Звездная ночь, звездное море - Хуа Тун

– Не люблю бриллианты. Мама как-то подарила мне бриллиантовую подвеску, а я ее так ни разу и не надела.

Наконец Ишэн, взяв в руки две колоды и надеясь увести разговор в другую сторону, громко объявил:

– Сыграем в карты!

Но Чжоу Буянь мгновенно сокрушила его попытку:

– Ты можешь выбрать окрашенные камни. – И она указала на кулон в форме груши у себя на шее. – Это желтый бриллиант. Такие нравятся многим девушкам и больше всего подходят для предложения руки и сердца.

Как будто нарочно она вдруг обратилась к Цзюйланю:

– Какое обручальное кольцо собираешься подарить Шэнь Ло? Я знаю много ювелирных магазинов, и брендовых, и частных. Могу договориться о скидке! Например, свой кулон я купила на тридцать пять процентов дешевле. Изначально он стоил пятьсот тысяч юаней, а мне достался чуть больше чем за триста тысяч!

Я разозлилась. Буянь знала о наших трудностях и все равно поддержала тему. Не помню, чтобы я сделала ей что-нибудь плохое, зато она была враждебна с самого начала. В тот момент, когда я собиралась ответить, Цзюйлань слегка сжал мое плечо, сдержав меня. И я взяла себя в руки:

– Спасибо за заботу, но я не покупаю ничего по скидке.

У меня с детства сложилось мнение, что на добро нужно отвечать добром, а если мне причинили зло, то нужно точить нож.

– Хорошие вещи никогда не идут со скидкой.

Лицо Буянь исказилось, улыбка сползла:

– Было бы чем хвастаться! Вы даже со скидкой не сможете себе этого позволить…

– Замолчи! – воскликнул Бувэнь, стараясь помешать ей произнести что-нибудь еще более грубое. Только вот слово не воробей.

– Да, не можем… – спокойно начала я.

– Сяо-Ло, хватит прибедняться! – В напряженной атмосфере внезапно раздался голос Лянлян, привлекая всеобщее внимание.

– Вы плохо знакомы. Если продолжишь пить, отправлю тебя домой, – строго остановил ее Ишэн.

Он без колебаний встал на мою защиту, давая понять, что ценит друзей больше, чем любовное увлечение. Но я не могла сердиться на Лянлян. Его слова прозвучали резко, и все ждали, что девушка рассердится, а та лишь улыбнулась, будто ей было все равно.

– Верно, мы еще плохо знакомы. И все-таки я хорошо разбираюсь в подобных вещах. – Она указала на серый запылившийся камень, на котором стоял бонсай, и похлопала по нему рукой. – Такой большой кусок нефрита с моллюском можно продать на рынке не меньше чем за миллион. Если не ошибаюсь, он попадается только в коралловых рифах, где есть отложения триасового периода. Так что ваш камушек представляет не только декоративную, но и исследовательскую ценность. На аукционе он уйдет за баснословную сумму.

Я с улыбкой взглянула на неприметный булыжник, а Ишэн и вовсе рассмеялся:

– Правда? Тогда мы продадим его тебе!

– Ты можешь усомниться в моей красоте, но не в моих словах! – Лянлян посмотрела Ишэну прямо в глаза.

Покачиваясь, она шла и указывала на украшения, расставленные по комнате.

– Окуневый биплекс, пятнистая каури, callistocypraea, fusinus, costellariidae, livonia mammilla, раковина румфиуса, pleurotomariidae[81]… Это все – настоящие сокровища!

Девушка остановилась перед книжными полками у кабинета, наклонилась и посмотрела на окаменелую раковину.

Сначала все решили, что Лянлян шутит, но масса этих терминов всех быстро переубедила. Не только я узнала что-то новое для себя, но и Ишэн с Бувэнем.

– Так что? Сказав, что Сяо-Ло прибедняется, разве я ошиблась? – спросила девушка, подойдя к чудо-доктору и глядя ему в глаза.

Он тут же признал, что был неправ:

– Извини, неправильно понял тебя. Сяо-Ло не притворяется бедной, а просто не знает, чем обладает.

Лянлян подняла брови, скользнула взглядом по лицу Цзюйланя и остановилась на моем:

– Правда?

– Слышала о некоторых раковинах от дедушки, но ничего не знала о нефритовом моллюске и окаменелостях наутилуса из юрского периода.

– Так вот в чем дело! Я думала, ты богата и влиятельна и просто не относишься к этим предметам всерьез… что показалось странным, учитывая, сколько здесь сокровищ.

Лицо Буянь стало пепельно-серым. Она молча развернулась и с топотом побежала вверх по лестнице. Бувэнь, извинившись перед нами, рванул за ней. В воздухе повисла тишина и неловкость. Зато Лянлян просияла:

– Ужин был чудесный. Спасибо тебе и Цзюйланю за гостеприимство. Уже поздно, а завтра выходить на дежурство, так что мне пора.

Я проводила ее до двери.

– Спасибо! Если бы не ты, так бы и не узнала, что хранится у меня дома.

– Всегда пожалуйста!

После я обернулась и пихнула локтем Ишэна.

– Давай провожу, – торопливо произнес он. Лянлян улыбнулась и принялась отказываться, но друг настоял.

Проводив их, я уже собиралась запереть ворота, когда увидела, что Буянь вышла из дома с чемоданом, а Бувэнь последовал за ней, и на лице мужчины читалась тревога. Он тоже был с вещами. Я ничего не сказала и отошла в сторону. Девушка прошла мимо с высоко поднятой головой и, даже не взглянув на меня, скрылась. Адвокат виновато смотрел на меня и молчал, так что я заговорила первой:

– Уже поздно, так что поспеши. Одной ей будет нелегко найти гостиницу.

– Сяо-Ло, не принимай слова Буянь близко к сердцу. Позже вернусь и все тебе объясню, – ответил он и погнался за сестрой.

Я прислушалась к звукам удаляющихся шагов и затем закрыла ворота.

В гостиной Цзюйлань заткнул пробкой недопитое вино, заворачивал недоеденные фрукты и прятал их в холодильник, убирал со стола и подметал пол… Присев на корточки у нефритового моллюска, я некоторое время рассматривала его, а затем убежала в кабинет, к окаменелому наутилусу.

– Цзюйлань, кажется, у меня внезапно появилась куча денег.

– Ты о чем?

«Я могу позаботиться о тебе!» – Сколько раз мне хотелось это пообещать, но я не смела даже сказать: «Какая радость, что удача пришла в наш дом!»

– Как легко сделать тебя счастливой! – Он с улыбкой погладил меня по голове.

Легко? Часто ли деньги появляются вот так, ниоткуда? Сколько людей мечтают об этом…

– Такому благородному человеку, как ты, не понять амбиций маленького человека вроде меня! Каждый раз, когда Буянь насмехалась над моими трудностями, мне приходилось притворяться равнодушной, потому что выбора не было. А на самом деле больше всего я хочу швырнуть ей деньги в лицо. Мстить врагу надо тем, чем он сам гордится, тогда это будет самая приятная победа!

– Как думаешь, не эти ли раковины заинтересовали твоего таинственного преследователя? – после небольшой паузы предположил Цзюйлань.

– Это наверняка связано! Ишэн тоже спрашивал, что у меня есть ценного. Сегодня наконец-то стало ясно!

– Если так, тогда кто мог узнать об этом раньше тебя?

– Тот, кто разбирается в ископаемых. Может, все началось, когда я опубликовала в интернете фотографии?

– Фото были выложены уже после ремонта, а сумку украли до.

– Возможно, парни на мотоцикле никак не связаны с теми, кто залез в дом. Да, в обоих случаях у преступников были пятна на руках, ну и что? Вдруг это просто совпадение и действовали разные люди?

Цзюйлань не стал спорить и просто смотрел на меня.

– Я думаю, случаев было вообще не три, а четыре.

– Четыре?

– Когда отец Ишэна отправился на прогулку в горы, он встретил там странного человека, испугался его и оступился.

А как это связано со мной? Точно! Я же занимала деньги у нашего доктора! Ошеломленная, я пробормотала:

– Невозможно! Невозможно!

Ночью я лежала в постели и не могла уснуть. Связь казалась невероятной, Цзюйлань же будто не придал значения моим сомнениям. Все-таки два инцидента или четыре?.. Это все меняет. Если первое ограбление было случайным, остается проникновение в дом и нападение на утесе. Произошло это уже после открытия гостиницы. Тогда я выложила много фотографий в интернет – может, именно так кто-то и узнал об окаменелостях.