Безумья темный страх - Алекс Елин

который еженощно натирали мастикой. Аудитории, где можно было проводить лекции для всего потока (что часто и делалось из-за большого количества студентов) представляли собой амфитеатры, парты и сиденья в которых были из настоящего дерева, а на потолках присутствовала лепнина. Классы были светлыми и просторными, великолепно оборудованными, как и многочисленные лаборатории.

Особым предметом гордости университета была большая библиотека, где без помощи библиотекарей можно было заблудиться. Тут имелись даже раритетные издания, которые выдавали исключительно по особым допускам и далеко не всем студентам, и то разрешали изучать книги лишь в читальном зале.

Здания университета стояли посреди большого зеленого парка. Розмийцы очень любили парки и скверы, полагая, что даже современные мегаполисы обязательно должны тонуть в зелени и цветах. Студенты любили иногда заниматься прямо в парке, и некоторые преподаватели шли им на встречу, проводя занятия на воздухе, для чего на лужайках были оборудованы небольшие площадки со скамьями и столами для студентов.

Мэри шла по высокому просторному коридору, стены которого выкрасили в прозрачно-изумрудный цвет, навевающий мысли о глубоком зачарованном озере. Все студенты уже разошлись по аудиториям, и преподаватели начали утренние лекции. Но молодой женщине совершенно не хотелось сегодня проводить лекцию, поэтому она всерьез задумалась о внеочередной контрольной. Хотя какая контрольная? Это всего лишь третье занятие…

Из ее аудитории слышался шум – еще бы, профессора нет, надо пошуметь, просто обязательно надо! Особенно при том, что тут присутствовали четыре группы по тридцать человек! И еще пара десятков неучтенных студентов, сбежавших со своих лекций ради любимого профессора.

Тихо им не посидеть!

Мэри зло распахнула тяжелую дубовую дверь и вошла в амфитеатр.

Как обычно, когда она заходила не снизу со стороны кафедры, а сверху, с задних рядов, ее никто не заметил. На преподавателя она не особенно походила (что уже послужило причиной десятка казусов и анекдотов): брюки свободного покроя с накладными карманами, просторная блуза спортивного кроя, многочисленные цепочки и браслеты, высокие ботинки и огненные волосы в разные стороны. На нее никто не обратил внимания. Притихли и принялись расползаться по своим местам студенты лишь, когда Мэри спустилась до середины лестницы.

- Добрый день, леди и джентльмены! – хорошо поставленным голосом поздоровалась Мэри Лаура. – Что у нас сегодня за тема?

- Стеганография! – выдал отличник с первого ряда. – И ее применение в исторические эпохи!

- Благодарю, Чарли. Что, опять никто больше не знает? – она обвела взглядом аудиторию, но счастливые физиономии студентов горели любовью и обожанием. Перечить любимому профессору они не собирались и ждали лекции. К ней на занятия ходили даже двоечники, путавшие не то, что всех королей Розми, а даже династии! Ходили просто послушать, воспринимая ее лекции как интересные и увлекательные повести. Ни один студент не позволял себе прогуливать ее пары.

- Знаем! – храбро крикнул оболтус с верхнего ряда. – Ждем начала! Не хотим перебивать!

- Хорошо, - Мэри как обычно во время лекции принялась расхаживать по аудитории. – Спрашивать о том, для чего использовалась и продолжает использоваться стеганография – не буду. Сами, надеюсь, знаете. Спрошу вот о чем: а какие вещества, служащие чернилами в стеганографии вы знаете?

Тут же треть аудитории подняли руки, а еще с десяток отличников и даже троечников от усердия вскочили сами, желая ответить на ее вопрос. Мэри обвела взглядом мальчишек и девчонок.

- Давай, Анна Гальда, - вызвала она студентку, держащуюся твердой четверки во всем, что не касалось математики. В вопросах математики даже двойку ставить в ее зачетку было жалко.

- Я слышала, что использовали сок лука, яблока… А еще слюну…

- Кто еще? – поинтересовалась профессор, и посыпался вал ответов.

- Квасцы!

- Воск!

- Моча!

- Фу!!!!

- Лишь бы гадость сказать!!!

- Что за кошмар!

- Леди и джентльмены, тише, - успокоила их Мэри. – Мочу действительно можно использовать стеганографии, только свежую. На самом деле чернил куда больше. А при помощи чего обычно проявляют такие чернила, кто знает?

- При помощи нагрева! – закричали несколько студентов.

- Или других порошков!

- Или растворов.

- Правильно, - согласилась Мэри. – Большинство таких чернил становятся видимыми после нагрева, но есть и те, которые становятся видимыми лишь после того, как на них воздействуют особым реагентом, причем надо знать каким именно. Слюну можно проявить при помощи очень слабого раствора чернил. Фенолфталеин проявляют щелочью. Существуют и другие компоненты, и их проявители, о них мы и поговорим подробно на этой лекции.

- Профессор Лаввальер! – поднял руку Чарли.

- Да, Чарли? – наверняка парень уже прочитал пару книг на тему лекции, сейчас будет хвастаться знаниями. Он был хорошим парнишкой и искренне хотел знать историю, но вот только забывал о жизни. Никогда из него не получится настоящий историк, потому что парень будет читать груды книг, у него будет масса знаний, он сможет скоро спорить с ней на равных, но он никогда не поедет в экспедицию. Никогда не узнает, что же такое история по-настоящему!

- А я слышал, что раньше еще делали симпатические чернила из крахмала, потому что картошки много, а вот йод достать в Розми было не так просто, - он гордо сверкал глазищами и напоминал Мэри щенка спаниеля – так хотел, чтобы его похвалили. Сегодня женщина не стала его разочаровывать.

- Да, одно время, лет двести назад, это был довольно распространенный метод писать секретные письма. Йодная настойка их очень хорошо проявляет, тем более как я и говорила, самым распространенным способом проявить симпатические чернила всегда оставалось нагревание или более хитроумные способы, использующие самые различные сочетания химикатов…

Мэри замерла на полушаге.

Крахмал!

Около двухсот лет назад!

Идиотка!

Конечно же!

- Так, народ, йод есть у кого с собой?! – Мэри вперилась взглядом в аудиторию. – У кого есть – пятерка в триместре!

Студенты пожимали плечами, на их лицах застыло выражение непонимания и досады – получить пятерку в триместре за просто так у профессора Лаввальер почиталось сказками! Они смотрели на любимого преподавателя и подозревали, что наконец-то свершилось именно то, что ей уже давно предрекали завистники среди профессорского состава: Мэри Лаура сошла с ума.

Но тут Анна Гальда робко приподнялась со своего места и пробормотала:

- У меня есть йодный карандаш, я постоянно обо что-то царапаюсь… - девушка залилась яркой краской.

- Всю осень можешь не ходить на мои лекции, - пообещала Мэри. Взлетела к студентке, схватила карандаш и помчалась к