Зараза - Робин Кук

— Я сделаю все, лишь бы помочь делу, — сказала Глэдис, разглядывая карточку.

— И еще одно, — проговорил Джек. — У меня небольшой конфликт с доктором Шево и еще кое с кем из начальства, так что было бы неплохо, чтобы наш разговор остался между нами.

— Я же говорила, что он чудной. Конечно, никому ничего не расскажу.

Выбравшись из-за стола Глэдис, Джек помахал рукой темпераментной женщине и вышел из кабинета. Настроение было препаршивым. Он возлагал немалые надежды на этот визит, но единственное, что он узнал, — это то, что Мартин Шево весьма раздражен и вообще отличается вспыльчивостью. Стоя в лифте, ползущем вниз, Джек размышлял, что делать дальше. Собственно, вариантов только два: можно было, чтобы избежать риска, просто уйти восвояси, а можно, соблюдая некоторые предосторожности, навестить лабораторию. Подумав, Степлтон решил рискнуть. Замечание Чета о том, что невозможно раздобыть в течение столь короткого времени такое количество бацилл, навели Джека на интересную мысль, которую стоило проверить.

Открылась дверь лифта, и Джек уже собирался войти в кабину, когда увидел там громоздкую фигуру Чарлза Келли. Степлтон узнал директора госпиталя мгновенно, несмотря на маску, скрывавшую лицо грозного начальника.

Первым побуждением Джека было отступить и пропустить лифт, но потом он подумал, что такое резкое движение только привлечет внимание, и, низко нагнув голову, Степлтон решительно шагнул в кабину, немедленно повернувшись лицом к дверям. Директор стоял у него за спиной и дышал прямо в затылок. Джек даже ожидал, что Келли вот-вот похлопает его по плечу.

По счастью, Келли не узнал Степлтона. Администратор был поглощен разговором, касавшимся того, сколько будет стоить перевозка больных из отделений интенсивной терапии машинами «скорой помощи» и пациентов из клинических отделений автобусами в ближайшие госпитали компании. Келли был явно взбудоражен, убеждая собеседника, что скоро добровольно наложенный полукарантин закончится.

Собеседник Келли горячо поддерживал начальника и с жаром говорил, что приняты все мыслимые и немыслимые меры профилактики и, что самое главное, руководители здравоохранения штата и города внимательно следят за развитием событий, находясь непосредственно в госпитале.

На втором этаже Джек выскочил из лифта, испытывая громадное облегчение от того, что Келли остался в кабине. Встреча с ним была грозным предупреждением, и Джека охватили сомнения — правильно ли он поступает, но, поколебавшись секунду, он все же решил не отступать, тем более что лаборатория была прямо перед носом.

В противоположность остальным подразделениям госпиталя в лаборатории жизнь била ключом. В холле у лифта собралась целая толпа сотрудников в масках.

«Интересно, что здесь делает такая масса народу?» — подумал Джек. С другой стороны, скопление людей было ему только на руку — в такой толпе нетрудно затеряться: на Степлтоне был такой же, как на всех, белый халат и такая же маска на лице. Дверь кабинета Мартина выходила прямо в вестибюль, и Джек опасался, входя в лабораторию, что столкнется нос к носу с Шево. Теперь вероятность такой встречи практически равнялась нулю.

В дальнем конце помещения находились боксы, в которых обычно брали кровь у амбулаторных больных. Пробираясь к помещению лаборатории, Джек понял, что происходит: все работники госпиталя сдают мазки из зева на менингококк.

Зрелище впечатляло. Все было сделано совершенно правильно. Многие эпидемические вспышки менингита вызывались в прошлом заражением от здоровых носителей, поэтому нельзя было исключить, что причиной последней вспышки стало заражение больного от сотрудника госпиталя — носителя инфекции.

Бросив взгляд на последний бокс, Джек оторопел. Несмотря на маску и хирургический колпак, он сразу узнал Мартина Шево. Тот, как простой лаборант, сидел в боксе и быстрыми движениями один за другим брал мазки. Судя по внушительной пирамиде использованных марлевых тампончиков, работал он давно и старательно. Аврал! Задействованы все сотрудники лаборатории.

Ощутив прилив уверенности, Джек толкнул дверь в святая святых подразделения. Никто не обратил на него ни малейшего внимания. В отличие от переполненного людьми холла рабочее помещение напоминало царство погруженных в свою таинственную работу автоматов, которые приглушенно постукивали, изредка издавая тихий зуммер. Лаборантов нигде не видно. С завидной скоростью Джек пробежал в микробиологический отдел, надеясь встретить там старшего лаборанта Ричарда или неугомонную Бет Холдернесс. Но в баклаборатории было так же пусто, как и в остальных отделах.

Подойдя к рабочему месту Бет, Джек обнаружил обнадеживающий знак — на столе горела бунзеновская горелка. Рядом стояла кювета с тампонами и стопка чашек Петри с агаром. На полу высилась корзина с выброшенными туда использованными пластиковыми пробирками.

Чувствуя, что Бет где-то недалеко, Джек пустился на поиски. Баклаборатория была обширным помещением площадью около тридцати квадратных футов, разделенных на три части двумя рядами рабочих столов. Джек прошел по среднему проходу. У дальней стены, возле вытяжных шкафов, он обнаружил маленький кабинетик — там стоял письменный стол и шкафчик с многочисленными папками. На доске объявлений красовались фотографии, на нескольких из которых было запечатлено лицо старшего лаборанта Ричарда Оверстрита.

Двигаясь дальше, Джек прошел мимо нескольких алюминиевых дверей, напоминающих входы в холодные лабораторные комнаты. Взглянув в противоположную сторону, Степлтон заметил обыкновенную дверь, которая, как он подумал, вела в какое-нибудь складское помещение. Джек направился туда, но, вздрогнув, остановился от громкого щелчка внезапно отворившейся алюминиевой двери. Оттуда стремительно вышла, окруженная влажным горячим воздухом, Бет Холдернесс. Заметив Джека, она остановилась как вкопанная и прижала руки к груди.

— Вы напугали меня до смерти! — воскликнула она.

— Еще не известно, кто кого больше напугал, — ответил Джек, представившись.

— Не утруждайтесь, я вас сразу узнала, — отмахнулась Бет. — Вы наделали столько переполоха, что я не думала вас здесь больше увидеть.

— Почему? — невинно удивился Джек.

— Доктор Шево очень зол на вас, — пояснила Бет.

— Он что, до сих пор на меня злится? — спросил Степлтон. — Впрочем, я сразу заметил, что он очень раздражительный и желчный субъект.

— Да, он правда с чудинкой, — признала Бет. — Но Ричард сказал шефу, что вы обвинили его в распространении бактерий, которые мы исследовали здесь, в Манхэттенском госпитале.

— На самом-то деле я не собирался обвинять вашего босса в чем бы то ни было, — возразил Джек. — Это было лишь предположение, которое я высказал только после того, как он по неизвестной причине окрысился на меня. Я же просто хотел узнать его мнение относительно вспышки практически одновременно таких болезней, которые не встречаются в это время года, особенно в таком городе, как Нью-Йорк. А он по совершенно непонятной причине решил выгнать меня отсюда. Ну, вы же помните, как он со мной обошелся.

— Да, признаться, я была удивлена его поведением в тот день. Не менее удивительно вели себя мистер Келли и доктор Циммерман. Я же думала, что вы просто хотите помочь делу.

Джек едва удержался, чтобы не обнять эту пылкую молодую женщину. Кажется, она была единственным человеком на планете, который понимал и одобрял его действия.

— Мне так жаль вашу сотрудницу Ненси Уиггенс, — сказал Джек. — Представляю, как тяжело вы пережили эту утрату.

Бет перестала улыбаться, на ее глаза навернулись слезы.

— Может быть, мне не стоило этого говорить, — промолвил Джек, заметив реакцию Бет.

— Нет-нет, что вы, — запротестовала женщина. — Но для нас это был ужасный удар. Мы всегда боимся чего-то подобного, но надеемся, что нас пронесет. Ненси была чудным человеком, хотя иногда бывала беспечной.

— Как это? — спросил Джек.

— Она не соблюдала никаких мер предосторожности, — ответила Бет. — Всегда надеялась на авось — не пользовалась противочумным костюмом и защитными очками.

Как Джек понимал Ненси!

— Она даже не стала принимать антибиотики, которые ей назначила доктор Циммерман после того случая чумы.

— Какое несчастье, — посочувствовал Джек. — А ведь антибиотики могли уберечь ее от лихорадки Скалистых гор.

— Я знаю, — сокрушенно промолвила Бет. — Ну почему я не сумела ее убедить? Вот я, например, принимала антибиотики, хотя и не контактировала с больными.

— Она, случайно, не говорила, что сделала что-нибудь особенное, когда брала анализы у Лагенторпа? — поинтересовался Джек.

— Нет, — ответила Бет. — Поэтому мы думаем, что она заразилась здесь, в лаборатории, обрабатывая анализы Лагенторпа. Вы же знаете — риккеттсии очень опасны при работе с ними.