Ангел из пробирки (СИ) - Стриковская Анна Артуровна

— Капитан, ответьте Ариэлю, пожалуйста. Он больше меня понимает в картах и маршрутах и ему, в отличие от меня, интересно.

Когда же по окончании обсуждения маршрута Ариэль захотел разобраться в устройстве рубки, то Пауденс уже без гелениной санкции стал ему всё объяснять и показывать. При этом взял тон взрослого дядюшки, к которому на работу пришёл племянник-подросток. Видно было, что капитан гордится своим кораблём и своей должностью. По ходу выяснилось, что его перевели капитаном на “Ансельм” не так давно, до этого он водил грузовые корабли, флот которых у империи Ригел достигал пятидесяти штук.

Когда капитан закончил свои объяснения и Ариэль с Гели вернулись к себе, она спросила:

— Ты что-нибудь запомнил?

— Не что-нибудь, а всё, — гордо ответил юноша, — Только вот понял с пятого на десятое. Ну ничего, разберусь. Одно ясно: маршрут проложен по достаточно пустынным секторам пространства. Я бы, наверное. Сделал наоборот: мозолил всем глаза, чтобы, если что, были свидетели. Но, возможно, я не прав.

Гелена вздохнула:

— Не сомневаюсь, это было решение Денниса, а он редко ошибается. Будем надеяться, что всё обойдётся и мы без особых трудностей доберёмся до Аявы.

Она как в воду глядела: два первых прохождения тоннеля обошлись как нельзя лучше. Жизнь на борту тоже наладилась. Капитан наконец понял, что у Гели ему ничего не светит и успокоился настолько, что начал вполне нормально общаться с Ариэлем. Остальные члены команды изначально не были против него настроены, а, когда он засел в кают-компании и нарисовал портреты всех желающих, и вовсе полюбили доброжелательного и талантливого юношу. Никого, кажется, не интересовало, человек он, робот, или кто-то ещё.

Особенно с ним подружился первый помощник капитана, человек немолодой, но весёлый и открытый. В свободное время он с удовольствием показывал Ариэлю корабль и рассказывал разные астронавигаторские байки. Попутно уговаривал юношу поступить в обучение на пилота, уж больно ему понравилось, что парень запоминал всё с первого раза и мог повторить за ним любое действие без ошибок.

Гелена в это время запиралась в каюте и, заблокировав выход в сеть, изучала записи покойного мужа, всё больше уверяясь в том, что по ним повторить главные опыты Калле не удастся, свой секрет он спрятал где-то ещё.

Беда пришла откуда не ждали.

В конце третьего дня путешествия Гели получила сообщение от капитана, что ночью, часа через три они пройдут очередной, третий тоннель, и со спокойной душой пошла спать. Компенсирующие устройства корабля смягчали прохождение гиперпространства для организма, но всё же его рекомендовалось проходить в положении лёжа, а если удавалось заснуть, то можно было и не заметить. Так было в прошлый раз, Гели надеялась, что и в этот она проспит неприятный момент.

Ариэль пообещал, что придёт через час: он зацепился языком с поваром и они взахлёб обсуждали, какие улучшения можно внести в обычный рацион корабля.

Гелена легла и довольно быстро стала засыпать. Так было всегда: в состоянии ожидания она легко впадала в сон. Организм будто старался сократить таким образом время.

На границе сна и бодрствования Гели вдруг услышала топот ног по коридору, пару криков, но так как очень быстро всё стихло, она не уделили внимания этим обстоятельствам. Сон навалился на неё так быстро и эффективно, что она даже не услышала, как пришёл Ариэль, вернее, не дождалась его возвращения.

Утром пробуждение было тяжким, как будто накануне она напилась. Глаза не хотели разлепляться и смотреть на свет. Гелена пошарила по кровати рукой: где-то рядом должен был быть Ариэль. Она не чувствовала тепла его тела, но твёрдо знала: он где-то рядом.

Ощупывание ничего не дало: место рядом оказалось пустым. Глаза всё ещё не желали открываться, поэтому она позвала:

— Эль, ты где? Умываешься?

Ответом на её слова был очень неприятный смех, явно принадлежащий не Ариэлю.

Гели с трудом разлепила глаза. Когда они привыкли к свету, удалось разглядеть двух амбалов, сидящих на табуретах у входа в каюту. Её это удивило прежде всего тем, что никаких табуретов в оформлении кают не было, они имелись только в столовой и кают-компании. Потом до Гели дошло, что и амбалы здесь не предусмотрены, однако же они есть: вон как противно скалятся. Похоже, мерзкий смешок одного из них она и слышала.

Всё это означало, что пока она спала, случилось нечто непредвиденное. Вернее, очень даже предвиденное: её похитили. В первое мгновение Гелене захотелось вскочить и начать скандалить, но её остановила мысль об Ариэле. Где он? Что с ним? Поскандалить она всегда успеет, сейчас важнее получить информацию.

“И так всегда, — подумала она, — Вечно я откладываю скандал на потом и так за всю жизнь ни разу его не устроила, хотя столько раз хотела! Не то, что Ариана! Та всегда с него начинает, наорётся в своё удовольствие, а потом уже переходит к делу. Но если мой крик повредит Ариэлю, я себе вовеки не прощу.”

Тут Гели совсем проснулась и лихорадочно ощупала сама себя. На острове она привыкла спать голышом и теперь проверяла, что на ней надето. Уф! Пижамка. Скромная такая, не слишком красивая, но удобная. На корабле приходилось поступаться своими привычками ради приличий: вдруг кто из команды зайдёт, поэтому Гели и достала эти тряпочки из багажа. Сейчас это было очень кстати: сверкать телесами перед пиратами она не собиралась, а выбираться из-под одеяла всё равно рано или поздно придётся.

Тут ей наконец-то пришла в голову мысль оглядеться и стало ясно: она не в своей каюте. Колористическое решение всх спален было примерно одинаковым, вот она сразу и не заметила. Пираты перенесли её спящую в обычную каюту для команды, состоящую из одного помещения и выгородки с санузлом. Вероятно, решили, что так им будет проще её охранять.

Надо же! От её каюты до помещений команды достаточно далеко, могла бы сто раз проснуться. Усыпили? Нормальные пираты ворвались бы как тайфун, уложили бы всех на пол лицом вниз и стукнули бы каждого разок для острастки. А тут просто VIP-услуги на дому! Переносим со всей возможной нежностью! Да и разместили прекрасно. Одеяло, насколько она может судить, её собственное, двуспальное, из настоящей верблюжьей шерсти в тонком полотняном пододеяльнике с вышивкой, у команды попроще.

Взгляд Гелены скользнул выше и внезапно остановился на простом предмете мебели: полочке, тянувшейся под потолком вдоль стены. Такая была во всех каютах всех кораблей, где-то закамуфлированная декоративными элементами, но у команды обычно ничем не скрытая. На ней располагались средства экстренного спасения: фильтры-поглотители дыма, кислородные аппараты, скафандр и баллоны с дыхательной смесью. Всегда и везде на этих полочках располагались незаметные таблички с названием и номером корабля, так было принято. Здесь такой таблички не было. Вообще.

Оторвать такую можно было только вместе с полочкой, а значит…

Гелена похолодела. Выходит, она не на том корабле, на котором летела? Её перенесли не просто из роскошной пассажирской каюты в каюту экипажа, а с одного корабля на другой, а она ничего не почувствовала. А Ариэль? Где он? Куда его подевали?

Женщину охватила паника, она уже готова была заорать, но титаническими усилиями заставила себя сдержаться. Но её борьба с собой не осталась незамеченной. Амбалы сообразили, что пленница пришла в себя и стали тыкать друг друга локтями в бок. Когда и как они при этом умудрились позвать собственное начальство, Гели не заметила. Только вдруг дверь каюты распахнулась и на её пороге показалась тщедушная фигурка в синем комбинезоне, похожем на форменную одежду ремонтников на круизных кораблях. По тому, как резво амбалы вскочили и как подобострастно стали кланяться, Гелена определила, что это и есть их начальство.

Пришедший оказался маленьким, сухоньким старичком-азиатом. Раньше бы Гелена охарактеризовала его как кайтейца, но прожив долгое время на Земле, прониклась тамошними представлениями. Действительно, восемнадцать планет мира Кайтей, не вошедшего в Содружество, в своё время заселили как раз выходцы из Азии. Это насторожило Гелену и она повнимательнее присмотрелась к амбалам. Сомнений не было: тоже азиаты-кайтейцы. Такие гиганты среди них — редкость, поэтому она сразу не подумала и не обратила внимание.