Магические узы - Марина Ефиминюк

Не вымолив ни слова, Ратмир кивнул Доку вместо приветствия и уже хотел направиться к дому, как я схватила его за рукав, останавливая:

− Подожди.

Острый недоуменный взор заставил смущенно залиться краской и отступить, брови во-просительно изогнулись.

− Я поговорить хотела.

− Прямо сейчас? − расставил руки Ратмир.

− Потом может времени не быть, − смутившись, отозвалась я и умоляюще покосилась на его брата.

− Ну, вы тут недолго, − засуетился Стриж и невежливо подтолкнул заинтригованного Дока к крылечку. Эскулап, словно бы очнувшись ото сна, энергично закивал и засеменил по траве с такой проворностью, как будто ему тыкали самострелом в затылок.

Вдвоем с Ветровым старшим мы остались во дворе. Вокруг расцветало тихое утро, ве-тер шумел листвой и путался в траве. В пронзительно-синем небе поднималось солнце, заливая двор лимонно-желтым соком лучей, впитавшихся в многочисленные глазки веселых одуванчиков.

Все заранее приготовленные прочувственные слова застряли в глотке.

− Ну и? − тон собеседника прозвучал в высшей мере нетерпеливо. Он явно досадовал из-за времени, потерянного на глупые разговоры с прилипчивой девчонкой.

− Я по поводу вчерашнего, − я запнулась и нервно сунула руки в карманы, отводя взор.

− И что? − подогнал меня Ратмир.

− Я о статье… − голос сорвался на шепот.

− Ясно, − сухо отозвался собеседник и развернулся, собираясь уходить.

− Ты видел ее! − прозвучало с обвинением, словно бы Ратмир без спросу залез в мой от-роческий дневник и зачитал выжимки перед родственниками.

Мужчина оглянулся, хмурый и подавлявший. Колючий взор задержался на моем румя-ном от неловкости лице, заставляя покраснеть еще сильнее.

− Я только хотела сказать, что совсем не знаю эту женщину. В первый раз ее видела… − примолкнув, я едва не застонала от отчаянья за собственную трусость. Перед зеркалом в ван-ной комнате объяснение с отражением происходило не так жестко. Во рту появилась неприят-ная сухость, и запершило горло.

− Это все? − уточнил Ратмир.

− Слушай, поверь мне, я не способна убить! − слова полились потоком, только не те, что были заготовлены заранее. − Я и стрелять-то совсем не умею, а оружие в первый раз в руках держала, когда из лаборатории хотела сбежать…

Воздух в легких закончился, и страстный монолог, призванный доказать мою абсолют-ную невиновность, окончательно иссяк. Последовавшая пауза длилась неприлично долго. Окончательно растерявшись от гробового молчания собеседника, я только и сумела выдавить, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы:

− В общем, так.

Ратмир прочистил горло и неожиданно устало спросил:

− Веда, ты от меня-то сейчас чего хочешь? Заверений, что ничего случится, и ты не пой-дешь и не убьешь эту женщину, знакома ты с ней или нет?

Проклятье! Да, именно этого мне хотелось услышать! Прямо сейчас, незамедлительно! Я жалобно прикусила губу и передернула плечами.

− Я не могу тебе этого обещать, − просто ответил Ратмир, заставляя сжаться в комок и опустить голову, чтобы он не смог различить накипающих на глаза слез.

Я лишь судорожно кивнула в ответ на его слова и неожиданно громко шмыгнула носом, что сама испугалась.

− Господи, Птаха, иди сюда, − мягко произнес он через утомленный вздох, и прижал меня к горячей груди. От него пахло тонко, приятно, и объятия дарили спокойствие и чувство защищенности, почти позабытое за последние дни.

− Мы вместе постараемся не допустить, чтобы заметка стала правдой. Идет? − предло-жил он. − Это я могу тебе обещать.

Я отстранилась, чтобы не вызвать подозрения. От одного его присутствия в соседней комнате меня бросало в дрожь, а уж от близости начинало нервно трясти. Мужчина спокойно отошел, не собираясь удерживать, и небрежно сунул руки в карманы.

− Давай договоримся, − предложил он по-дружески, − попытайся для разнообразия меня слушаться.

− Эй, ну вы идете? − выкрикнул Стриж, выглядывая из раскрытого окна гостиной. Вет-ров старший оглянулся к брату и только кивнул.

− Пойдем, − пробормотала я, продвигаясь к крылечку.

− Веда, и еще, − остановил меня Ратмир, заставив поспешно обернуться, − извини.

Наверное, если он прямо сейчас бросился в бешеный пляс, я бы изумилась меньше, а по-тому едва не рухнула в траву, к особой радости засевшего в траве дога, только и ждавшего мое-го внимания.

− За скандал из-за крови. Я был не прав, вы молодцы со Стрижом. Просто в следующий раз предупредите меня о своих решениях, − ответил мужчина на мой потрясенно вопроситель-ный взор.

Удивление росло, как лесной пожар, в короткие минуты превращавшийся в стихийное бедствие. Похоже, Ветров старший действительно решил заключить перемирие! Идти на ком-промиссы и быть щедрой я умела, а потому хмыкнула:

− Да это и скандалом-то не назовешь. Ты даже голоса не повысил. Хотя, знаешь, − я дружески похлопала его плечу, и обалдела от собственной бесцеремонности ничуть не меньше Ратмира, − лучше бы ты орал!

Тот только усмехнулся, а потом добавил нечто, заставившее меня вспыхнуть фитиль-ком:

− И еще извини за игру, похоже, я неверно тебя понял.

О, нет!

Мы оба ощущали себя не в своей тарелке, прекрасно осознавая, что вчера он понял меня исключительно верно.

− Я все время забываю, что ты не такая, как мы, − он примолк, заставляя неуютно по-ежиться.

− Обыкновенная? − услужливо подсказала я, не скрывая иронии.

Губы Ратмира дрогнули и растянулись в медленную незнакомую улыбку, а в обращен-ном на меня взоре проявилось лукавство. Кажется, теперь мне стало с достоверностью извест-но, как змей искуситель смотрит на невинную монашку, и у той подгибаются колени от смут-ного непристойного обещания в бездонных глазах.

− Просто другая, − поправил он снисходительно.

− И это сбивает с толку? − уточнила я, стараясь скрыть, как сильно он польстил мне.

− Не то слово…

− Вы чего тут флиртуете, пока мы вас ждем? − к моей огромной досаде, обрывая брата на полуслове, на пороге дома появился Стриж и с самым укоряющим видом упер руки в бока.

− Пойдем, − кивнув в сторону крыльца, сдержанно произнес Ратмир. Он как будто от-вернулся на мгновение и нацепил маску, оборотившись из обольстительного незнакомца в упертую бесстрастную жестянку.

Обстановка в гостиной, утомленной ожиданием, накалилась. Мне так и казалось, что на идеально расчесанной макушке Свечки бегают крошечные голубоватые разряды, эдак сильно она рассердилась задержкой. Сидя на диване, женщина закинула ногу на ногу и старательно разглядывала круглые отполированные ноготки, тщательно скрывая раздражение, но все равно, не удержавшись, уничижительно прошипела: