Их было девять… - Настасья Викторовна Лис

Манина, еще нет на месте. Однако материалы, которые были нам необходимы для работы, уже появились. Поэтому мы решили не терять больше времени и приступить к отделке школы. Основные силы были брошены на шпатлевание стен.

Мы уже сами соскучились по работе, так как объект был полностью заброшен нами на несколько дней. Но в этом была не только наша вина. Ведь, если бы командира не вызвали в область, то все труды осуществлялись бы строго по плану. Участок мы разделили на несколько отрезков, на каждом из которых работало по паре человек. Девчонки сегодня тоже активно влились в стройку. Иван с Мариной трудились в одном крыле школы. Павел и Лена работали тоже недалеко от них. Я невольно снова обратил внимание на Ленку. Даже сегодня, пойдя на стройку, она выглядела так, словно собралась на танцы. Её блестящие каштановые волосы волнами спадали на плечи. Чёрные, как уголёк, ресницы застенчиво прикрывали глаза, а малиновые губы подёргивались, одаривая улыбкой счастливого Пашку. Парень, кажется, кроме Ленки, и не замечал никого вокруг. Всё его внимание, все его мысли были обращены только в ее сторону, принадлежали только ей. Подумать только! Пашка, о котором мечтают, наверное, сотни девчонок, смог попасться в любовные сети, казалось бы, весьма наивной Ленки! Но я снова поймал себя на мысли, что пялюсь не на тех людей, на которых «должен» смотреть. И, пока этого не обнаружил никто другой, включая Олю, отвернулся в противоположную сторону.

Андрей Павлов, Денис Попов и братья Сухаревы шпатлевали стены в другом крыле, отойдя от нас на довольно приличное расстояние. Мне оставалось работать в паре либо с Юрой, либо с Олей. Но я предложил трудиться втроём, так как кому-то из нас пары не хватало, а шпатлевать стены в одиночку не совсем удобно. Да и как-то скучно. Юрка, улыбнувшись, согласился. Оля, молча, кивнула головой, дав понять, что она тоже не против моего предложения. Спустя некоторое время, мне понадобилась Олина помощь, так как Юрка практически по уши был в шпатлёвке, – ему не хватило перчаток. Девушка выглядела более чистой и опрятной, поэтому я, сам того не замечая, обратился, наконец, к ней со своей просьбой. – Оль, ты не могла бы принести мне ведро под мусор и длинную палку, чтобы размешать шпатлёвку? – по-доброму обратился я к ней, и только теперь осознал, что первым заговорил с девушкой после ссоры.

– Да, конечно, – так же спокойно ответила она, после чего у меня словно спала гора с плеч. – А где палку можно найти?

– Скорее всего, возле свалки, во дворе школы. Там много всяких ненужных досок валялось, – отозвался я. Оля слегка улыбнулась и пошла выполнять моё поручение. Я посмотрел ей вслед и подумал, что, наверное, она осознала свою неправоту и сама уже жалеет о том, что завязала с утра этот никому не нужный разговор.

– Какие-то вы оба тихие сегодня. Поругались что ли? – вдруг, спросил у меня Юрка, копошившийся рядом в шпатлёвке.

– Немного. Уже, кажется, всё в порядке, – добродушно ответил я, надеясь, что не ошибаюсь. Спустя несколько минут, я чётко услышал какой-то грохот и крик со стороны двора. Машинально подскочил, даже не отряхиваясь от серой массы на своих руках и одежде, и изо всех сил бросился спасать Олю.

– Оля! Оля! Что случилось?! – закричал я, увидев, как девушка, согнувшись, стонет от боли и пытается вытащить ногу из кучи наваленных друг на дружку досок.

– Не знаю…, нога… Больно. Кажется, я ее проткнула, – выдавила Оля, и я с тревогой заметил, как из ее глаз разом хлынул целый солёный поток.

– Подожди, не двигайся. Сейчас, – пробубнил я, стараясь докопаться до злополучной доски, на которой стояла ее нога. Обнаружив, наконец, именно ту доску, я заметил, что длинный гвоздь более чем наполовину вошёл в ее ступню.

– Оль, потерпи…, потерпи, – успокаивал я, боясь даже посмотреть ей в лицо, которое корчилось от боли и страданий. Нужно вытащить ногу. Гвоздь забит в доску, – значит, по-другому никак. – Миш, мне больно, я не могу! – хныкала девушка, не в состоянии оказать себе помощь. – Закрой глаза и потерпи. Скоро всё закончится. Доверься мне, – уговаривал я, надеясь, что Оля меня послушает. Я быстро посмотрел на нее и, заметив, как девушка зажмурилась, моментально дёрнул ее ногу вверх, освобождая ее от гвоздя, вошедшего в стопу. Оля вскрикнула и еле удержалась на одной ноге, чтобы не рухнуть на меня. Я схватил ее на руки и громко позвал кого-нибудь из ребят на помощь. Первыми, как ни странно, прибежали Лена с Пашкой. Лица их были встревожены и, кажется, они, действительно, испугались не на шутку.

– Оля! Что с тобой? Где болит?! – запричитала Ленка, суетливо бегая вокруг Оли и пытаясь выудить из нее хоть какое-то слово.

– Она ногу проткнула. Гвоздь почти полностью вошёл в ступню, – ответил я за нее, понимая, что пострадавшей сейчас не до переговоров. Ленка испуганно выпучила на меня глаза, готовая, кажется, вот-вот расплакаться. Пашка в оцепенении, видимо, от растерянности, стоял и, молча, переводил взгляд с меня на Олю.

– Я не знаю, что делать! Её срочно нужно к врачу! Боюсь, что гвоздь попался ржавый…, – переживал я и прокручивал в голове сотни вариантов.

– До «большого» посёлка отсюда далеко, и расписание автобуса мы не знаем», – рассуждала Лена, стараясь тоже нам чем-то помочь. В этот момент подбежали все остальные ребята и по цепочке стали передавать друг другу новости о состоянии Оли и ее травме.

– Миш! Я знаю! Надо, чтобы кто-нибудь сходил к этой женщине, ну, помнишь, с которой мы «Ильиничну» искали? – вдруг, подсказала Маринка.

– Да, это мысль! – поддержал Иван, – заодно можно уточнить и расписание автобуса, который довезёт до «большого» посёлка. А вдруг, и с машиной повезёт, кто-то будет ехать по пути. Оглядев всех ребят с ног до головы и поняв, что абсолютно все, кроме аккуратненькой Ленки, вымазаны в шпатлёвке и краске, я засомневался, кому стоит отправляться за помощью. Сам я побоялся бы оставить Олю без своего присутствия. Мне важно было знать то, в каком она состоянии находится каждую минуту.

– Давайте я пойду. От меня на стройке всё равно толку мало. Только я не совсем поняла, где находится дом этой женщины, – вдруг, предложила свою кандидатуру Лена. Пашка немного замешкался, сомневаясь в правильности Ленкиного решения, и предложил ей сопроводить ее до места проживания сельского фельдшера. Но Ленка запротестовала, сославшись на то, что сама она быстрее управится, так как в таком виде, в каком Пашка находится сейчас, отправляться куда-то просто нереально: он по