщина поглаживала зад мужчины. Будто в борделе!

— Это ее муж, успокойся, — шепнул Геральт, заметив, на кого я с осуждением смотрю. – Любимый муж. У них медовый месяц, с трудом терпят официальную часть, чтобы уединиться в садовой беседке. Никто тебя так трогать не станет, никаких оргий тоже не увидишь. В зале же скоро станет жарко, и ты оценишь фасон платья. Мне тоже придется снять пиджак. Но приехать нужно в нем, таковы правила.

Странные правила, однако не мне судить.

Внезапно толпа перед нами расступилась, пропуская высокого блондина с абсолютно белыми волосами. Никогда прежде таких не видела и смотрела во все глаза, гадая, король передо мной или нет. Фиолетовая шелковая рубашка с небрежно расстегнутым воротником, белоснежный пиджак, желтые глаза, каких, казалось бы, не бывает у человека. Губы сложены в легкую снисходительную улыбку.

Геральт замер и крепко сжал мою руку.

— Отвернись и сделай вид, будто не видишь! – прошипел навсей. – Если промолчишь, он уйдет.

— А кто это? – Я по-новому взглянула на незнакомца.

Явно аристократ, явно обладает властью и маг: пальцы унизаны перстнями. И все его боятся, даже Геральт.