Меж Днестром и Прутом, от Карпат до Дуная. Очерки по истории российской Бессарабии - Игорь Николаевич Иваненко

class="p1">Парадоксальность ситуации заключалась в том, что к оккупации Пруто-Днестровья румын подталкивали и Центральные державы. Тем самым Берлин и Вена добивались снятия с фронта румынских дивизий.

В эти же трагические январские дни 1918 года, когда ещё и Центральная Рада вступила в сепаратные переговоры с германцами, Щербачёв разорвал отношения с УНР и формально сложил с себя полномочия командующего Украинского фронта.

Генерал возвращался к командованию Румынским фронтом, вернее его жалкими остатками. Тогда же Антантой был выдвинут проект создания независимой Бессарабии во главе с этим русским генералом. Однако он его отверг, поскольку был не согласен с румынской оккупацией Пруто-Днестровья, которая фактически началась.

20 (7) января 1918 года румынские войска пересекли пограничную с тогда ещё российской Бессарабией реку Прут.

В своих публичных заявлениях румынские официальные лица, а также полномочные представители Антанты заявляли, что оккупация носит временный характер и не может повлиять на политическое будущее края.

25 января 1918 года, за день до вступления румынской армии в Кишинёв, в воззвании к населению Бессарабии генерал Презан заявил, что румынские войска вступили в край в целях охраны оружейных и продовольственных складов и обеспечения заготовки и перевозки провианта для снабжения русских и румынских войск.

На 200 складах военного имущества, расположенных в различных частях Бессарабии, действительно хранились материальные ресурсы огромной ценности – стоимостью не менее 1 млрд, рублей. Кроме их сохранности румыны должны были обеспечить функционирование в интересах Антанты ключевых объектов транспортной инфраструктуры региона.

Однако в румынских элитах были очень сильны голоса тех, кто предлагал воспользоваться ослаблением Российского государства и осуществить аннексию Пруто-Днестровского региона. Продолжавшееся противостояние двух мировых военно-политических блоков позволяло королевству в этом вопросе сыграть на их противоречиях.

Будущее Бессарабии было затронуто на сепаратных переговорах Румынии с Центральными державами. 18 марта 1918 года стороны подписали предварительный мирный договор в Буфте, содержавший секретное соглашение о свободе действий Румынии в Бессарабии.

Данный дипломатический манёвр позволил Румынии не только приступить к пересмотру государственно-правового статуса региона, но и выдворить недавних союзников – остатки русских войск и фактически завладеть российским военным имуществом.

К началу марта 1918 года русский военный персонал под командованием Щербачёва на Румынском фронте составлял около 12 тыс. человек.

15 марта были уволены солдаты последних сроков призыва, а с 18 марта деятельность штаба российских войск прекращалась. 25 марта Щербачёв сложил с себя полномочия помощника главнокомандующего Румынским фронтом. В середине апреля русским офицерам было запрещено носить оружие на территории не только Румынии, но и Бессарабии, а русская охрана складов сдавала оружие и заменялась румынами.

Весьма символично, что в начале марта 1918 года под одновременным натиском румынских и австро-германских войск пал и последний оплот красных в Бессарабии – город Аккерман.

Так началось 22-летнее румынское владычество в Бессарабии, отбросившее назад социально-экономическое развитие Пруто-Днестровья и принёсшее страдания многим его жителям. Отправной же точкой этой трагедии стало крушение Румынского фронта русских армий, произошедшее не в результате военных поражений, а из-за революционных потрясений внутри Российского государства.

Всеобщее избирательное право в Бессарабии: Российская республика ввела, Румынское королевство отменило

Парадоксально, но к моменту занятия румынскими войсками Бессарабия являлась одним из немногих регионов мира, где действовало всеобщее и равное избирательное право.

В самой Румынии, как и в подавляющем большинстве государств того времени, выборы проходили на основе имущественного ценза и не были равными. Лишь социальные верхи имели возможность напрямую избирать парламентариев. Из числа выборщиков исключались румынские женщины, а также нехристианское население (прежде всего евреи), доля которого составляла около 5 % жителей королевства.

В апреле 1917 года в условиях нарастания революционных выступлений король Фердинанд вынужден был пообещать румынским солдатам расширение их избирательных прав, а также предоставить местным евреям румынское гражданство (вместе с правом голоса). Месяцем позже правительство Румынии инициировало законопроект о наделении женщин правом избирать и быть избранными пока только в уездные и коммунальные советы. Однако он так и не был принят.

Благодаря революционным событиям в России начала 1917 года бессарабцы довольно быстро получили всеобщее и равное избирательное право, которого ещё предстояло добиться жителям Румынии.

Сразу после Февральского переворота 1917 года Временное правительство России отменило все сословные, религиозные и национальные ограничения. Объявлялось о подготовке всеобщих, равных и прямых выборов в Учредительное собрание. На тех же принципах провозглашалось формирование местного самоуправления.

Поскольку действовавшие на тот момент городские думы были сформированы на основе имущественного ценза, Временное правительство ставило задачу их немедленной демократизации за счет пополнения представителями «широких демократических слоев населения».

Как это происходило, показывает пример города Аккермана. В городе создавался Общественный комитет, куда ведущие общественные организации направили своих представителей. В основном ими стали учителя, мелкие коммерсанты, врачи, чиновники-разночинцы.

Руководителем этого органа был избран Александр Вострухов – товарищ (заместитель) прокурора Кишиневского окружного суда по Аккерманскому уезду. В течение переходного периода Городская дума и Общественный комитет руководили городом совместно.

Историческое событие в Кишиннве и других городах Бессарабии произошло в августе 1917 года. На территории региона прошли первые всеобщие выборы в органы местного самоуправления. В административном центре в них приняли участие 22649 избирателей из 45342 кишиневцев, внесенных в избирательные списки (около 50 %). Явное несоответствие объема списков общему количеству жителей (110–120 тыс. человек) объясняется трудностью их составления в условиях нараставшего социально-экономического кризиса, возросшей мобильностью населения и объективными сложностями организации первых всеобщих выборов.

Вполне ожидаемо успех сопутствовал социалистическим партиям. Новым головой бессарабской столицы стал Александр Шмидт – представитель партии народных социалистов (энесов). Эта партия ориентировалась на демократическую интеллигенцию городов, идеологически её можно охарактеризовать как леволиберальную политическую силу. Представители энесов были и в составе Временного правительства России.

Однако своим успехом новый городской голова был обязан не партийной поддержке, а известной фамилии. Он являлся сыном знаменитого градоначальника Кишинева (до 1903 г.) – Карла Шмидта.

Впоследствии Шмидт «младший» стал одним из лидеров Комитета спасения Бессарабии, протестовавшего против аннексии региона Румынским королевством. Соответствующую позицию он представлял на послевоенной Парижской мирной конференции, а затем активно озвучивал её в западной прессе. Этим, видимо, объясняется отсутствие информации о первом демократически избранном мэре Кишинева в ряде исторических обзоров.

Кишиневская дума была критически настроена к краевой ассамблее Сфатул Цэрий. Саму идею создания регионального представительства думцы поддерживали, но считали, что таковое подобно Думе должно избираться на всеобщих выборах. В итоге было принято компромиссное решение направить в Сфатул Цэрий трех наблюдателей – в основном для того, чтобы иметь возможность выразить свой протест против «самовольного захвата власти неправомочным органом и требования его реорганизации».

На состоявшихся в конце 1917 года всеобщих выборах во Всероссийское