Седьмые Врата - Маргарет Уэйс

– С одной стороны, это так, – задумчиво сказал Эпло. – А с другой – нет.

– Да, и в этом ты прав.

Ведь, хотя сразу никто из них этого не заметил, пережитое ими в Чертоге Проклятых сблизило двух врагов, показало им, что они не так уж и отличаются друг от друга, как полагал каждый из них.

– Я помню лишь часть, – тихо продолжал Альфред. – Я помню, как мы побывали в мыслях и телах тех, кто жил – и умер – в этом Чертоге сотни лет тому назад…

…Чувство скорби и жалости наполнило душу Альфреда. И, несмотря на боль, которую они ему причиняли, чувствовать эту горечь было лучше: намного лучше, чем не чувствовать ничего; пустоту, которую он пережил до того, как присоединился к этой компании. Тогда он был лишь оболочкой, пустышкой внутри. Даже мертвые – страшные создания тех, кто начал злоупотреблять некромантией – и то были более живыми, чем он. Альфред глубоко вдохнул и поднял голову. Взглянув на сидящих вокруг стола, он увидел, что подобные чувства отражаются на лицах мужчин и женщин, что собрались в этом священном чертоге.

В его печали и сожалении не было горечи. Горечь чувствуют те, кто навлек на себя беду своими собственными ошибками. Альфред предвидел, что придет время, когда его народом будут руководить горечь и сострадание. Это безумие нужно остановить. Он снова вздохнул. Всего несколько мгновений назад он буквально излучал радость, покой бальзамом разливался по огненным волнам его сомнений и страхов. Но это состояние возвышенного покоя не могло продолжаться в этом месте так долго. Он должен был вернуться к своим проблемам и опасностям, и, конечно, к грусти и сожалению.

Вдруг чья-то рука довольно крепко сжала его руку. Кожа на руке была гладкой и без морщин, в отличие от руки Альфреда, похожей на постаревший пергамент, и не отличавшаяся сильной хваткой.

– Надейся, брат мой, – тихо проговорил молодой человек. – Мы должны хранить надежду.

Альфред обернулся и посмотрел на сидящего рядом молодого человека. Лицо этого сартана было красивым, выдавало в нем силу и твердость характера – как блеск выдает свежевыкованный стальной клинок. Ни тени сомнения не было видно на его блестящей поверхности, а лезвие было остро отточено. Этот человек показался Альфреду знакомым. Казалось, он знал его имя, просто не мог припомнить.

Теперь он знал. Этим человеком был Эпло.

Альфред улыбнулся.

– Я помню то чувство, ощущение, что я не один во вселенной, что высшая сила наблюдает за мной, беспокоится за меня. Я помню, ведь впервые в жизни я не чувствовал страха.

Он замолк, покачал головой.

– Но это все, что я смог вспомнить.

– Ну хорошо, – смиренно сказал Эпло. – Ты не можешь перенести нас в сам Чертог. Куда ты можешь нас доставить. Куда ты можешь нас перенести, чтобы мы оказались ближе к этому месту?

– Твоя камера в подземелье? – тихо предложил Альфред.

Эпло молчал. Потом тихо ответил:

– Если это лучшее, что можно сделать, перемещай нас туда.

Альфред вызвал вероятность, в которой они должны были быть именно там, а не здесь, и они сразу же перенеслись.

– Да хранят меня предки, – прошептал Хуго. Они стояли в центре камеры. Руны, созданные Альфредом, слабо мерцали, окружая тело Эпло. Патрин лежал на каменной скамье неподвижно и казался безжизненным.

– Он мертв! – Хуго бросил подозрительный взгляд на собаку. – Тогда чей же голос я все время слышу?

Альфред был уже готов пуститься в объяснения: о собаке и душе Эпло, – когда собака взялась зубами за его бархатные штаны и начала тащить в направлении выхода из камеры.

Альфреду пришла в голову мысль.

– Эпло. Что будет… что станет с тобой?

– Какая разница, – кратко ответил Эпло. – Идем, у нас нет времени. Если Ксар нас здесь найдет…

Альфред начал задыхаться – Но ты же говорил, что Повелитель Ксар отправился в Лабиринт!

– Я говорил, что он МОГ туда отправиться, – резко ответил Эпло. – Хватит тянуть время.

Альфред заволновался.

– Пес не может проходить через Врата Смерти. Возможно, что он не войдет и в Седьмые Врата. Особенно без тебя. Джонатан, ты случайно не знаешь? Что будет с собакой?

Лазар пожал плечами.

– Эпло не умер. Он жив, несмотря на то, что его душа вне тела. Я знаю лишь о тех, кто уже переступил порог смерти.

– …смерти…

– У тебя нет выбора, Альфред, – сказал Эпло, теряя терпение. – Идем!

Собака зарычала.

Альфред вздохнул. У него был выбор. Всегда существует возможность выбора. Альфреду казалось, что он все время ошибается в своем выборе. Он посмотрел в коридор, который вел в непроглядную тьму. Белая руна, которую он зажег над телом Эпло, уже угасла. Они остались в полной темноте.

Альфред вернулся в воспоминаниях в то далекое прошлое, когда он впервые встретил Эпло на Арианусе. Он вспомнил ту ночь, когда он наслал на Эпло заклинание сна и заглянул под повязки на его руках, увидев там руны, нанесенные на кожу. Альфред также вспомнил ужас и отчаяние, которые он тогда ощутил.

Древний враг вернулся! Что мне делать?

В итоге он почти ничего не сделал. Ничего фатального, катастрофического. Он следовал зову сердца, действовал так, как было лучше по его мнению. А может, его вела какая-то высшая сила?

Альфред посмотрел на пса, который слонялся возле его ног. И тогда он решился.

Он начал тихо напевать руны, которые зловещим эхом разносились по туннелю.

Голубая руна засветилась у основания стены, возле ног Альфреда и рассеяла тьму.

– Что это? – Хуго Длань, стоявший у стены, отпрыгнул, когда руны засветились.

– Руны, – ответил Альфред. – Они приведут нас к месту, которое здесь называют Чертогом Проклятых.

– Звучит заманчиво, – с иронией произнес Хуго.

Когда Альфред шел этим путем в прошлый раз, он убегал в страхе за свою жизнь. Он думал, что забыл этот путь, но теперь, когда мерцающие руны осветили темный коридор, он начал узнавать эти места.

Коридор шел под уклон, как будто вел их к центру мира. Созданный довольно давно, туннель, в отличие от катакомб этого мира, был сухим, просторным и в хорошем состоянии. Туннель был создан для того, чтобы по нему могло пройти большое количество людей. Альфред думал так же и в прошлый раз, но тогда он еще не знал, куда вел этот коридор.

Теперь он все знал и понимал. Седьмые Врата. Место, где сартаны создали магию, которая разделила мир.

– Ты имеешь хотя бы представление, как работала эта магия? – спросил Эпло. Он говорил тихо, чтобы только те, кто находился рядом, могли его услышать.

– Ола мне рассказывала, – ответил Альфред, время от времени делая паузы, чтобы напеть руны. – Когда они приняли решение о разделении мира, Самах и члены совета созвали всех сартанов и тех меншей, которые, по их мнению, чего-то стоили. Они переместили их в место, похожее на временной колодец, который мы использовали в Абри, – колодец, в котором существует вероятность отсутствия вероятностей. Там эти люди были в безопасности до тех пор, пока сартаны не переместили бы их в новые миры.