Поиск-90: Приключения. Фантастика - Юрий Уральский

Голос умолк.

Глеб поднял глаза и встретился со взглядом Тула.

Тот печально кивнул ему.

И Глеб, подавшись вперед, тихо, почти шепотом проговорил:

— Она была самой лучшей… мама.

Глава восьмая

Утро началось с Лаума. Он появился сразу после завтрака, был весел, много шутил с Кори, засыпал Тула массой вопросов о Тээре, но лицо его казалось усталым, а под глазами залегли тени. Глеб, слишком хорошо знавший делийца, насторожился, почувствовав, что гость пришел неспроста. И действительно, Лаум неожиданно повернулся к нему:

— Как ты оцениваешь решение Совета не взрывать энергоцентр?

Глеб помрачнел:

— От моей оценки ничего не изменится. Ори-та достаточно ясно сказала — другого выхода нет.

Лаум встал и отошел к излюбленному месту у окна.

— А что, если есть? — спросил он оттуда. — Правда, рискованный, но есть?

— У тебя странная манера сообщать новости, — покачал головой Глеб. — Странная и опасная. Так и хочется взять в руки что-нибудь тяжелое. И если бы не межпланетный конфликт…

— Ага, заинтриговал! — Лаум остался доволен произведенным эффектом.

— Заинтриговал, — признался Глеб. — Так что, ради бога, не тяни.

— В сущности, все очень просто, — уже серьезно проговорил Лаум. — Поскольку взорвать энергоцентр мы не можем, было бы неплохо овладеть им. Захватить и вывести в наше время.

— Замечательный выход, — зло сказал Глеб. — Единственная загвоздка — смертельно опасное темпоральное поле. Пустячок, не правда ли?

— Да, — кивнул Лаум, — оно действительно опасно для всех. Для всех, кроме жителей Ватарамы.

— Уж не хочешь ли ты сказать, — начал Глеб, но Лаум его перебил:

— Обдумывая будущую операцию, я с самого начала ставил тебя в ее центр. Шел при этом от допущения, что коль скоро ты обладаешь памятью Ватарамы, темпоральное поле тебе не страшно. Но допущение — допущением, а требовалось научно обоснованное доказательство.

— И с этим у тебя плохо, — вставил Глеб.

На лице Лаума появилось выражение искреннего самодовольства. Он картинно прошелся по комнате, вернулся к столу и, наклонясь к Глебу, произнес почти шепотом:

— Ошибаешься. Доказательства есть. Они получены этой ночью. Ведущие физики Долии по моему заданию искали ответ на один-единственный вопрос: есть ли аналог излучению темпорального поля?

— Зачем тебе это было знать?

Лаум усмехнулся:

— Я не физик, я солдат. А ученые всегда свысока смотрят на дилетанта, даже если он военный комиссар. Поэтому я не стал сразу раскрывать им свои соображения. А вот когда они втянулись в проблему, увязли в ней по уши, я подсунул им излучение защитного поля корабля Ватарамы. Изложи я это с самого начала, они расхохотались бы мне в лицо, несмотря на субординацию. А так метод сработал. Как утопающий хватается за соломинку, так и они ухватились за сказанное мной. И когда расчеты были окончены, стало ясно: и защитное и темпоральное поля одинаково воздействуют на живые организмы.

— Но почему ты вспомнил о защитном поле?

— Потому что оно безвредно для тебя, — обрубил Лаум, снова став серьезным.

— Лаум, ты — гений!

— Ну, зачем же так. Просто очень умный, — проговорил долиец и расхохотался. А отсмеявшись, он продолжил: — План достаточно простой. На космоботе с темпоральным генератором ты отправляешься в энергоцентр и возвращаешь его в наше время. Район возвращения блокируется кораблями Союза, а значит, его безопасность обеспечена. Там же будет находиться М-станция, которая перебросит энергоцентр на Долию.

Он замолчал и посмотрел на Глеба.

— Хороший план, — одобрил тот.

— Это понимать, как твое согласие на участие в нем?

Глеб пожал плечами:

— И ты еще сомневался?

Космобот, точно в центре мишени, лежал в скрещении блестящих металлических полос.

— И пожалуйста, помни о десятиминутном резерве, — в который раз повторял Лаум. — Не торопись, иначе мы не успеем вывести корабли в район сосредоточения.

Глеб поерзал в кресле, устраиваясь поудобней.

— Тесновато тут у вас, — сообщил он.

— Зато надежно, — голос долийца звучал неестественно бодро.

«Волнуется, — подумал Глеб. — Волнуется, но виду не подает».

— Скажи «ни пуха ни пера», — попросил он.

— Зачем?

— Скажи, скажи. Так на Земле желают удачи.

— Ну, ни пуха ни пера…

— К черту! — ответил Глеб по-русски и нажал стартовую клавишу.

На мгновение навалилась перегрузка — это М-станция вытолкнула космобот в нужную точку пространства, и в ту же минуту глухо заурчал генератор темпорального поля. Движение во времени началось. Оно длилось недолго и поразило Глеба своей обыденностью — вокруг как будто ничего и не происходило, вот только экран обзора подернулся пеленой и стал тусклым. А когда на пульте загорелся сигнал фиксации, экран вновь приобрел глубину, и на нем стал виден знакомый по фотографиям квадратный зал энергоцентра.

Глеб закрыл глаза. Он вспомнил подземную цитадель Ватарамы, вновь ощутил одиночество и бессилие ее последнего защитника. «Вот я и отомстил», подумал он. Подумал без торжества и злорадства, лишь с глубоким чувством успокоения.

Часы отзвенели минутную готовность. Выбравшись из космобота, Глеб подошел к пульту управления, а когда секундная стрелка, дробно перескакивая от деления к делению, замкнула последний круг, отключил энергонакопители и, чуть помедлив, запустил темпоральный генератор.

Теперь оставалось одно — ждать. Ждать и глядеть на белесый экран обзора. Наконец по его поверхности прошла многоцветная рябь, он потемнел, распахнулся в бездонную глубину космоса, заполнясь искрами звезд и боевых кораблей Союза.

— Видим тебя! Через пару минут переброс на Долию! — услышал Глеб восторженный голос Лаума и в ту же секунду почувствовал, как что-то изменилось в энергоцентре. Оглянулся. Часть стены зала управления исчезла, на месте ее зиял прогал, освещенный ярким зеленоватым сиянием. Туннель связи, догадался он. Темпоральное поле снято, и Барнгал смог его активизировать. Значит, сейчас все и начнется, сейчас они оттуда посыплются. Только переброс нарушит туннель, и надо до него продержаться.

Рванув из кобуры лучемет, Глеб в два прыжка достиг космобота и укрылся за ним, готовый к бою.

Когда первая тень метнулась из прогала, он выстрелил. Вспышка, короткий крик, и врага не стало. За первым последовали второй, третий — возникая темными силуэтами на ярком зеленом фоне, они были отличными мишенями, но Глеб понимал, что рано или поздно противник изменит тактику. И действительно, после гибели пятого барнгальца из туннеля вырвался огненный шар, устремясь к космоботу. Взрыв отбросил Глеба к стене. Последнее, что он успел заметить, была фигура еще одного, возникшего из зеленоватого сияния барнгальца.