Что я сделал ради любви - Сьюзен Элизабет Филлипс

На этот раз Джорджи была склонна ему верить.

Репортеры окружили их, когда они выходили из «Кофе бин и ти лиф». Джорджи подумала о миллиардах снимков, изображавших знаменитостей с чашками кофе или бутылками воды в руках. Сколько она перевидала таких за жизнь! С каких пор обезвоживание стало профессиональным риском, неизбежно связанным со славой?!

— Сюда! Смотри сюда!

— Какие планы на этот уик-энд?

— Не надумали разводиться? Ваш брак все еще прочен?

— Как скала!

Брэм обнял ее за талию и прошептал:

— Будь ты таким твердым орешком, каким притворяешься, не сбежала бы прошлой ночью в свою теплую уютную постельку.

Джорджи ответила ослепительной улыбкой:

— Я уже сказала: у меня месячные.

Брэм, в свою очередь, просиял:

— А я ответил, что мне плевать.

Вот Лансу было не плевать. Он все понимал, однако ему бы в голову не пришло заниматься сексом с женщиной, меняющей прокладки по сто раз в день. Правда, и месячных у Джорджи сейчас не было.

— Очевидно, я недостаточно ясно выразилась, — пробормотала она, играя роль сексуальной хищницы.

Репортеры бешено защелкали камерами.

— Вчера ты прошел испытание в «Провокатив». С этой минуты твоя единственная функция — обслуживать меня, когда и где я этого захочу. А сейчас мне не хочется.

Лгунья. Она хотела. Хотела больше всего на свете. Вчерашнее приключение было невероятным, потрясающим, потому что она была с великолепным, никчемным, безнравственным Брэмом Шепардом. Секс значил для него не больше, чем рукопожатие, и сознание этого давало Джорджи новую, волнующую свободу. Ее фиктивный муж-алкоголик никогда не будет иметь над ней такой власти, как Ланс. Живя с Брэмом, она не будет терзаться мыслью, какое неглиже достаточно соблазнительно, чтобы привлечь его, и не станет читать очередное секс-руководство, опасаясь, что муж потеряет к ней интерес. Кому это нужно? Теперь можно даже не брить ноги!

Брэм поцеловал ее в ухо.

— Давай начистоту, Скут. Никаких месячных у тебя нет. Струсила, потому что опасаешься не устоять против меня.

Неправда!

Он помахал фотографам и повел ее по улице, продолжая говорить едва слышным голосом:

— Насчет ограничений, которые ты пытаешься ввести… — Он провел костяшками пальцев по ее позвоночнику. — Я не собираюсь обращать на них внимания.

Ему понравились схватки с Джорджи, на словах и в постели. Вчера она чертовски его шокировала. С давних пор Джорджи для него ассоциировалась со Скутер, но Скутер просто не способна устроить такое шоу, какое устроила Джорджи. То, что случилось в «Провокатив», доказывало, что Лузеру не удалось выбить из нее остатки уверенности в себе, и это с каждым днем становилось все очевиднее. Тот факт, что Ланс променял Джорджи на холодную рыбу вроде Джейд, доставлял Брэму намного больше удовольствия, чем он хотел признать.

Когда они вернулись домой, он прикинул, не стоит ли ее раздеть прямо в спальне — особых усилий это не потребовало бы, — но Эрон нарушил его планы, встретив их у двери.

— Звонила секретарь Рори Кин. Вас приглашают в ее дом на бокал вина. В пять ровно.

Брэм мысленно подпрыгнул до потолка. Он надеялся, что симпатия Рори к Джорджи даст ему возможность встретиться с главой студии. Тогда он сможет изложить свое дело лично, а не через ее служащих.

Улыбнувшись, он позвенел ключами от машины.

— Перезвоните и передайте, что мы будем.

Эрон поправил очки.

— О вас она не упомянула. Только о Джорджи.

Брэм сжал ключи.

— Она имела в виду нас обоих.

— Сомневаюсь. Она попросила сказать Джорджи, чтобы та не трудилась переодеваться, поскольку их будет только двое.

Выпалив все это, Эрон поспешно удалился.

Последовал пулеметный огонь ругательств. Рори по-прежнему игнорирует его! Ей понравился сценарий «Дома на дереве», но вице-президент по новым проектам заявил, что она не собирается финансировать фильм, пока Брэм не откажется от идеи стать продюсером и ведущим актером, а в этом случае всем надеждам на возрождение карьеры придет конец. Иногда ему хотелось купить место для рекламы в «Вэрайети» и объявить всему миру, что он уже не тот глупый наглый мальчишка, у которого не хватило воли пережить успех. А может, просто написать: «Как насчет гребаного второго шанса?»

Если бы только Рори согласилась встретиться с ним лично! Но он смог ненадолго приблизиться к ней только во время ночного инцидента на заднем дворе. Несколько дней спустя он даже проскользнул в калитку с бутылкой шампанского в качестве извинения за нарушенный сон, однако один из ее слуг взял у него шампанское и закрыл дверь перед самым его носом.

Брэм полоснул Джорджи яростным взглядом. Благодаря стряпне Чаз она немного поправилась, так что зеленые глаза, смотревшие на него из-под челки, больше не казались запавшими, а блестящие каштановые волосы обрамляли посвежевшие щеки.

— Жду тебя в кабинете через десять минут, — сказал он. Джорджи открыла было рот, намереваясь, очевидно, послать его ко всем чертям, но к этому он был готов.

— Ну если тебе неинтересно посмотреть сценарий «Дома на дереве»…

Он сразу понял, что она у него в руках, и, повернувшись, отошел.

Она заставила его ждать на десять минут дольше условленного. И за это время не подумала переодеться и осталась все в том же костюме, что и час назад: трикотажный топ лимонного цвета со скромным круглым вырезом, маленький короткий кардиган, легкий как паутина, и широкие слаксы в зеленую и кремовую полоску, как на матрацном чехле. Только такие стройные женщины могли носить нечто подобное. Костюм скрывал больше, чем обнажал, и делал ее чертовски сексуальной.

Джорджи первой сделала очередной ход в игре, кивком показав на постер с Джейком Корандой в роли детектива Кэлибра.

— Вот это настоящий мужчина.

— Обязательно передам ему твое мнение. — Брэм сжал резиновый шарик-тренажер, подражая Хамфри Богарту в «Восстании Каина». — Но мне для разнообразия необходима твоя помощь.

— Что значит «для разнообразия»? — обиделась Джорджи. — Я всегда готова к сотрудничеству.

Брэм снова сжал шарик и ткнул ей в нос указательным пальцем:

— Не черни меня перед Рори Кин.

— Мне бы это в голову не пришло.

— Неужели? Рори нравится в проекте все, если не считать…

— Тебя? — Она уставилась на него леденцово-зелеными глазами. — Потому что у тебя дурная репутация.

— Спасибо, что напомнила. — Он положил шарик на стол. — Я должен снять этот фильм, Джорджи. Я, и никто иной. Тебе нужно убедить ее, что я превратился в Мужа года.

— Но это не так.