Звездная Кровь. Изгой VI - Алексей Юрьевич Елисеев

— Кир… Юлина… — снова начал он дрожащим голосом.

297

— Я был там, Минден, — сказал я, не отрываясь от работы. Пальцами нащупал зазубренный наконечник. — В самой пещере. Эти дикари… они и правда не просто шайка бандитов. Они культисты. Поклоняются какой-то дряни, которую называют Песчаным Великаном. Пытаются его пробудить или накормить, чёрт их разберёт.

Я крепко ухватил древко и резко дёрнул. Мико вскрикнула, вцепившись пальцами в землю. Стрела вышла с мерзким хлюпающим звуком. Кровь хлынула сильнее.

— Сущность эта… Великан… она сильная, — продолжал я, прижимая к ране тампон, смоченный антисептиком. — Нематериальная, злая. Я столкнулся с ней, когда освободил твою невесту. Едва унёс ноги. Эта сущность могла убить меня четыре раза, но моя Руна… Кольцо Защиты спасло трижды, больше зарядов нет.

— Но Юлина? — Минден почти плакал. — Ты её видел? Она жива?

— Видел. Жива. Я освободил её и ещё одного пленника. Но… — я запнулся, подбирая слова. Вытащить зазубренный кусок металла было проще, чем сказать это. — Когда я вырвался из пещеры, дикари вернулись. Их было много. Они снова схватили её. Утащили в другую пещеру. Я… я просто не смог. Их было слишком много. Я сделал, что смог. Прости…

Минден пошатнулся, как от удара. Он закрыл лицо руками, плечи его затряслись.

— Значит… всё? — прошептал он сквозь пальцы.

Я приложил ладонь к ране Мико, активируя Малое Исцеление. Тёплая энергия потекла сквозь мои пальцы, затягивая рваные края плоти. Мико расслабилась, её дыхание выровнялось.

— Не всё, — твёрдо сказал я, накладывая стерильную повязку. — Я не собираюсь её там бросать. Но в лоб лезть — самоубийство. Нам нужен план. И… Не знаю… Подкрепление?

В этот момент из темноты послышался приближающийся топот лап цезаря. Мы все напряглись, но вскоре из мрака вынырнула знакомая фигура — тот самый одноглазый пленник, которого я спас. Он ловко спешился, бросив поводья, подошёл ко мне и протянул револьвер.

— Держи, Восходящий, — хрипло сказал он. Лицо его было покрыто пылью и запёкшейся кровью из-под повязки, но держался он уверенно. — Спасибо за… ну, за всё. Особенно за твой револьвер. Пушка пригодилась пару раз отбиться от самых настырных.

Я молча взял «Головорез», проверяя барабан.

— Пожалуйста. Моё имя Кир, — спросил я, убирая револьвер в кобуру. — Как тебя звать, старик?

— Мама назвала Драксам. Драксам Тин, — ответил он, потирая уцелевший глаз. — Но ты можешь меня звать просто Драк.

— Драк Тин⁈ — воскликнула Мико, приподнимаясь на локте. Похоже, Исцеление подействовало быстро. — Тот самый Драк Тин⁈

Я удивлённо посмотрел на неё, потом перевёл взгляд на Драксама. Седой, одноглазый, жилистый мужик лет пятидесяти на вид. Обычный обитатель Пустоши, разве что взгляд у него был слишком уж цепкий и спокойный для того, кто только что избежал жертвенного алтаря.

— Твой знакомый? — спросил я у Мико. — Кто это?

— Как кто? — она даже привстала. — Это же атаман! У него своя ватага, бывшие старатели в основном. Они тут… ну, порядок свой наводят. Или наводили. Слухи ходили разные…

Минден, немного пришедший в себя от шока, криво усмехнулся.

— Порядок? Мико, не смеши. Какой он атаман? Главарь шайки обыкновенной. Грабили караваны купцов. Отчасти из-за него и нескольких таких же «атаманов» Посёлок Старателей стал почти необитаемым. Все об этом знают.

Драк Тин слушал их перепалку с непроницаемым лицом, лишь уголок губ чуть дёрнулся. Он посмотрел на меня со значением.

— Слухи, Восходящий, они такие… У каждого своя правда, — проговорил он спокойно. — Кто-то видит защитника, кто-то — бандита. А я никого просто так не грабил и не убивал, да и не защищал. Просто пытался выжить в этом забытом Едиными месте. Как и все мы. Но эти… культисты… они другое. Они хуже любой банды. И хуже Сфинкса были бы, если бы их Великан вырвался на волю.

Он перевёл взгляд на тёмные скалы, где скрывалась пещера. Моему взгляду открылся хищный профиль Драка. Было в нём что-то… Что-то такое, что заставляло не просто слушать, а прислушиваться.

— Я у них в плену пробыл почти неделю. Слышал их разговоры. Они ждут какого-то знамения. Собирают жертвы. Юлина… девушка эта… она им нужна для чего-то особенного. Возможно, как жена для их Великана.

— Жена? — обалдел я, заканчивая накладывать повязку на бедро девушки. — Он же призрак. Зачем ему жена?

— По их верованиям через это он обретёт плоть…

От его слов у меня по спине пробежал холодок, похлеще, чем от ментальных атак в пещере.

— Извини, но ты не очень-то на симпатичную Юлину похож, — резко возразил Мин. — Да и вообще на девушку. На тебе Великан, что…? Тоже жениться хотел?

Драк Тин упёр руки в бока и громогласно расхохотался, но затем резко посерьёзнел.

— Нет, парень, — ответил он хриплым глубоким баритоном. — Конечно, не похож. Думаю, мне было предназначено стать сосудом для Великана. Его аватаром в мире живых. Слышал что-нибудь о таких?

Герорн отрицательно помотал головой. Он, в отличие от меня, не знал, что твари из Грани могут вселяться в людей. Такие одержимые могли быть невероятно опасными. Сосуд значит? Это меняло дело. Теперь это не просто спасение женщины в беде. Мы вступили в гонку со временем против чего-то действительно ужасного. Если вокруг фигуры Песчаного Великана собрался такой мощный культ последователей — эта сущность априори не может быть слабой и безобидной.

Я посмотрел на Миндена, на Мико, на Драка Тина. Три разных человека, сведённых вместе Кровавой Пустошью и моей неудачной попыткой сыграть в героя. Один — игрок, потерявший невесту. Вторая — резкая девчонка с простреленной ногой и дорогими штанами. Третий — бывший атаман-грабитель с одним глазом и широкими познаниями о мрачном культе Песчаного Великана. И я — Восходящий, едва унёсший ноги от призрачного монстра и жгучим желанием вернуться и… И всё исправить. Если же исправить не получится, так хотя бы поквитаться.

Что сказать? Весёлая компания у нас собралась. Мрачные мысли давили, пока я глядел в сторону горной гряды. Похоже, следующая попытка будет ещё жарче. И без плана нам точно не обойтись. Но голова была пуста, как легионерский барабан. Я устал и хотел есть.

— Что ты делаешь? — спросил меня Минден, молча наблюдавший за тем, как