Дорога дорог - Игорь Мороз

Ласки юноши, быть может несколько грубые после выпитой им чимсы, становились все откровеннее, и цели своей они достигли — страх и стыд были забыты. Девушка, сделавшаяся в его руках мягче воска, начала тихо постанывать, покусывать губы, подбородок и плечи Тофура и наконец, обессилев, что-то жарко зашептала ему в ухо. Он улыбнулся, поднял ее на руки и отнес в хлев. Хрюкающие и блеющие обитатели его были возмущены этим вторжением, но знакомый, хотя и слабый голос Дии успокоил их, и Тофур, уже не опасаясь, что их заметят хозяева дома или пришлые, приступил к обязанностям, выполнение которых он не мог откладывать до официальной церемонии, поскольку не знал, суждено ли ей состояться.

Сначала его смущали жалобы Дии на то, что солома, постеленная для хрюшек, колкая и грязная, что она испачкает рубаху и оцарапается, но, оставшись в чем мать родила, девушка перестала жаловаться и после первого крика боли и неизбежных слез только тихо стонала, позволив будущему мужу делать с собой все, что он пожелает.

Серое бревно стремительно, словно пущенная из лука стрела, вылетело из переплетения лиан прямо в грудь Мгала. Готовый ко всяким неожиданностям, северянин отшатнулся и все же полностью избежать удара не смог. Бревно задело его по касательной, содрало кожу с правого плеча и в мгновение ока превратилось в гигантского удава, серо-голубую чешую которого украшали ярко-желтые пятна. Сбитый с ног, оглушенный падением, Мгал откатился в сторону, вскочил на ноги, вырвал из ножен меч, но удав оказался проворнее. Хвост его, подобно чудовищной плети, опустился на плечи северянина, тугие кольца молниеносно обвили тело.

Просвистевшее в воздухе копье вонзилось в одно из змеиных колец, тело удава развернулось, подобно пружине, голова приподнялась локтей на пять над землей, откинулась назад, готовясь нанести сокрушительный удар новому противнику, но броска не последовало — верхняя половина громадного гада продолжала угрожающе извиваться, нижняя же замерла, будто парализованная.

— Ты перебил ей позвоночник! — крикнул Гиль. Из тускло посверкивающего металлического жезла, оказавшегося в руках чернокожего мальчишки, вырвался тонкий, как игла, луч ослепительно белого пламени. Скользнув по влажному, зашипевшему перегною, он коснулся удава, и срезанная ромбовидная голова его со злобно оскаленными клыками мягко стукнулась оземь. Тело, свиваясь в петли и кольца, продолжало еще некоторое время фонтанировать кровью, но и оно вскоре затихло.

— Быстрая гадина! — пробормотал северянин, морщась от боли в ободранном плече, и кинул меч в ножны. — Эмрик, ты чуть не проткнул меня насквозь! — Он выдернул копье из вздрагивающего змеиного тела и, обтерев наконечник о траву, передал его товарищу.

— Ты предпочел бы смерть в объятиях этого красавца? — спросил Эмрик насмешливо, но узкое лицо его с тонкими бесцветными бровями оставалось серьезным. — Гиль, где твой бальзам? Если наш друг и дальше будет столь неосмотрителен, ты скоро заделаешься настоящим лекарем.

— Сейчас я наложу тебе повязку, пропитанную мазью, а на привале займусь раной как следует, — серьезно пообещал мальчишка, роясь в переметной суме.

— Да уж, такой раной надо заняться, — передразнил его северянин, вытирая сорванными листьями стекавшую по плечу кровь. — До ночи никаких остановок. Удав этот напал очень вовремя, запасы пищи подходят к концу. Если ты вырежешь из него несколько кусков покрупнее, я угощу вас превосходным ужином, и еще день-два можно будет не тратить времени на охоту, — обратился он к Эмрику.

Тот вытащил меч и с отвращением пнул удава ногой:

— Хотел бы я знать, где у этого ползучего деликатеса филейная часть и долго ли нам еще питаться подобной гадостью?

— Великолепный экземпляр. На базаре Исфатеи мы продали бы и мясо и шкуру по хорошей цене, — весело отозвался Мгал.

— Барра делали из змеиной кожи пояса, обтягивали ею колчаны и ножны. А из шкуры этого великана вышла бы не одна пара сапог. В нем, верно, локтей восемнаддать-двадцать будет, — заметил Гиль, ловко накладывая повязку на плечо северянина.

— Кроме скарусов, мы едва ли отыщем здесь желающих приобрести шкуру этого гада. Да и те скорее позарятся на наши, — процедил Эмрик сквозь зубы, вырубая из тела удава здоровенный кусок.

Мгал и Гиль переглянулись, едва удерживая улыбки. Оба они знали, что их хитроумный друг обладает, кроме множества неоспоримых достоинств, по крайней мере двумя недостатками. Он почти не умеет плавать и весьма разборчив, если не сказать — привередлив или даже брезглив, в отношении пищи, что, в общем-то, не характерно для людей, ведущих бродячий образ жизни.

Закончив перевязку, друзья помогли Эмрику освежевать удава, завернули кровоточащие, теплые еще куски мяса в широкие плотные листья и, рассовав их по котомкам, продолжали путь.

Бессмертный Юм правильно предсказал, что Мгал двинется в Чилар, хотя мало кто из исфатейцев поверил бы в подобное. Джунгли юго-восточнее Серебряного города пользовались дурной славой, а топи за ними, образовавшиеся на месте Древнего Чилара, внушали горожанам суеверный ужас. Жители расположенных рядом с джунглями деревень тоже не любили говорить о Чиларских топях. Мгал и его спутники только что убедились, что рассказы о том, например, как пятнистый удав проглотил корову или беременную женщину, несколько преувеличены. Но зерно истины в них имелось: тот же удав, задавив корову в своих объятиях или убив ударом головы, мог сожрать ее по частям. Разумеется, друзья выбрали бы более безопасный путь к Жемчужному морю, если бы не заметили, что даже в отдаленных окрестностях Исфатеи ими очень интересуются какие-то подозрительные личности.

После чудесного спасения из темницы Бергола Мгал склонен был полагать, что, пока у них в руках Жезл Силы, бояться им нечего. Эмрик, значительно больше северянина знавший о Белых Братьях и Черном Магистрате, напротив, был убежден — и сумел передать эту убежденность товарищам, — что Жезл Силы не только не гарантирует им безопасность, но делает их еще более желанной добычей. По его совету они решили отказаться от мысли присоединиться к караванщикам, которые шли на юг торными дорогами, и попробовать добраться до Чилара через джунгли и топи. Путь этот был несравнимо труднее, зато если бы преследователи даже разгадали их план, то догнать вряд ли смогли бы. Сравнительно безопасный, окольный путь из Исфатеи в Чилар через Кундалаг или Эостр занял бы слишком много времени, прямой же дороги не было, а отыскать их в джунглях было почти невозможно. Потому-то, продав в одной из деревушек лошадей и приобретя все необходимое для похода, порасспросив местных жителей и получив на большинство вопросов самые невразумительные ответы, друзья вступили под сень джунглей.