Где умирают сновидения? - Ксения Любимова

– Не успела.

– Жаль….

– А ты считаешь, что сон действительно мог бы помочь? – недоверчиво спросила она.

– Кто ж знает? – пожал плечами сыщик. – Я верю в сны. Мне они часто открывают истину. Не все, конечно, – тут же добавил он. – Но отличить вещий сон от обычного сновидения не составляет труда.

– Так ты считаешь, что мне приснился вещий сон? – вытаращилась она.

– Похоже на то.

– С чего ты взял?

– Налицо все признаки. Глубокое погружение в сновидение, четкость картинки, ясность сознания, – принялся перечислять сыщик. – Ты ведь знала во сне, что Никита мертв?

– Конечно, – кивнула Мариша. – И очень удивилась тому, что он оказался рядом со мной.

– Вот видишь! Вспоминай давай, может, было что-то такое, что наведет нас на правильный путь.

– Неа, – покачала она головой. – Я помню все в деталях. Сначала фигура обвиняла Никиту, потом просила меня обнародовать имя ее убийцы, а когда я спросила, кто его жертва, решила показать мне свое лицо. Но не успела. Зазвонил будильник, – Мариша грустно развела руками.

– Не беда! – бодро отозвался Эрик. – Самое главное, что мы на правильном пути.

– Откуда ты знаешь?

– Я и вчера был в этом уверен. А сегодняшний сон – тому подтверждение. Чему ты удивляешься? – спросил он, заметив, что Мариша воззрилась на него с недоверием.

– Раньше мне никогда не снились вещие сны.

– Так то раньше! – Эрик подмигнул ей и щелкнул по носу. – Раньше ты не была знакома со мной.

– Подожди, – нахмурилась она, – так ты верил в то, что Никите не просто так чудятся его видения? Если мне не изменяет память, то ты с недоверием отнесся к рассказу Вики.

– Ты, как всегда, невнимательна, – покачал он головой. – Я не говорил о снах, я имел в виду обстоятельства, которые сопровождали эти сновидения. Просто так ничего не бывает, запомни это, – назидательно произнес он.

В дверь постучали.

– Ты тут? – поинтересовался Голубев, всовывая в комнату голову.

– Смотря кого ты имеешь в виду, – зевнул сыщик.

– Звонили из отдела, – не обращая внимания на его ответ, сказал следователь. – Есть результаты экспертизы смерти Виктории Виноградовой.

– И что там? – с Эрика мигом слетел налет равнодушия.

– Вика умерла от ожогов.

– От каких ожогов? – удивилась Мариша. – Разве она не сварилась в кипятке?

– Фу, как грубо, – поморщился Голубев.

– А разве я не права?

– В целом так и есть, – кивнул Голубев, – а на деле все обстоит несколько иначе. Прорвало трубу, и рабочие раскопали яму. Естественно, она сразу наполнилась кипятком. Но вода пребывала не насколько быстро, чтобы оставаться той же температуры, какая поддерживалась в трубах. Поэтому свариться в воде было бы проблематично. Вода только создавала пар. А вот трубы были действительно очень горячими. Вика упала вниз и не смогла подняться. Поэтому и получила очень сильный ожог, не совместимый с жизнью. Я тут подумал, – Голубев сделал паузу. – А может, мы вообще зря переполошились, и это всего лишь несчастный случай? – он выжидательно посмотрел на сыщика.

Однако тот молчал.

– Странно, – нахмурилась Мариша. – Тогда я кое-чего не понимаю…

– Чего именно? – оживился Эрик.

– Почему она не смогла выбраться из ямы? Если бы я упала вниз и вода при этом не вызвала у меня травматического шока, я бы тут же выбралась наружу.

– И какие выводы ты делаешь?

– Получается, что Вику скинули в яму. Причем она была без сознания. Только этим можно объяснить ее бездействие.

– Молодец! – Сыщик одобрительно посмотрел на девушку. – Скажи-ка, Алексей, – обратился он к следователю, а не нашлось ли на голове Вики шишки или другого следа от удара?

– Вообще-то гематома есть, – нехотя кивнул Голубев, – но эксперт не рискнул предположить, что именно она вызвала смерть девушки. Налицо были другие признаки.

– А она и ни при чем. Гематома послужила причиной ее пассивности. Один удар, и девушка перестает что-либо соображать. Поэтому и не в состоянии отползти от горячих труб.

– Бррр, – передернулась Мариша, – какая жуткая смерть. Одно радует, скорее всего, она ничего не почувствовала.

– Думаю, так оно и было, – кивнул сыщик. – Это кто же догадался отправить девушку на такую ужасную смерть? А если бы она находилась в сознании? – он побарабанил пальцами по креслу.

– Ясно одно, женщина на такое не способна, – подал голос Голубев. – Так что Ангелину я исключаю из списка подозреваемых.

– И кто остается в твоем списке?

– Савва и Хорьков.

– Хорьков? Ты еще не выбросил эту мысль из головы? – хмыкнул сыщик.

– И не выброшу, пока не будет доказано обратное. Кстати, есть еще одна новость, – оживился следователь. – Помнишь, ты хотел узнать, не посещала ли Виктория нотариуса?

– Помню, и каковы результаты?

– Вика не посещала нотариуса и не писала завещания! – торжественно объявил Голубев.

– Это точно?

– Точнее некуда. Мой парень обошел все нотариальные конторы и проверил документы. Кроме того, он отследил ее передвижения в последние дни жизни. Никаких длительных интервалов во времени, которые не были бы подтверждены свидетелями, он не обнаружил.

– Что ж, одной версией меньше, – задумчиво произнес сыщик.

– Что за версия? – хором спросили Мариша и Голубев.

– Так, была одна мыслишка, – отмахнулся Эрик. – Но раз она не подтвердилась, то и говорить не о чем.

Следователь обиженно насупился. Весь его вид словно говорил: вот так всегда. Строит из себя умного, а ни одной дельной мысли так и не озвучил.

– Пожалуй, хватит сидеть, – вдруг сказал сыщик и поднялся с кресла. – Пора браться за работу! Адреса узнал? – он повернулся к Голубеву.

– А как же! – кивнул тот. – Как и договаривались, – он вынул лист бумаги. – Вот адрес Алены Кожуховой – там проживает ее мать. А это – Жозефины Егоровой. Надеюсь, удача улыбнется вам, и вы сможете поговорить с кем-то из родственников.

– Тебе тоже удачи, – кивнул Эрик. – Встретимся вечером.

Глава 25

Мариша рассматривала карту города. Эрик вел машину и время от времени бросал нетерпеливый взгляд на часы. Казалось, что-то его тревожит. Он постоянно хмурился и сильнее давил на газ, хотя скорость и так была приличной.

Оба адреса оказались в непосредственной близости друг от друга, что Мариша сочла неплохим предзнаменованием. Наконец равнодушный голос навигационной системы сообщил им о приближении к намеченной цели.

Мама Алены Кожуховой жила в покосившемся двухэтажном доме. Похоже, ремонт здесь не делали со времен революции, а удобства и вовсе были на улице. Несмотря на довольно прохладную погоду, на улице было оживленно. С десяток местных старушек оккупировали скамейку возле подъезда и с удовольствием что-то обсуждали. При приближении незнакомого автомобиля они умолкли и с любопытством глазели на огромный джип сыщика.

Мариша неторопливо вылезла из машины и огляделась. Местечко оказалось очень живописным. И даже полуразвалившийся дом не портил эту картину. Вековые ели с одной стороны, молодые березки с другой и небольшая речушка сразу за домом создавали полное ощущение слияния с природой. Сразу за речушкой виднелась деревушка с симпатичными домиками, и у Мариши радостно забилось сердце. Все-таки красоту природы не заменить никакими благами цивилизации.

– Вы к нам? – подала голос одна из местных жительниц.

– Мы к Елене Кожуховой. Знаете такую?

– Как не знать, милок, как не знать, – закивала бабулька. – Вот только вы зря приехали. Нет ее.

– А где она? – разочарованно воскликнула Мариша.

– В таком месте, куда лучше не попадать, – ответила старушка.

– В тюрьме, что ли? – удивилась она.

– Уж лучше бы в тюрьме, – почему-то с горечью сказала ее соседка. – Из тюрьмы хотя бы выходят. А вы почему интересуетесь? – и она настороженно уставилась на девушку.

– Мы из полиции, – ответил сыщик. – Выплыли новые факты по делу о смерти ее дочери. Вот мы и проверяем.

– Поздно всплыли, – поджала губы бабка. – Довели бабу до психушки, а теперь расследованием занялись.

– Елена в психиатрической больнице? – заинтересовался Эрик.

– А где ж ей быть? После такого удара не каждая восстановится.

– Потерять ребенка – это не зуб вырвать, – вступила в беседу третья старушка в пуховом платке. – Считайте, что у вас руку отрезали. И каждый день эту рану бередят. Каково с этим жить, а?

– Ужасно, – прошептала Мариша, и на ее глазах выступили слезы.

– Расскажите все, что знаете о Елене, – попросил Эрик, наступая ей на ногу.

– А что рассказать-то? Вы спрашивайте, а мы ответим.

– Сколько лет вы знакомы с Еленой? – начал сыщик.

– Так, поди, всю жизнь, – взмахнула руками первая бабуля. – Я родилась в этом доме, Ленкина мать здесь выросла, потом и Ленку сюда принесла. Дом у нас несчастливый, – пояснила она и сложила руки на животе.

– Почему несчастливый? – решил поддержать разговор Эрик.