Толковая Библия. Ветхий Завет. Пятикнижие - Александр Лопухин

«они выйдут (сюда) с большим имуществом…» Пророческая деталь, точно оправданная историей (Исх XII:35–36).

15. а ты отойдешь к отцам твоим в мире и будешь погребен в старости доброй;

15. «а ты отойдешь к отцам своим… и будешь погребен в старости доброй». В этих замечательных словах справедливо видят выражение идеи ветхозаветного бессмертия; на него указывает уже одно то, что в тексте ясно различается «уход к отцам» от «погребения тела», причем, если под последним, без сомнения, разумеется телесная, физическая смерть, то под первым может разуметься только духовное бессмертие, открывающее возможность загробного свидания с прежде умершими отцами. Толковать же это «приложение к отцам» в смысле обычного погребения в фамильной, родовой пещере, пример Аврама положительно не позволяет, ввиду того, что сам Аврам был погребен в пещере Махпел (Быт XXV:9), отец его Фарра в Харране (Быт XI:32), а прочие предки в Уре Халдейском.

16. в четвертом роде возвратятся они сюда: ибо мера беззаконий Аморреев доселе еще не наполнилась.

«в четвертом роде возвратятся они сюда…» Одни видят в этих словах параллель 13-му стиху, т. е. речь о четырех столетиях или родах — бедственной жизни Израиля, другие с большим основанием усматривают указание на продолжительность одного египетского рабства, которое должно было закончиться в четвертом поколении тех пришельцев, которые впервые поселились в нем. Действительно, Моисей, инициатор исхода евреев, был уже четвертым после Иакова, пришедшего в Египет (Левий, Кааф, Амрам и Моисей).

«ибо мера беззаконий Аморреев доселе еще не наполнилась…» Аморреи взяты здесь в качестве представителей всех хананеев (Нав XXIV:15 [615]). Долготерпение Божие щадило их целые века, чтобы дать им возможность покаяния; но они употребили это время во зло и заслужили грозный приговор божественной правды о полном их истреблении (Нав VI:20 [616]; VIII:22 [617]; IX:24 [618] и др.).

17. Когда зашло солнце и наступила тьма, вот, дым как бы из печи и пламя огня прошли между рассеченными животными.

«Когда зашло солнце и наступила тьма…» Замечание бытописателя, указывающее на выдающуюся продолжительность данного богоявления: начавшись предшествующей ночью, оно происходило в течение всего последующего дня и продолжалось при наступлении новой ночи.

«дым как бы из печи и пламя огня прошли между разобщенными животными…» Дым и огонь — это излюбленная эмблема обнаружений Бога в истории Израиля, одновременно грозных и мрачных, как дым, и светлых и радостных, как огонь.

«Прохождение между разобщенными животными означало, по обычаю, соединение разделенного, т. е. союз. Отто Герлах замечает, что Аврам не проходил между рассеченными; проходил только видимый образ Господа, т. е. это был договор милости, благодеяние, обещанное и подтвержденное осязательно обрядом договора» (Властов).

18. В этот день заключил Господь завет с Аврамом, сказав: потомству твоему даю Я землю сию, от реки Египетской до великой реки, реки Евфрата:

«В этот день заключил Господь завет с Аврамом…» Еврейское название завета «берит», происходящее от глагола, означающего «резать, рассекать разрубать», ясно указывает на тесную связь его с вышеописанным обрядом прохождения через рассеченные части животных. Этим актом Господь вступает в торжественный завет с Аврамом, по примеру того, как раньше Он вступал в подобный же завет с Ноем (IX:9). Впрочем, завет Бога с Аврамом имеет в виду более важные теократические цели, почему он и обставляется еще большей торжественностью, чем завет с Ноем.

«потомству твоему даю Я землю сию, от реки Египетской до великой реки…» Границами будущего владения евреев Господь указывает две реки: с востока Евфрат, а с запада какую-то египетскую реку. Под последней нельзя разуметь Нила, так как Евфрат в сравнении с Нилом не мог бы быть назван великой рекой; очевидно — это какая-либо из пограничных египетских речек, значительно меньших Евфрата; полагают, что это — река Сихор, которая отделяла Египет от Палестины и на которой стоял город Риноколюра. В этих пределах евреи действительно владели землей Ханаанской во времена царей Давида и Соломона (3 Цар IV:21 [619]; 2 Пар IX:26 [620]; Пс LXXI:8 [621]; 2 Цар VIII гл.), когда не только вся Палестина и все окружающие ее кочевья племена признавали владычество царей Израиля, но даже и цари южной Аравии преклонились перед ими.

«Но замечательнее на этом именно пространстве влияние нравственное, которое Аврам, потомки его патриархи, Давид и Соломон удержали до сих пор над умами кочевых племен. Память их чтится более памяти Магомета» (Властов).

19. Кенеев, Кенезеев, Кедмонеев,

«Кенеев, Кенезеев, Кедмонеев…» Печальная участь первых — порабощение ассириянами предсказана в пророчестве Валаама (Чис XXIV:21–22), а их местожительство — на юг от Ханаана, близ амаликитян, а потом и вовсе в пределах Палестины, в колене Иудином, указано писателем кн. Царств (1 Цар XXVII:10 [622]; XXX:29 [623]). В том же колене Иудином жили, по всей вероятности, и кенезеи, как можно догадываться из того, что Халев, житель колена Иудина, назывался кенезеянином (Нав XIV:6 [624]). Гораздо менее известны «кедмонеи», которые в Библии больше не упоминаются ни разу; но они встречаются на египетских памятниках, откуда некоторые догадываются, не называется ли этим именем какое-либо из пограничных с Хананеей египетских племен.

20. Хеттеев, Ферезеев, Рефаимов,

«Хеттеи, Ферезеи, Рефаимы…» Под первыми несомненно разумеется важная и сильная «хеттейская» народность, владевшая Сирией и имевшая свои колонии в окрестностях Хеврона и Вефиля (Суд I:23–26 [625]; 3 Цар X:29 [626]). «Ферезеи» — это уже известные нам (XIII:7) хананейские обитатели горных стран Палестины (Нав XI:3 [627]). «Рефаимы» — опять уже известное нам племя (XIV:5), обитавшее (Нав XII:4 [628] и XIII:12 [629]) на северо-восток от долины Иордана, хотя позднее оно спустилось и значительно южнее, давши свое имя долине рефаимов или исполинов одной из окрестностей Иерусалима (Нав XV:8 [528] и XVIII:16 [630]).

21. Аморреев, Хананеев, (Евеев), Геpгесеев и Иевусеев.

«Гергесеев и Иевусеев…» Первые жили на запад от Иордана (Нав 24), а вторые — около Иерусалима и в самом городе, который вследствие этого некоторое время назывался даже Иевусом (Суд XIX:10 [529]).

Глава 16.

1. Сара, будучи бесплодной, отдает свою служанку Агарь Авраму.

1. Но Сара, жена Аврамова, не рождала ему. У ней была служанка Египтянка, именем Агарь.

«Но Сара, жена Аврамова, не рождала ему…» Необходимое вводное замечание, подготовляющее к последующему повествованию. Прошло уже целых десять лет (3 ст.) с того времени, как Аврам и Сара получили божественное обетование о многочисленном потомстве, а у последней не родилось еще ни одного сына.

2. И сказала Сара Авраму: вот, Господь заключил чрево мое, чтобы мне не рождать; войди же к служанке моей: может быть, я буду иметь детей от нее. Аврам послушался слов Сары.

«И сказала Сара Авраму: вот, Господь заключил чрево мое… войди же к служанке моей…» Смиренно считая себя главной виновницей неисполнения божественного обетования о потомстве и желая оказать Авраму содействие в получении его, Сара великодушно отказывается от своих прав на мужа и добровольно предлагает ему в жены свою собственную служанку Агарь, вывезенную ими еще из Египта, вероятно, в числе прочих даров, которыми снабдили их египтяне (XII:16). Самое имя этой служанки «Агарь» значит бегство и дано ей было или по пророчественному предсказанию, или, вернее, по последующему воспоминанию ее двукратного бегства из дома госпожи своей (XVI:6;).