Нам больше нельзя - Светлана Кондр

руку. Я взглянула на его ладонь и несмотря на то, что мы до этого поругались, решительно приняла его помощь, покидая автомобиль.

Внутри мастерской было шумно. Ребята в спецовках крутились около двух машин, ремонтируя их, но Вика среди работников не было видно. И Лёша, скорее всего, уже уехал на занятия, но это даже лучше, что его сейчас здесь нет, а то он бы попал под горячую руку и получил за то, что промолчал и не рассказал мне правду.

– Где мы можем найти хозяина? – спросил отец у паренька, прикручивающего колесо.

– Наверно шеф в кабинете, посмотрите там, – он указал нам на дверь, обклеенную множеством наклеек и постеров с изображениями музыкальных групп, и мы отправились в нужном направлении.

С каждым шагом я нервничала всё больше и больше. Я, чёрт возьми, вообще никогда так не переживала как сейчас…

Дверь была приоткрыта. Отец лёгонько толкнул её, и она открылась. Мне непроизвольно захотелось заржать, но я сдержалась, чтобы не выдать нас. Виктор был там, но не один. Он удобно расположился между ног у Инны, которая сидела на его рабочем столе, и целовал её, сжимая упругую грудь через футболку.

Вот в этот момент, я почувствовала себя полной дурой. Я только убеждала отца в том, что Виктор мог измениться и быть честным с мамой, а тут такая картина. Он женат и имеет любовницу. Седина в бороду, бес в ребро. Прекрасно. Так ещё и любовница моего возраста…

Мне показалось, что прошла вечность, прежде чем она, а потом и сам Виктор обратили на нас внимание. Инна спрыгнула со стола, схватила сумку и выбежала из кабинета, смущаясь и краснея.

– Кирилл? – будто не веря своим глазам, произнёс Виктор. – Вот это неожиданно. Здравствуй, Алёна, – поздоровался он, не отводя глаз от отца и дёргая скулами.

– А я смотрю, ты не изменился, – усмехнулся отец, поправляя галстук на шее и крутя головой от неудобного момента, свидетелями которого мы стали и которому мы невольно помешали.

– Моя личная жизнь тебя не касается. Зачем приехал? Что тебе здесь нужно? – грубо спросил Виктор, не собираясь проявлять дружелюбие.

Отец перевёл взгляд на меня и вопросительно поднял брови, сомневаясь в моей решительности рассказать правду.

Я замешкалась. Это было не лучшее время, чтобы огорошить Виктора и признаться в том, что его дочь жива и поэтому я спросила, стараясь не выдать свою нервозность:

– А Лёша давно уехал?

Пусть подумает, что я приехала к Лёше, а не к нему.

– Алён, примерно час назад, – Виктор присел на край стола и скрестил руки на груди. – Он поделился со мной радостной новостью, поздравляю, надеюсь, у вас всё сложится и ты, – он посмотрел на отца. – Не будешь им мешать, зная, что Лёшка мой сын.

– Главное, чтобы он сделал мою дочь счастливой, а не прыгал по чужим постелям.

Посыл и упрёк был дан. Они смотрели друг на друга с ненавистью. Два соперника, до сих пор неспособных примириться. Два бывших друга, не поделивших любимую. Молчание затягивалось, а обстановка накалялась. Я стала переживать, что они вот-вот кинутся друг на друга и решила вмешаться.

– Нам пора, – сказала я, так и не осмелившись в этот момент ему что-либо рассказать. Вся эта ситуация выбила меня из колеи. – Поехали домой.

Отец приобнял меня и пропустил вперёд. Мы пошли на выход, но там нас ждала мама. Безумно красивая женщина, прекрасно сохранившая свою молодость и красоту. Яблоко раздора для двух мужчин. Было понятно, ей уже всё доложили и даже сказали, где мы находимся. Для полноты картины не хватало только деда и дяди Артура.

Она была очень расстроена, но в то же время взволнована. Мама бросила взгляд за мою спину, впервые за двадцать лет видя мужчину, которого когда-то любила, но я не заметила ни нежности, ни восторга, скорее сожаление. Мама скользнула по нему взглядом и вновь посмотрела на нас. Мы подошли к ней, и она тихо спросила:

– Ты ему рассказала?

– Я не смогла, – ответила я.

– Ты как? – она заправила мои волосы за ушко и улыбнулась, прикусывая нижнюю губу.

– Ещё прихожу в себя оттого, что узнала.

– Прости меня, я должна была тебе сказать.

– Должна… – я вновь начала плакать, и на маминых щеках появились слёзы, которые она быстро вытерла.

– Я сама расскажу ему, – она провела по моей щеке рукой. – Он должен знать.

– Я не настаиваю, – ответила я, качая головой.

– Так будет правильно, – мама посмотрела на отца и проговорила. – Я люблю только тебя, тебе не о чем переживать.

– Я доверяю тебе, – папа ласково поцеловал её и кивнул. – Мы оставим вас.

– Хорошо, – мама обошла нас и пошла навстречу своему прошлому… А мы с отцом вышли на улицу и встали около машины, решив дождаться маму, которой предстоял непростой разговор, возможно, самый тяжелый в её жизни.

– Алёна, – окликнула меня Инна и я оглянулась. Она подошла ко мне и несмело произнесла: – Можно тебя на минутку.

– Зачем?

Я не желала с ней говорить, неужели ей не стыдно разбивать чужую семью?

– Я хочу объясниться.

– Мне неинтересно знать о твоих похождениях с женатыми мужиками.

– Я оставлю вас, – сказал отец и отошёл на достаточное расстояние, чтобы не мешать нам и в то же время не упускать из вида вход в мастерскую.

– С сыном не получилось, решила с его отцом попытать удачу? И я смотрю удачно, – съёрничала я.

– Всё не так, как ты думаешь…

– Ин, – из моих уст вырвался смешок. – Я же не слепая, всё видела.

– То, что ты видела, было впервые. Виктор и тётя Катя расстались, и как только я об этом узнала, сразу приехала сюда. Я люблю Виктора очень давно, но никогда не решалась, предложить ему себя, ведь понимала, что он женат. А теперь… У меня появился шанс, понимаешь?  Ты думала, что я кручусь около Лёшки, чтобы замутить с ним, но это не так, я просто хотела быть заметной для Виктора. Пожалуйста, не рассказывай ничего Лёшке, он мне