Где умирают сновидения? - Ксения Любимова

– Хороший вопрос, – кивнул Эрик.

– Родственников у Анны не осталось, – приободрился Голубев, – так что это не наш Василий.

– И все же я бы не стал пока сбрасывать его со счетов, – ответил сыщик. – Ведь мужчину так и не нашли.

– Мы прибережем его до особого случая, – согласился следователь. – А теперь о старушке.

Он снова зашуршал бумагами, отыскивая нужную информацию.

– Серафима Сергеевна Иванова, восьмидесяти двух лет от роду. Забита до смерти в собственном подъезде. Имела сына, который к тому времени, как бабушка умерла, скончался от инфаркта, и троих внуков. Вернее, двух внуков и внучку. Внучка вышла замуж и живет вполне счастливо. Старший внук нигде не работает, пропивает свою долю, доставшуюся ему от продажи бабушкиной квартиры. А вот младшего внука отыскать не удалось. Сестра уже давно не получала от него никаких известий.

– Как зовут внука?

– Иванов Артем Иванович.

– А возраст?

– Около тридцати.

– Не подходит, – потер подбородок Эрик.

– По фотографии его тоже не опознали. На Никиту не похож.

– Это еще ни о чем не говорит. Но скорее всего, это не наша история. Внуки получили наследство и вовсю им пользуются. Зачем им мстить убийце их бабушки? Хотя… Если кто-то из внуков любил бабулю, то возможны варианты.

– Ну и куда нас это привело? – с тоской спросил Голубев. – Как топтались на месте, так там же и остались. Похоже, не усидеть мне в своем кресле. Хорьков этот, заметки, девушки… Полный отстой! А ведь я ничего такого не совершил! Маша сама меня напоила, Алина устроила свистопляску с цветом волос, а Мадонна и вовсе заставила ползать в навозе. И после этого Калюжный позволяет себе лить на меня грязь? Скажите мне, где справедливость? – и он потряс кулаками.

Однако Мариша уже не смотрела на Голубева. Все ее внимание было приковано к Эрику. Тот сидел с таким видом, словно увидел привидение. Глаза широко раскрыты, взгляд отдает металлом, на лице написана целая гамма эмоций – от сомнений до уверенности.

– Неужели все так просто? – пробормотал он себе под нос и закрыл глаза. – Да, это вполне возможно. Тогда вполне объяснима и моя версия, почему Никиту убили именно в офисе.

– Что – возможно? – обалдело спросил Голубев. – Ты о чем?

– Похоже, Эрик догадался, кто убил Савинова, – прошептала Мариша.

– Не может быть! – взвизгнул тот. – Неужели мне повезло?

– А при чем здесь ты? – удивилась она.

– Я останусь на своем месте, если мы первыми обнаружим убийцу! – горячо зашептал он в ответ.

– Тебя волнует только это? – насмешливо поинтересовалась она.

– Меня в первую очередь интересует справедливость, – широко раскрыв глаза, сообщил Голубев, но Мариша ему не поверила.

– Если я не ошибаюсь, то у нас может быть еще одна жертва, – подал голос сыщик, и от его расслабленности не осталось следа. – Нужно только решить, кто следующий. В принципе, я догадываюсь, но мне необходимо подтверждение…

Договорить Эрик не успел. Раздался телефонный звонок, и он рывком схватил трубку.

– Эрик? – раздался испуганный женский голос.

– Я самый, – отозвался он.

– Это Ангелина.

– Я понял. Что у вас произошло?

– Опять та самая машина.

– Вы уверены?

– Да, да! Номера заляпаны грязью, а над приборной доской болтается какая-то игрушка.

Хороши приметы, фыркнула про себя Мариша. Да большинство машин моется только после того, как становится невозможно различить их цвет. Да и прибамбасы на зеркале заднего вида висят почти у всех.

– Где вы сейчас находитесь? – Эрик был настроен решительно.

– На пустыре возле дома. Я вышла погулять с Феликсом. Только отошла от подъезда, как к нему подъехала эта самая машина. Остановилась и ждет. Я думаю, что меня. Уже полчаса прошло, а она все стоит и стоит.

– Мы сейчас приедем. Не ходите пока домой. Оставайтесь на пустыре. Слышите меня?

– Постараюсь, – еле слышно ответила женщина. – Правда, Феликс совсем замерз. Ему нельзя переохлаждаться.

– Потерпите немного. Мы не задержимся.

– Хорошо, только поторопитесь.

Ее слова утонули в каком-то шуме, будто неподалеку взревел мотор. Затем залаяла собака, и в трубке послышались короткие гудки.

– Быстро, собираемся, – приказал сыщик и помчался в прихожую одеваться. Голубев засуетился и бестолково забегал по комнатам.

– Чего ты мечешься? – рявкнул Эрик. – У нас не так много времени.

– Куртку потерял, – со слезами в голосе ответил следователь. – Я помню, что пришел к вам злой, как собака, скинул куртку, а куда – не помню.

– Вот она, валяется на коврике для обуви! Живее, живее!

Голубев натянул верхнюю одежду, ботинки и наконец выскочил на улицу. Несмотря на волнение, Эрик ехал очень аккуратно. Очевидно, он решил, что лучше задержаться на пять минут, чем застрять в аварии неизвестно насколько.

– Ты считаешь, что всех убил Савелий? – поинтересовалась Мариша, устав от молчания.

– А что думаешь ты? – вместо ответа спросил Эрик.

– Больше никого не остается. Темная машина с заляпанными номерами, непонятные истории с глубоким сном, в то время как совершались преступления. Все указывает именно на Савелия.

– А какова причина? – засуетился Голубев. – Причину назови! То, что он ненавидел своего товарища, не может являться веским основанием. Я тоже терпеть не могу Эрика, но это не значит, что я тресну ему по голове ради того, чтобы получить удовлетворение.

– Ты не сделаешь этого по другой причине, – подал голос сыщик.

– И по какой же?

– А кто будет раскрывать дела, если меня не будет рядом?

Голубев захлопнул рот и недобро уставился на сыщика.

– Савелий не стал бы убивать Никиту по той же причине, – продолжил тот. – Ник слишком много для него делал. Купил машину, подкидывал деньги, приглашал на вечеринки. Если бы Никиты не стало, Савва лишился бы последнего друга. Так что придумайте другую причину для убийства.

– А я знаю, – тихо сказала Мариша. – Вернее, догадываюсь.

– Говори скорее, – поторопил ее Голубев.

– Очень часто убийство совершается неправильно, – принялась объяснять она.

– Что значит – неправильно? – тут же наехал на нее следователь.

– Допустим, нужно убить одного человека, а убивают другого.

– И для чего это нужно? – Голубев скептически уставился на девушку.

– Да не перебивай ты, – рассердилась она. – Мне тяжело формулировать свои мысли. Убивают другого, чтобы потом убить того, кого нужно, понимаешь?

Следователь на некоторое время замолчал, и вдруг его лицо озарилось пониманием.

– Ты хочешь сказать, что истинная цель убийства не Никита?

– Точно!

– А кто тогда?

– Мне кажется, только ты не смейся, если тебе покажется, что я несу чушь, – тут же оговорилась Мариша, – мне кажется, что на самом деле убить хотели Вику. Тогда все встает на свои места.

– Но почему Вику? – нахмурился Голубев.

– Потому что Савелий не мог простить ей предательства. От Никиты он давно не ждал ничего хорошего. Тот не раз уводил у него девчонок. Но в данном случае Савва был уверен в Вике. Уверен в том, что действительно ей нравится. А Вика возьми да и уйди к Нику.

– В этом что-то есть, – медленно проговорил следователь. – Пожалуй, мне нравится твоя версия. Но как сюда вписывается навязчивая идея Эрика?

– Какая?

– О том, что убийство произошло именно в кабинете.

– У меня есть идея, – кивнула Мариша.

Эрик бросил на нее быстрый взгляд. Ей показалось, или в усах сыщика действительно промелькнула одобрительная улыбка?

– Самое лучшее убийство – это то, которое удалось замаскировать, так? – с необычной для нее горячностью начала Мариша.

– Наверное, – немного подумав, ответил Голубев.

– Поэтому к первому убийству нужно было привлечь внимание. Тогда все остальные невольно связали бы с ним. Вот вам и причина.

– А Василия за что убили?

– За компанию. Чтобы еще больше запутать следствие. Таким образом, Вика оказывается всего лишь одной из жертв, которая что-то видела или слышала.

– А у тебя голова варит, – уважительно заметил Голубев. – Нахваталась от Эрика! – В последних словах следователя проскочила легкая зависть. – Только бы машина была еще на месте! – он стукнул по сиденью. – Тогда этот недоросль не отвертится.

– Боюсь, что все не так просто, – заговорил сыщик, который до этого предпочитал молчать.

– Почему? – удивился Алексей. – Если он все еще там, я душу из него вытрясу. Пусть расскажет, зачем преследует честных людей.

– Для начала нужно будет доказать, что Савелий вставал со своего места в день рождения Никиты, – покачал головой Эрик. – А это тяжелая задача.

– Ты что-нибудь придумаешь, – оптимистично заметил Голубев. – Мозги у тебя варят будь здоров.

Однако сыщик покачал головой.

– Он далеко не дурак. Думаю, что Савва подстраховался и придумал себе неплохое алиби.

– Какое, например?