Грядущая буря - Дэвид Вебер

— О, я думаю, что, скорее всего, мы можем делать ремонт не торопясь, — ответила, с улыбкой поворачиваясь лицом к Томасу Тейсману.

Они стояли в главном тактическом тренажере Высших Тактических Курсов. Со времени первого посещения Хонор прошло много времени — она командовала ВТК после своего возвращения из Цербера — но Тейсман был явно впечатлен оснащением центра даже до того, как начался тренинг. Теперь он осмотрел огромную комнату и покачал головой.

— Это было страшно. — откровенно признался он, повернувшись к Хонор. — Я знал, что мы попали, как только Ваши люди развернули «Аполлон». Но я не понимал насколько погано было бы, если бы Вы не убедили Императрицу провести переговоры с нами.

— Едва ли я была единственной, кто «убедил» Елизавету, Том. И сейчас Вы понимаете, так же как и я, что. как бы злопамятна она ни была, ей действительно не нравится убивать людей.

— Так же, как и мне. — Тон Тейсмана был небрежен, и он усмехался, но Хонор чувствовала его эмоции и заново поняла, почему Нимиц дал Томасу Тейсману имя «Мечты о Мире».

— Так же, как и мне, — повторил он, — и особенно мне не нравится убивать моих собственных людей, посылая их в бой с настолько превосходящим их врагом. Так что если Вы думаете также, я только рад, что мне не придётся делать это снова в ближайшее время.

Она кивнула, и они пошли к выходу из огромной комнаты, пока Брайэм наблюдала за формальным окончанием симуляции.

— Вы знали, что они будут стрелять в Вас МДР? — спросил Тейсман, и она покачала головой.

— Нет. Это как-то выскочило из головы капитана Эмерсона, когда он описывал параметры задачи, — сказала она иронично.

— Я подозревал, что это возможно, учитывая реакцию адмирала Трумэн, — сказал Тейсман, и она засмеялась.

— Я не уверена, но подозреваю, что эта мелкая хитрость могла появиться по предложению, исходящему со стороны моего любимого мужа.

— Имея честь сталкиваться с Вашим «любимым мужем», я могу этому поверить. — сказал Тейсман скучным голосом. — У вас обоих всегда была эта противная привычка мыслить нестандартно.

— Не только у нас. — Хонор спокойно взглянула на него. — Избавившись от Сен-Жюста и Госбезопасности, Вы сразу собрали группу способных командиров. Хотя я никогда не понимала по-настоящему, насколько вы были хороши, до тех пор, пока мы не увидели, как плохи солли!

— Пожалуйста! — Тейсман скривился от притворной боли. — Мне нравилось думать, что Вы сравните нас с кем-нибудь получше!

Хонор снова засмеялась, и Нимиц весело мяукнул, когда они прошли выход. Спенсер Хоук, Клиффорд МакГроу, и Джошуа Аткинс вышли за ними, и Вольдемар Тюммель, который был произведён в капитаны третьего ранга после их возвращения из Нового Парижа, ждал с ее телохранителем. Она улыбнулась ему, и он улыбнулся в ответ, хотя горькая память о родителях, брате и сестре, которых он потерял на «Гефесте», была все еще свежа.

— Насколько мы выбились из расписания, Вольдемар? — спросила она.

— Почти на час, Ваше Светлость, — ответил флаг-лейтенант, который больше не был лейтенантом, и его улыбка стала немного шире. — Думаю, судьи не ожидали, что Вы покончите с ними так быстро.

— Хорошо, давайте не будем сильно радоваться, какие мы крутые, — она говорила это Тюммелю, но смотрела в глаза Тейсману. — Все, что мы сейчас можем сделать, годится для угроз, которые нам знакомы, а Филарета, кажется, на несколько ступенек выше солли, которых мы видели в Талботе. Если какой-нибудь умник изобрёл что-то, что нам неизвестно…

Хевенит сдержанно кивнул. У них обоих было достаточно неприятного опыта с такого рода сюрпризами.

Хонор кивнула в ответ. Ей всегда нравился Тейсман, и чем лучше она узнавала его, тем больше он напоминал ей Алистера Маккеона. Хотя — её губы чуть дёрнулись в нежной вспоминающей улыбке — он определенно менее, чем Алистер, склонен просто направляться к ближайшему врагу и вступать в драку.

Сразу после первого предупреждения Беовульфа Хонор изучила всё, что Пат Гивенс и РУФ имели на Массимо Филарету, и Тейсман присоединился к ней после прибытия с делегацией Притчарт. Правда, Хевен мало чем мог дополнить скудное досье РУФ на Филарету, но в целом было достаточно для осторожной уверенности, что они с Тейсманом поняли его характер. Ясно было, что он очень отличался от покойной Сандры Крэндолл, и ее ужасный пример понуждал его отличаться ещё больше. Что бы ни думал остальной флот Соларианской Лиги, Филарета вряд ли проигнорирует сообщения о мантикорском техническом преимуществе. Возможно, прежде было иначе, но, несмотря на некоторые намеки в досье РУФ о дурных наклонностях, он явно был слишком умен, чтобы действовать так же после сражения у Шпинделя.

— Я понял Вас. — сказал Тейсман вслух. — Это — одна из причин, почему я так рад — во всяком случае, теперь — видеть, что Ваши люди тренируются сражаться с врагом более сильным, чем он, вероятно, окажется.

— Если Вы не требуете от своих систем и доктрин максимума, все, что Вы делаете, это практикуетесь в привычных вещах. — Хонор пожала плечами. — И это — лучший вариант развития событий. Худший — Вы растолстели, успокоились и поглупели. Если бы мне давали доллар за каждый корабль, загубленный по вине глупого самонадеянного адмирала…

Она резко замолчала, и Тейсман снова кивнул.

— Плавали, знаем. — согласился он.

Они помолчали минуту, пока спускались по коридору к лифтам. Затем Тейсман слегка встряхнулся.

— Должен сказать, что взгляд со стороны на Вашу технику был ещё более захватывающим, чем участие в тренинге. — сказал он. — Конечно, у нас никогда не было шанса изучить «Аполлона». Боюсь, Ваша безопасность работала намного лучше, чем нам бы хотелось. Особенно расстраивалась Шэннон. Нам удалось достаточно восстановиться в довольно многих областях, но главным образом, в низкотехнологичных.

Хонор кивнула. Как и в любом флоте, в КФМ было заведено включать протоколы безопасности в свои секретные технологии. Мало что можно было сделать, чтобы замаскировать такие вещи, как термоядерные мини-установки или усовершенствованные гравитационные линзы лазерных боеголовок, но компьютеры и молекулярные схемы были другим делом. Без надлежащих кодов авторизации попытки получить доступ, исследовать или проанализировать запускали нанотехнологии протоколов безопасности, превращающие их в бесполезный нерабочий хлам. Попытки взломать, обмануть, перехватить управление или как-то иначе обойти эти коды была частью бесконечного цикла кибервойны, и ей было приятно получить подтверждение того, что Мантикора выдержала соревнование с Хевеном.

— Честно говоря, — продолжил Тейсман, — самую большую пользу от «Удара молнии» мы получили в виде некоторых Ваших технических руководств. — Хонор заметила, что он тактично не упомянул тот факт, что гораздо больше технических руководств попало в руки хевенитов от эревонских союзников перед «Ударом молнии». — Но они не стали большой подмогой, когда Ваша техника нового поколения начала прибывать он-лайн, и к тому времени вы так или иначе захватили превосходство в технологии. Все это я сказал, — он обернулся и посмотрел ей в прямо глаза — чтобы тактично перейти к вопросу передачи технологий.

— Вы знаете мою позицию, Том, — ответила Хонор. — которая является и позицией Хэмиша и Елизаветы, и, насколько я понимаю, Соня Хэмпхилл тоже с нами. По-моему, нет сомнений, что это должно случиться. Вопрос в том, когда, и я думаю, что это будет зависеть от того, как скоро мы официально ратифицируем соглашения.

Она так же прямо посмотрела на него, и он пожал плечами.

Вы видели изнанку политики Нового Парижа, Хонор. — сказал он. — Я даже не хочу думать, как отреагируют Юнгер и МакГуайр когда проект соглашений достигнет дома, и они обнаружат, где шатались их президент и две трети столичного флота. — Он покачал головой. — Я уверен, многие политические противники Элоизы завопят тогда о кровавых убийствах, и я вижу Таллингхэма и Юнгера высказывающих все возможные завуалированные — и не очень — комментарии о людях, превышающих свои конституционные полномочия. Но правда в том, что она не превышает полномочия, и Ваша дипломатическая миссия значительно изменила общественное мнение даже до «Удара Яваты» и Симоэнса.

— Неужели? — Она подняла бровь, и у Тейсмана вырвался смешок.

— Большинство хевенитов, признаются они в том или нет, всегда тайно восхищалось Вами. Даже когда это психопатка Рэнсом руководила пропагандой Пьера. Конечно, образ был довольно пугающим. У Вас была эта действительно неприятная привычка вышибать из нас дерьмо.

— Я никогда…

Хонор запнулась, не зная, что ответить, и он громко захохотал.

— Я не говорил, что Вы были единственной из манти, ответственной за это. Вы были только самой… заметной. Давайте посмотрим правде в глаза — Вы прилично выглядите на фотографиях даже у солли, у Вас достаточно для этого фотогеничности, в отличие от Вашего покорного слуги.