Полуночные поцелуи - Жанин Бенедикт

снова отрывается. Однако на этот раз он устанавливает, между нами, самую недооцененную дистанцию. И он делает все это только для того, чтобы добавить:

— На самом деле, если мы собираемся сыграть в игру, я голосую за Settlers of Catan. Но нам понадобится больше игроков.

Я таращусь на него, разинув рот. Он невинно моргает в ответ, и я пытаюсь сохранять спокойствие, осторожно отвечая:

— Ты действительно перестал целовать меня, чтобы сказать это?

Он нервно облизывает свои пухлые губы и открывает рот только для того, чтобы снова закрыть его.

— Извини, — осторожно напевает он, отводя взгляд и почесывая затылок. — Это моя любимая настольная игра.

Мое сердце замирает от глупой улыбки, которой он одаривает меня, и от того, как робко он избегает зрительного контакта. Чтобы сделать это еще более трогательным, он поправляет очки и беспомощно пожимает плечами, эффективно разрушая любую вспышку раздражения, которая могла возникнуть у меня раньше.

Уютная волна тепла прокатывается по мне, делая расстояние, которое он установил, между нами, невыносимым. Я немедленно исправляю это.

Просунув палец в петлю его ремня, я подтягиваю Отиса вперед. Удивленный, он спотыкается, выпрямляется, положив руку мне на плечо. Я встаю на цыпочки и целую его, прижимаясь своим телом, сливая нашу кожу воедино.

Беру на себя инициативу, мои руки запутываются в его волосах, направляя его движения в соответствии с моими требованиями. Ох, я думаю, он бросит мне вызов, даже предвкушаю, как мы будем толкаться и подтягиваться. Но он этого не делает, и почему-то это еще сексуальнее. Острые волны возбуждения пробегают между моих бедер.

Его ладони находят опору на бедрах, прижимая нижнюю часть тел друг к другу, и я стону от восторга, ощущая его промежность. Ослабив хватку на его поясе, я обхватываю руками поверх материала его джинсов.

Отис стонет, звук находит отклик во мне, частота восхитительным образом сотрясает мои кости. Его руки обхватывают меня и прижимают к себе.

— Ты чист? — я хриплю, когда он целует меня в щеку, мои волосы спадают, чтобы дать ему беспрепятственный доступ к моим губам. Я запыхалась и совершенно не в себе от того, какой опустошенной я себя чувствую. Мне нужен он.

Он делает паузу, чтобы бросить на меня насмешливый взгляд.

— Да, я принял душ после тренировки.

Мне одновременно хочется дать ему подзатыльник и ущипнуть за щеки.

— Нет. Не… Я имею в виду, приятно знать, что ты заботишься о личной гигиене, но я спрашиваю, нет ли у тебя каких-либо ЗППП.

— О! — он кивает, его оправа от движения сползает низко на нос. — Да. Супер-пупер чист.

— Хорошо, — я сжимаю его по всей длине, и он толкается в мою ладонь. — Я тоже.

Он смотрит на меня в замешательстве, пряди его вьющихся каштановых волос падают ему на лоб.

— Итак, ты хочешь… Мы собираемся… ну, знаешь, без презерватива?

Я отвечаю поцелуем, и он хнычет. Неистово сжимая рот, я продолжаю работать с ним, каждое сжатие и скольжение моей руки побуждает его член становиться тверже. И ему это нравится, он часто выражает свой восторг, когда издает короткие, беспомощные звуки.

Когда я становлюсь настолько нетерпеливой, что расстегиваю его брюки, медленно потянув вниз молнию, Отис захватывает мою нижнюю губу зубами и больно сдавливает, из него вырывается рычание, пока я лихорадочно ощупываю его поверх боксеров. Восторг сотрясает меня, и я становлюсь еще более влажной.

Он обжигает сквозь тонкий хлопковый материал, и я могу только пускать слюни от того, насколько обжигающим будет его обнаженный член в моей руке. Мои блуждающие пальцы скользят под нижнее белье, и я мурлычу, когда хватаю его, строение тяжелое и шелковистое. Его тело наклоняется вперед, как будто он вот-вот потеряет равновесие. Какое-то время он позволяет мне делать то, что я хочу, его руки обхватывают мою талию, в то время как мои ласкают его член.

— Хватит, — выговаривает он с рычанием, когда мой большой палец касается его головки, его тело дергается в ответ. Он страстно целует меня и наклоняется назад, чтобы схватиться за задницу, сильно сжимая ее, прежде чем слегка шлепнуть. — Обхвати меня ногами прямо сейчас.

Грубый тембр его голоса действует на меня, и, если бы я была менее женщиной, я бы кончила на месте. Я в восторге от того, что могу услужить. Подпрыгнув, я обхватываю его обеими лодыжками и рукой, вцепляясь в него мертвой хваткой. Он фыркает от силы моего прыжка, регулируя свой вес.

— Тебе там хорошо?

— Конечно. За кого ты меня принимаешь? — чтобы проявить себя, он притягивает меня к себе еще выше, пока моя голова почти не задевает светильник. Когда мои груди оказываются прямо перед ним, он просовывает свое лицо между ними. Он щекочет, и я не могу подавить девичий визг, который вырывается у меня.

— Прекрати играть, — предупреждаю я между приступами смеха. Он перестает и лучезарно улыбается мне.

Черт… Эта улыбка. Улыбка, которая могла бы уничтожить меня.

Я поправляю его очки повыше на переносице.

— Ладно, большой парень. У меня закружилась голова. В спальню, — я ударяю пятками по его спине, потираясь о его рубашку, достигая трения между моих ног. Он сардонически усмехается, и, прежде чем я успеваю подумать, меня швыряют на диван. Порыв воздуха выбивается из моих легких. Я едва сажусь среди подушек, когда он встает передо мной, загораживая меня.

— Мы не доберемся до спальни, милая, — он срывает с себя рубашку одним плавным движением. Головокружение пронзает меня, когда я смотрю на точеное искусство его мускулистого тела. Он продолжает раздеваться, и, не теряя ни секунды, я тянусь к нему, мой рот наполняется слюной с каждым новым дюймом, который он обнажает. Когда его член высвобождается, я тянусь к нему.

Ненасытное желание пробирается сквозь меня, мои губы покалывают от потребности. Я облизываю их примерно миллион раз, и Отис замечает это. Он проводит рукой по моим волосам, заправляя пряди за уши. Его большой палец проводит по окружности моих припухших губ.

— Как твоя оральная фиксация?

Я едва втягиваю кончик его пальца в рот, обводя его языком, зарабатывая рассеянный выдох.

— Не так хорошо. В последнее время я чувствую, что моим ртом пренебрегают, — в моем тоне слышится обвинение, которое, я надеюсь, он примет близко к сердцу.

Его взгляд затуманивается, расширяясь в потемневшем желании. С легким нажимом он как следует засовывает свой большой палец мне в рот, раздвигая мою челюсть. Я позволяю ему прижать мой язык вниз, все это время пристально глядя на него, прежде чем сомкнуться вокруг него. Я подпрыгиваю, чтобы проверить