Измена. Магическое расследование попаданки (СИ) - Елена Белильщикова

а, ладно. Ничего ему не говори. Я встречу смерть достойно. Но ему не наврежу. Отпусти мою руку. Ты не дождешься ни клятвы, ни моего согласия.

Райнор отвел взгляд, пряча лицо за спутанными волосами. Они прикрыли шрам, и от этого он стал выглядеть моложе, уязвимее. А может, от того, как ссутулились плечи, как Райнор поежился, ведь на секунду… всего на секунду поверил в шанс побега и спасения.

***

Феб не отпустил. Нахмурился. Райнор пошатнулся от легкого его толчка, от рывка за запястье. И Феб силой усадил пленника на лавку. Сел рядом, потянулся к его подбородку, разворачивая к себе. Сильные пальцы Феба жестко зафиксировали лицо Райнора напротив своего. Тот сразу же обжег Феба ненавидящим взглядом.

«Да что за человек такой? – зло подумал Феб. – Мне, дознавателю, нарушающему закон, еще уговаривать Райнора согласиться на побег?! Да не бывать этому!»

Первым порывом Феба было оттолкнуть Райнора. Оставить одного. И отправиться к Альдору, сказать, что сделка отменяется. Что его брат отказался бежать. Но… умом Феб понимал: проблем это не решит. Альдор не даст развода Мэри. И после, когда он выйдет из тюрьмы, она будет в опасности рядом с ним. Да и самое страшное: даже сам Альдор не отрицал, что после того, как отсидит срок в темнице, он начнет убивать… из мести за брата. И внутри Феба взметнулось что-то темное и отвратительное. Будто магия смерти, попробовав крови, но не вкусив клятвы, потребовала закончить начатое. Феб хищно сверкнул глазами, приблизив лицо Райнора к себе еще ближе. И прошипел:

– Думаешь поиграть в благородство, Райнор? Так вот, его никто не оценит! У тебя нет другого выбора. Либо ты клянешься и принимаешь мои условия, либо твой брат умрет. Подумай об этом. Что выберешь?

– Не смей его трогать! – голос Райнора прозвучал слишком звонко, пронзительно, словно он снова превратился в ребенка, когда они с братом защищали друг друга от всех невзгод. – Со мной делай, что пожелаешь! Но к брату не приближайся! Зачем тебе, вообще, сдался мой побег, что ты теперь угрожаешь мне его смертью?! К чему этот шантаж?

«Как это жалко, должно быть, смотрится со стороны», – мелькнуло в голове у Райнора. Когда он, будучи слабее котенка от разошедшейся болезни, сам подался вперед. И попытался свободной рукой ударить. Даже не по лицу, просто ладонью, кулаком в грудь отбиться, вырваться. Так мог биться разве что едва оперившийся птенец. Слабо трепыхаться. Но как Райнор мог иначе? Самому подставить Альдора под удар во время ритуала? Или сейчас, гордо отказавшись, бросив Фебу, чтобы делал, что хочет? Было в дознавателе сейчас что-то… нечеловеческое. От благородного молодого хищника, который протянул лекарство и пытался договориться, не осталось и следа. На Райнора смотрел зверь, учуявший кровь. А на Феба… устремленный на него взгляд сверкнул яростью, едва не презрением. Шантаж братом Райнор прощать был не намерен!

Он и вправду плохо дрался. Как девчонка. Да что там? Шэрон более жестоко засадить кулаком могла, чем Райнор сейчас ударил. И снова… Феб ощутил непрошенную вспышку нелепой жалости. Когда лицо напротив побледнело от боли от резкого движения и замаха, Феб послал к черту все правила хорошего тона. Схватил в охапку. Прижал к себе, осторожно скручивая руки, не давая слишком сильно дергаться.

– Перестань, – хриплым голосом проговорил Феб. – Ты себе вредишь.

Оба мужчины умолкли. Райнор сверкал недовольным, злым, колючим взглядом. Как разбушевавшийся кот, который набросился на дворового пса и мечтает выйти победителем.

«Не выйдет! – подумал Феб. – Я не струшу и доведу дело до конца!»

Феб не знал, что творилось с ним в тот момент. Это было нелогично, как для человека, обычного дознавателя, которым он являлся. Но это требовалось, как воздух. Для того мага смерти, которым по воле судьбы Феб недавно стал. Внутри все разрывало на части от ощущения, что он должен, должен провести ритуал. Ритуал, который станет инициацией и для него как для мага. Он должен, должен… Спасти чью-то жизнь. И даже не одну. Так странно… магия смерти обязана требовать от мастера, казалось бы, чужой боли. Чужой крови. Чужих смертей. Но Феб не хотел этого. Он хотел спасать своей магией, а не убивать. Но все равно, магия туманила разум, и забывалось на время, кто рядом с ним. Злостный убийца, маньяк, наводивший ужас на город? Нет. Просто человек, нуждавшийся в помощи.

– Ты не так меня понял. Если тебя казнят, Альдор так или иначе погибнет, – негромко сказал Феб, не отпуская Райнора, не давая биться и вырываться. – Альдор или погибнет в заключении, или выйдет из него и превратится в тебя. Начнет мстить за тебя, понимаешь? И тогда его поймают и казнят. Круг замкнется. Но зачем? Я не хочу, чтобы погибли люди. Я не хочу новых жертв. Согласись на ритуал по доброй воле, Райнор. И пускай будет шанс на спасение у тебя и у брата?

Феб отчаянно проговорил это, встряхивая Райнора. В попытке достучаться. А в голове вертелась одна мысль, от которой Феб никак не мог избавиться: «Роли окончательно сменились. Я, твой палач, стал твоим спасителем, Райнор. Даже против твоей воли…»

Райнор еще пару раз дернулся, но потом поднял на Феба внимательный взгляд. Будто только сейчас, медленно, слишком медленно, начиная осознавать смысл его слов. Что не угрозы это звучали из этих уст. Что не грозился он убить Альдора, когда Райнор был готов придушить за эти слова. А правда… разве выжил бы его брат здесь? Разве смог бы жить дальше, не отомстив?

Райнору хотелось закрыть лицо ладонями, тихо заскулить от отчаяния. Он хотел сам, сам платить за свои грехи! Пойти на виселицу – да пожалуйста, подавитесь его жизнью. Но не втягивать в это Альдора. Райнор смотрел Фебу в глаза и видел в них слабый отсвет. Не от свечи. От магии.

Райнор поднял руку, которую Феб поранил. И нарочно, с нажимом, потер пальцами, чтобы растравить порез на подушечке.

– Я клянусь, что не наврежу ни тебе, ни брату, – Райнор гордо поднял подбородок, а потом вздохнул, прикусив губу. – Но… хоть я и не знаю подобной магии, поклянись и ты? Что если во время ритуала придется выбирать, кто умрет, это будет не Альдор. Это буду я. Он куда больше достоин жизни. Да и… ты тоже. А не ущербный убийца.

Райнор усмехнулся, встряхнув волосами. К черту эти разговоры! Еще вызывать жалость