Противофаза (СИ) - Максимилиан Раин

решил установить прослушку тикуновской квартиры, надеясь накрыть деятелей шелепинского клана комсомольцев, конкурирующих за власть с брежневским кланом днепропетровцев.

Снова сильно тряхнуло да так, что все в утробе фургона подскочили на месте. Юрий даже ощутимо ударился своим мягким основанием о жёсткое сиденье. Где они такого шофёра-неумеху откопали? Сплошное разгильдяйство.

Мысли вновь вернулись в прошлое, в тот ужасный день конца мая шестьдесят девятого года, когда Володя Крючков, начальник секретариата, помощник и личный друг с совместной работы в Венгрии, кому, не опасаясь, можно было доверять все свои секреты, принёс вскрытый конверт с надписью: «Передать лично в руки Председателю КГБ тов. Андропову Ю. В.». В конверте находился листок из ученической тетради в линейку, на котором было выведено крупными печатными буквами: «Уважаемый Юрий Владимирович. Вам грозит опасность из-за посещений объекта по улице Большой Садовой, 14. Прошу срочной и личной встречи в фойе Сандуновских бань в 16.00. Разрешается один сопровождающий. В руках нужно держать журнал „Крокодил“. Увижу, подойду. Ваш доброжелатель Y».

— По-моему, какой-то очередной псих потешается, — предположил Крючков и попытался объяснить, — Весна… Обострения у них.

— Что означает эта буква «У»? — спросил Андропов с беспомощным видом.

Внезапно пришло понимание, что вляпался по-крупному. Почему-то возник образ расстрелянного Берии. В глазах потемнело, и всё тело стало трясти. Он откинулся на спинку кресла и рванул воротник рубашки.

— Врача позвать? — взвизгнул Крючков, с ужасом наблюдавший за метаморфозами своего шефа.

— Никаких врачей! — лязгнул зубами о стакан Андропов, проглатывая таблетку.

Вскоре ему действительно стало лучше. Только лихорадка сменилась сильной слабостью.

— Все встречи на сегодня отменить, — распорядился глава Комитета, — Надо ехать в эту чёртову баню.

— Какой нормальный человек станет назначать встречи в бане? — продолжил ворчать Крючков, — Может быть, подготовить опергруппу? Человека три-четыре незаметно разместим там. Захватим психа.

— На твоё усмотрение, Володя. Вызывай машину на пол четвёртого и достань этот долбанный Крокодил. Поедем вместе, — распорядился Андропов.

На всякий случай, Председатель закамуфлировался усами. Всё-таки с его физиономией, не раз попадавшей на страницы газет и экраны телевизоров, мог случиться конфуз.

— Веники покупать не будем. Надеюсь, париться меня он там не заставит, — мрачно пошутил глава КГБ.

В фойе бани возле кассы и перед лестницей, спускающейся вниз полукругом, толпились разнокалиберные мужики с вениками, ожидающие своей очереди отведать банных удовольствий. Стоял гвалт обычного житейского трёпа ни о чём. Крючков зачем-то купил два журнала и тоже держал его в своих руках. Андропову показалось, что некоторые как-то странно на них поглядывают и решил отойти к стойке не работающего по причине наступившего тёплого сезона гардероба, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания.

— Столько народа бездельничает в рабочее время, — в сердцах ругнулся он.

— Да, подраспустились людишки, — тут же поддакнул Крючков.

На верхней площадке показался мужчина в белом халате и показал четыре пальца. По лестнице стали подниматься две пары. Одна состояла из представительного пузатого мужика и изящного, смущающегося юнца, державшихся вместе за руки. Вторая пара представляла собой двух манерных молодых людей, идущих чуть ли не обнявшись.

— Тьфу ты… Как на бракосочетание собрались, — зло бросил Андропов, — Кажется, Володя, мы с тобой попали прямиком в голубятник. Как раз парочку тоже составим.

Прошло уже больше получаса, а связник всё не давал о себе знать. Шеф Комитета уже подумывал согласиться с доводами своего приятеля и закругляться с рандеву, дожидаясь дальнейших действий шантажиста, как послышался украинисто-гхекающий бас:

— Доброго денёчка вам, уважаемый Юрий Владимирович. Тоже попариться захотелось? А усы вам очень даже к лицу. Молодят.

Возле них внезапно обнаружился немолодой, но крепкого вида высокий мужчина с волевым умным лицом, одетый в поношенный костюм.

— Не имею чести знать, — постарался отодвинуться Андропов.

— Как же не имеете? — заметно обиделся мужчина, — Сами меня до Комитету вызывали, допрашивали в феврале. Пётр Гхригхоренко я, бывший гхенерал. Теперь диссидент, по вашему определению. Работаю мастером на стройке. Этого мужчину в очках я тоже припоминаю.

Он показал на Крючкова.

— За пивом для меня бегхал. Может, Владимирыч, пойдёмте, дерябнем-ка по кружечке Жигхулёвского. Я знаю одно местечко. Есть одна темка для обсуждения.

Пётр, как нарочно, говорил звучным, командирским голосом, перекрывающим гул в фойе. Люди невольно косились в их сторону.

— Как-нибудь в другой раз. Я тут по делу, товарищ Григоренко, — процедил сквозь зубы Андропов, нервно оглядываясь.

— А, сексотов выпасаете? — прогрохотал диссидент своим невозможным басом, — Хорошее дело, как раз для бани. Ну, не буду мешать вашим мероприятиям. Гхосударево око должно зорко приглядывать за разными интимными местами своего выпасаемого народа. И, кстати, парку вам пожарче под хвост.

Диссидент отошёл к основной толпе, а возле налившегося краснотой Андропова оказался юнец малохольного вида, одетого в тёмно-синий рабочий халат.

— Вы — Юрий Владимирович? — пропищал он.

Андропов остолбенело уставился на пацана.

— Следуйте за мной, — заявил тот, не дожидаясь ответа.

— Ты что-нибудь понимаешь, Володя! — прошептал глава конторы, кивнув подбородком на спину мальца, — Получается, что меня поставил в неудобно сказать какую позу малолетний засранец?

— Возможно, что он — только прислуживает шантажисту, — предположил приспешник Андропова.

Тем не менее, представительные мужчины послушно потопали за пацаном по лестнице вверх и обнаружили себя в роскошном общем зале мужской раздевалки Сандунов с люстрами, лепниной и фланирующими повсюду голыми и далеко не аполлонистого вида мужчинами. Андропов поморщился.

— Не надейтесь, что я стану оголяться в этом борделе.

Малец не ответил, но сделал знак рукой, чтобы следовали за ним.

— Пожалуй, тебе, Володя, придётся подождать меня в холле. Понадобишься, позову, — решил Андропов.

Пацан вдруг свернул к одной из кабинок по периметру зала. За шторами обнаружилась маленькая уютная комнатка с двумя диванами и деревянным столом между ними. Стол весь был заставлен милицейской переносной радиостанцией «Уран» и магнитофоном Маяк 201. Малец подсоединил наушники к агрегату, пробубнил что-то в микрофон и затем протянул их Андропову.

— Вот, цепляйте на ухи и слухайте. Если надобно будет потрындеть, то сюда тычьте пальцАми. Всё уже настроено, — деловито проинструктировал он начальника и, не дожидаясь последующих реплик, типа:

— Знаю и без сопливых. На войне связь — первое