Любовь тебя найдет - Джанет Гоувер

Пора было прекращать жалеть себя. И эти бокалы — это тот толчок, который ей необходим. Она уже готова обратиться в банк за новым кредитом, и бокалы как раз и послужат дополнительным стимулом. В подсобном помещении имеется немалый запас фигурных бутылок, которые она собирает последние два года, и на них можно наклеить найденные этикетки. Подобный подарок наверняка поможет убедить менеджера банка выделить ей нужные средства. Что же касается Саймона… Ее успех был бы наилучшей местью ему. А еще можно было бы познакомиться с достойным мужчиной. Это наверняка заденет его за живое.

Поднявшись из-за стола, Ли взяла коробку. Перво-наперво нужно было очистить найденные бокалы от пыли.

Донна долго лежала в постели, прислушиваясь к тишине. Солнце только взошло над горизонтом, а жара становилась все более ощутимой. Над кроватью медленно вращался вентилятор, однако не приносил ни малейшего облегчения. Время от времени слышался едва уловимый звук — казалось, будто дом вздыхает по мере того, как солнце раскаляет крышу из гофрированного железа. Один раз на дворе пролаяла собака. Здесь не было слышно ни шума проезжающего транспорта, ни каких-либо иных проявлений человеческой деятельности. Доносилось лишь отдаленное карканье ворон, что еще сильнее подчеркивало, в какую глушь она забралась, покинув все то, к чему привыкла и была привязана.

Путешествие в глубь малообжитых территорий Австралии оказалось совсем не таким, каким ей представлялось. Фактически оно едва не обернулось для нее трагедией.

На следующее утро после весьма проблематичного прибытия на ферму со звучным названием Ривер-Даунс она проснулась довольно поздно. Но и после пробуждения не очень-то стремилась покинуть предоставленную комнату, испытывая смущение и даже некоторый страх. Ей было по-прежнему непонятно, почему Питер решил, будто она прилетела сюда, чтобы нянчиться с его детьми. Донна осознавала, что должна поговорить с ним и все прояснить, однако ее немного пугала необходимость предстать перед человеком, который пошел на ложь ради достижения своих целей.

Но, как оказалось, переживала она напрасно. Вскоре раздался тихий стук в дверь, и в спальню вошла сестра Питера, которая принесла ей чай и сообщила, что Питер на целый день забрал детей с собой, чтобы дать гостье возможность отдохнуть. Донна, впрочем, в большей степени нуждалась в разъяснениях, нежели в отдыхе. И пока она пила крепкий чай, Дженни во всем созналась.

Поначалу Донна испытала возмущение, однако быстро отошла. Сестра Питера объяснила, что это именно она отослала в журнал «Жизнь Австралии» то письмо с фотографией, а затем со слезами на глазах поведала о том, что брат уже много лет скорбит по погибшей жене. Донна чувствовала, что Дженни очень сильно его любит, и потому ничуть не усомнилась в том, что письмо отсылалось с самыми благими намерениями. К этой уловке, в общем-то, можно было отнестись снисходительно, чего не скажешь о последующей лжи. Впрочем, то, что она выдавала свои сообщения по электронной почте за послания брата, это еще пустяки. А вот то, что ввела в заблуждение и его самого, значительно усложняло ситуацию.

Несмотря на подобный обман, у Донны не возникло к Дженни какой-либо неприязни. Ведь было совершенно очевидно, что эта женщина, чья беременность, судя по всему, протекала не очень-то легко, всего лишь заботилась о брате и его детях. Хоть и не сразу, Донна все же согласилась ничего не говорить Питеру, позволив Дженни самой ему все объяснить. Что было, конечно же, проявлением некоторой трусости с ее стороны. Однако засевший в сознании достаточно четкий образ Питера был неразрывно связан с драматичной встречей у пересохшего русла и убийством смертельно опасной змеи, поэтому она была более чем рада, что Дженни без ее участия переговорит с этим суровым мужчиной.

В общем, Дженни бралась объяснить все, что нужно, за исключением, пожалуй, главного вопроса — останется ли сама Донна в Ривер-Даунсе?

Прошло, однако, два дня, но ничего так и не решилось. Питер по-прежнему пребывал в неведении. Прежде чем Дженни успела ему что-то сказать, он вместе с Кеном уле-тел в соседнее хозяйство, чтобы помочь доставить в больницу травмированного работника. Они должны были вернуться этим утром, и Донна надеялась, что истина наконец-то откроется.

Откинув одеяло, она поднялась с кровати. Предоставленная ей комната изначально была частью веранды — ее просто перегородили стеной, и таким образом получилась дополнительная спальня с небольшим туалетом. Помещение было длинным и узковатым, но зато одна из стен почти полностью состояла из окон, через которые открывался вид на выгоны с бурой почвой. Единственным сооружением человеческих рук, доступным взгляду, была протяженная ограда, теряющаяся в дальних кустах. Да, здешняя перспектива кардинальным образом отличалась от той, которой можно было полюбоваться из окна ее лондонской квартиры. Даже противомоскитные сетки, натянутые на рамах, лишний раз свидетельствовали о том, как далеко она сейчас от родных мест.

Уже по пути на кухню Донна услышала рокот самолета. Как видно, Питер с Кеном пролетели над самой фермой, чтобы известить домочадцев о своем прибытии. Поэтому она сразу же налила полный чайник, чтобы чая хватило на всех. Ей уже были известны некоторые правила жизни этой семьи.

Как ни странно, но Дженни до сих пор так и не встала. Накануне она чувствовала себя не совсем хорошо — может, следует проверить, все ли у нее в порядке? Однако после краткого размышления Донна решила дать Дженни и близнецам возможность еще немного поспать. Она сама встретит вернувшихся мужчин и позаботится о завтраке для них. А потом, когда появится Дженни, они все вместе разберутся в возникшем недоразумении.

Когда чай был уже заварен и Донна доставала из холодильника продукты, на кухню вошли Питер и Кен. Выглядели они довольно усталыми.

— С возвращением, — поприветствовала их Донна. — Чай уже готов.

Это было как-то необычно — в качестве хозяйки встречать тех, кто прожил в этом доме многие годы.

— А Дженни еще не вставала? — поинтересовался Кен.

Донна молча покачала головой.

— Тогда пойду отнесу ей чай, — сказал он и, взяв две кружки, вышел из кухни.

Донна присела у большого деревянного стола, не зная, о чем говорить. Сидящий напротив мужчина был для нее совершенно незнакомым человеком. Их единственная встреча была короткой и весьма драматичной — тут и ядовитая змея, и неожиданное появление героя, и выстрелы… В довершение ко всему само ее присутствие в этом доме было связано с обманом, который она не могла раскрыть, не нарушив слово, данное Дженни, единственному человеку на тысячи километров в округе, с которым она успела более или менее пообщаться. Поэтому, чуть помолчав, Донна решила затронуть отвлеченную тему.