Страна Изумрудного солнца - Антон Орлов

Тлемлелх взвыл и вцепился ему в горло. Свалившись на пол, оба запутались в плаще Тлемлелха. Тине не сразу удалось оторвать их друг от друга, при этом кто-то из энбоно оцарапал ей плечо.

– Если вы не воздержитесь от мордобоя, я свяжу вас обоих! – предупредила она, разозлившись.

– Лучше только Тлемлелха, – запротестовал Лиргисо. – Я миролюбив, я хочу умереть спокойно. Не только вы пострадали, мне он тоже шею поцарапал.

Подобрав тряпку, он прижал ее к шее, словно в подтверждение своих слов.

– Тина, это он тебя поцарапал! – начал оправдываться Тлемлелх. – Не удивлюсь, если у него когти смазаны ядом!

– На меня яды не действуют. – Тина вернулась в кресло. – Думаю, вам стоит устроить дуэль, если мы отсюда выберемся, но сейчас это плохая идея. Надо беречь кислород.

– Мы не выберемся, – не выказывая особой печали по этому поводу, заметил Лиргисо. – Фласс никого не отпускает.

– Для тех, кого поглотил Фласс, нет ни надежды, ни будущего, – поддержал его Тлемлелх. – Можно считать, мы уже мертвы, даже если и кажемся друг другу живыми.

Хотя бы в одном они были единодушны.

– Лиргисо, как вы установили контакт с людьми? – спросила Тина.

– Не знаю, кхей-саро. Это произошло еще до моего рождения. Когда я был юным энбоно, один из моих влиятельных покровителей, оценив мои способности, предложил мне вступить в тайное общество. Разумеется, я согласился и постепенно обрел достаточно большой авторитет. Мы давно уже работаем с людьми, давно уже используем людей… Не обижайтесь, кхей-саро, но те представители вашей расы, с которыми мы имеем дело, находятся в подчиненном положении.

– А что, если люди используют вас? Те представители моей расы, с которыми вы имеете дело, – это в основном преступники. Вы об этом знаете?

– Без риска не обойтись, но наш патрон умеет держать их в повиновении. – Лиргисо отбросил окровавленную тряпку и начал осторожно массировать шею.

– У людей, которые работают на Лярне, тоже есть свой патрон. Некий господин Густав. Как эти два патрона между собой ладят?

Лиргисо откинулся в кресле и рассмеялся заразительным переливчатым смехом, словно она сказала что-то очень веселое.

– Они прекрасно ладят, кхей-саро. Без преувеличений, прекрасно!

– Ну а если они что-нибудь не поделят?

– Такое исключено. Знаете почему?.. Ладно, не буду вас мучить, все равно не угадаете… Это одно и то же лицо.

– Он человек или энбоно?

– И то и другое сразу, кхей-саро. Энбоно в теле человека. Ваша гримаса выражает удивление?

– Меня удивляет легковерие энбоно. Преступник, которого в нашем мире разыскивают, чтобы посадить в тюрьму, морочит вам голову, и вы играете в его игру…

– Резонная догадка, но неверная. – Лиргисо улыбнулся распухшими губами, в полумраке блеснули его зубы. – Он уже на протяжении нескольких веков осуществляет свой план возрождения Лярна, меняя по мере надобности человеческие тела.

– Какое невероятное извращение! – ахнул Тлемлелх. – Жить в человеческом теле, таком уродливом… Ни один достойный энбоно на это не согласится.

– Дорогой Тлемлелх, у него не было выбора. Как ты думаешь, почему мы являемся тайным обществом и не афишируем нашу деятельность среди непосвященных энбоно?

– Почему?

– А ты подумай, Тлемлелх, это полезное упражнение, особенно для таких, как ты. Тина не знает историю Лярна, но у тебя есть все исходные данные, чтобы с первого раза угадать. Если мы заявим о себе, в Могндоэфре такое начнется… – Откинувшись на спинку кресла, он смотрел на Тлемлелха, чуть прищурив свои круглые глаза, и ритмично шевелил слуховыми отростками. – Давай подскажу: кого энбоно боятся больше, чем Фласса, больше, чем аргхмо?

– Что?.. – еле слышно произнес Тлемлелх (переводчик повторял за ним с нормальной громкостью). – Злой Император, будь он навеки… Этого не может быть!

– Нашего патрона зовут Сефаргл, – с усмешкой закончил Лиргисо.

Тине это имя ни о чем не говорило, зато Тлемлелх завопил:

– Это же преступление против энбоно! Ваше общество надо отправить во Фласс! Такого кошмара я даже от тебя не ждал…

– Ну вот, видите, кхей-саро. – Лиргисо снова усмехнулся. – Типичная реакция типичного среднего энбоно. Поэтому нам и приходится обитать в тумане тайны.

– Хорошо, что я скоро умру, – после долгой паузы прошептал Тлемлелх. – Фласс поглотит меня, и я не стану очевидцем и жертвой новых ужасов под изумрудным солнцем…

– Наконец-то ты признал, что я сделал для тебя доброе дело, – отметил Лиргисо.

Тлемлелх был настолько подавлен, что даже ударить его не попытался.

– А что натворил этот ваш Сефаргл? – повернулась к нему Тина.

Расправив свернувшиеся в спирали слуховые отростки, Тлемлелх тихо ответил:

– Тогда произошел чудовищный геноцид. Лярн был центром Империи из шестнадцати планет, колонизированных энбоно. Теперь ничего не осталось, кроме Лярна, постепенно пожираемого Флассом. Правление Сефаргла, будь он навеки мертв, – тут Лиргисо издал негромкий иронический смешок, – у многих вызывало недовольство, и началось восстание. Пятнадцать планет-колоний Злой Император уничтожил… теперь это мертвые небесные тела, лишенные атмосферы. Трудно все это представить, но так написано в учебниках и в исторических трудах. Когда Сефаргл объявил об этом населению Лярна, восстание вспыхнуло с новой силой. Потом он применил оружие, породившее Фласс, я уже говорил тебе. С тех пор наша культура угасает, как слабый огонек на ветру. Рано или поздно весь Лярн будет захвачен Флассом, и мы исчезнем.

– Патрон хочет предотвратить столь душераздирающий финал, – вмешался Лиргисо, – но понять это способны лишь немногие избранные. Увы, наш несравненный, но недалекий Тлемлелх только что продемонстрировал характерное для большинства энбоно отношение к Императору. Изумительная кхей-саро, я буду вашим вечным должником, если вы позволите мне выпить глоток воды или, лучше, вина… Только не надо ваших человеческих напитков, у них отвратительный вкус.

В одном из шкафчиков обнаружилось два десятка банок с газировкой валгрианского производства, в другом – высокие конусовидные бутылки из материала, похожего на янтарь, запечатанные пробками, на которых были нарисованы изящные замысловатые значки.

– Вот это, – оживился Лиргисо. – Не могу выразить, как я вам признателен! А бокала для вкушения живительной влаги не найдется?

Бокала не нашлось. Аккуратно вывинтив пробку, он насмешливо прокомментировал:

– Из горлышка пьют только неги… И умирающие от жажды энбоно, если рядом нет никого, кроме представителя чужой расы и ополоумевшего от страха Тлемлелха.

– Жаль, что никто не видит, – вздохнул последний, когда Лиргисо приложился к бутылке. – Этот пижон только что уронил свой статус до столь низкой отметки, что никто из Живущих-в-Прохладе после этого даже отвечать на его приветствие не стал бы!