Ты больше меня не люби - Дениза Робинс

– Успокойся и приляг, дитя мое, – говорила Морга. – У тебя совершенно больной вид. Это было ужасно, но все уже позади. Не стоит так убиваться.

Айрис подняла на старую женщину полные боли глаза. Затем ее взгляд снова упал на запятнанное кровью платье, и она задрожала.

– Я не могу расслабиться, Морга. И не проси меня идти отдыхать.

– Но, дорогая моя, Стивену теперь не угрожает никакая опасность. Доктор Руфат сказал это совершенно определенно, а разве он не один из лучших врачей в Верхнем Египте?

Глаза Айрис наполнились слезами. Как бы ей хотелось упасть перед старой женщиной на колени, спрятать лицо у нее на груди и дать волю своим чувствам! Не угрожает никакая опасность! Если бы только это было правдой!

– Иди приляг, девочка моя! – настаивала мисс Морган.

Айрис отрицательно покачала головой.

– Я должна дождаться, пока Стивен проснется. Я первая должна с ним поговорить.

Мисс Морган вздохнула и поднялась.

– Ну, что ж, если ты этого хочешь…

Айрис кивнула. Старая женщина не должна знать всей правды. Не могла же Айрис сказать ей, что как только Стивен придет в себя, она будет его просить, будет умолять его не рассказывать никому, кто на самом деле напал на него, не выдавать Юзрева. Иначе он подпишет себе смертный приговор. Юзрев может снова нанести удар прежде, чем полиция успеет до него добраться. Она не могла рисковать. Ей придется сказать Стивену: «Я собираюсь выйти замуж за Михайло. Пожалуйста, не выдавай его».

Но одному Богу известно, каков будет ответ Стивена. Он может отказаться не выдавать Юзрева. Айрис одолевали тяжелые сомнения и недобрые предчувствия.

Оставшись в одиночестве, Айрис сняла с себя окровавленную одежду, сложила и заперла в шкафу. Затем она надела чистое платье, привела в порядок свои волосы и прошла в восточное крыло дворца. Стивен находился не только под присмотром старой Аеши, но и под охраной двух слуг, оставленных Айрис у дверей его комнаты. Она не хотела рисковать. Это были суданцы, верой и правдой служившие Ромни Лоуэллу, а теперь его дочери. Они защитят Стивена от руки убийцы.

Но Юзрев ждал, и Айрис знала, что у нее нет надежды на спасение.

Она вошла в комнату, где лежал Стивен. Здесь было свежо, даже прохладно – над потолком бесшумно работал большой вентилятор. У постели раненого сидела Аеша, периодически менявшая на его лбу компрессы.

Увидев, что вошла ее молодая госпожа, Аеша поспешно поднялась.

– Он спит, моя госпожа, не беспокойтесь, – прошептала она на своем родном языке.

– Он выздоровеет, Аеша? – также по-арабски спросила Айрис.

– Без сомнения, моя маленькая богиня Нила. Лихорадка у него прошла. Его рана неопасна. Через неделю, может быть, даже раньше он будет абсолютно здоров.

Айрис откинула противомоскитный полог и присела на край кровати, на которой лежал Стивен. Она взяла его безжизненную руку и прижала к своей щеке. Ладонь сразу же стала влажной от слез, струившихся по ее ввалившимся щекам.

– О Стивен, любимый мой! – прошептала Айрис.

Он спал безмятежным сном ребенка и чему-то улыбался во сне. Сидя рядом с ним, держа его руку, Айрис на мгновение снова ощутила счастье, которое когда-то было у нее. Он казался умиротворенным, совсем не похожим на того жестокого человека, утратившего свои иллюзии, каким он был в храме.

– Не беспокойся, моя голубка, – прошептала из-за полога Аеша. – Он сейчас не страдает. Он очень скоро будет здоров. Аеша разбирается в таких вещах.

Айрис тяжело вздохнула. Стивен будет с ней еще неделю или около того, а потом, они расстанутся. Навсегда.

– Я много думала об этом происшествии, – снова донесся до нее шепот Аеши. – Разве не странно, что принц Юзрев не смог защитить эфенди? Разве это не странно?

Айрис повернулась к старой няне. Их взгляды встретились.

– Айвах, – согласилась Айрис, – это странно.

Аеша задумчиво пошамкала губами. Странное выражение мелькнуло на ее коричневом морщинистом лице. Она покивала головой.

– Очень странно, госпожа. Вор напал, хотя принц там тоже был. Я видела принца. У него был странный вид. Его руки дрожали.

Айрис вздрогнула. Старая Аеша иногда обладала сверхъестественной проницательностью. Айрис знала об этом.

– Иди, Аеша, – прошептала Айрис. – Не думай больше об этом. Это не твоя забота. Аллах покарает злодея.

Аеша низко поклонилась. Ее черные похожие на блестящие камешки агата глаза внимательно посмотрели на ее госпожу. Она загадочно улыбнулась.

– Аллах покарает его, о жемчужина Нила…

Айрис смотрела ей вслед, пока та, шаркая ногами, шла к дверям, и ее не покидала мысль, поразившая ее внезапно, как молния: «Аеша знает». Да, она, единственная из всех, знала правду.

Айрис снова перевела взгляд на Стивена.

Она сидела рядом с ним несколько часов почти не двигаясь, разве только для того, чтобы пощупать его пульс или сменить компресс на лбу.

Солнце уже село, когда Стивен наконец открыл глаза. Он увидел озабоченное лицо Айрис, наклонившееся над ним, услышал ее голос, в котором звучали нежность и тревога за него.

– Как ты себя чувствуешь? Хочешь чего-нибудь? Может быть, попить? Здесь вода со льдом и апельсины.

Она положила ему под голову руку и, поддерживая его, поднесла к губам бокал с водой. Не совсем еще очнувшись от сна, он сделал несколько глотков и почувствовал, что вода оживила его. Первые минуты он не мог сообразить, где находится, не помнил, что произошло в Храме Изиды. Он чувствовал только, что рядом с ним находится его бесценная Айрис. Он протянул руку и погладил ее волосы.

– Любимая, – прошептал он. – Айрис… моя родная…

Ее сердце было готово разорваться, и в то же время она почувствовала прилив радости от того, что он разговаривает с ней прежним ласковым тоном. Прежде чем она поняла, что происходит, он привлек ее к себе и потянулся губами к ее губам.

– Ты моя, – прошептал он, целуя ее. – Скажи мне, что это так, любимая, скажи мне, что ты по-прежнему любишь меня…

На какое-то мгновение Айрис не смогла сдержать свои чувства. Она ответила на его поцелуй со всей страстью, смешанной с отчаяньем, и обняла своего возлюбленного. Затем, опомнившись, она в смятении выскочила из комнаты. Она не могла здесь больше оставаться. Прерывающимся голосом она позвала старую арабку.

– Аеша, Аеша! Вернись к нему, Аеша!

Няня появилась на ее зов и, взглянув на свою госпожу, заняла ее место у постели Стивена. Много разных мыслей крутилось в ее старой голове. И все они так или иначе были связаны с этим отвратительным сербским принцем, который не так давно грубо толкнул ее и чья нога пнула ее, пока она корчилась на полу от боли.

Она задумчиво посмотрела на англичанина.