Кей Дач. Трилогия - Сергей Лукьяненко

— Знаете, — задумчиво сказал Артур, — я вас совсем не стесняюсь.

На лице Каль мелькнуло странное выражение, сменившееся улыбкой.

— Тебе же не двенадцать, дружок. Твой хитрый папа прогнал тебя через аТан, чтобы всех обмануть. Но тебе шестнадцать лет, думаю, ты имел достаточно девчонок, чтобы привыкнуть…

— Нет. — Артур улыбнулся, и улыбка Каль не понравилась. — Я стеснительный. Но на вас мне наплевать. Вы уже мертвы. С того момента, как натравили на нас с Кеем свою банду, — мертвы. Я не комплексую перед трупами.

— Придется доказать тебе, что я живая. — Голос Каль не обещал ничего хорошего. Но ее руки, казалось, жили своей жизнью.

— У вас не будет аТана, у вас не будет работы, у вас не будет родины, — продолжал Артур. — Вас сошлют в такую дыру, что для нее даже нет названия. По личному распоряжению Императора… он… согласится… с Ван Кертисом…

— Ну как, я еще живая? — Каль засмеялась.

— Вам и вправду нужен психиатр, — сказал Артур.

— Нет, мальчик. Мне нужен аТан, и ты расскажешь, как твой отец проводит последнюю фазу сборки. Мне нужна инструкция, как убивать людей с нейронной сетью. И последнее, что мне нужно… — Каль нагнулась над мальчиком, прошептала: — Это — правда о том, куда ты летишь. Что за дела у Кертиса, если он отправляет по ним своего сына?

— У вас воняет изо рта, — сказал Артур.

— Ты мне надоел, — сообщила Каль. Дверь в камеру открылась, и она поднялась с коленей. Маржан Мухаммади бесстрастно смотрела на них. — Хорошо, что пришла. Поработай с мальчиком.

— До какой степени?

— До три «а». — Каль подмигнула Артуру: — Тебе понравится.

«Шанс» был не слишком тяжелым. Шестиствольная автоматическая ненацеливаемая система лазерного огня, иначе — веерный лазер конструкции Мартызенски, в просторечии «лесопилка», больше всего походила на старинный многоствольный пулемет. Шесть стволов были собраны в пакет на вертящейся оси. Каждый ствол был слегка отклонен в сторону. При работе вращающиеся лазеры включались на неопределенное время в случайном порядке, что давало им время на охлаждение и обеспечивало широкую зону поражения. Это было оружие одного плана с «Ультиматумом», оружие Смутной Войны, рассчитанное на плохо обученного пользователя или на бой одиночки с группой.

Кею было приятнее считать себя одиночкой. Он не знал, сколько людей и нелюдей ему противостоят. Генриетта видела четверых, но это еще ничего не значило. Впрочем, меклонца можно было смело считать за десяток, так же как и девушку-механистку.

Он шел по саду, тщетно пытаясь заметить хоть какие-то следы. Против него действовали такие же профессионалы. Было вполне вероятно, что корабль Службы уже на орбите и все, что ему останется — полюбоваться на стартовую проплешину.

Потом Кей почувствовал запах гари. Ветерок нес его с запада. Он едва не прошел мимо своей цели. Корабль приземлился совсем близко от дома.

— Надеюсь, ваш сад застрахован… Ванда Каховски, — сказал Кей, снимая «Шанс» с предохранителя. Стволы лучемета тихо запели, начиная вращаться. Вибрации не было, веерник оказался отлично сбалансирован, и Дач удовлетворенно кивнул.

6

Чен Чамри стоял шагах в двадцати от корабля — там, где выжженная двигателями земля переходила в ряд обугленных деревьев. Каль не требовала постановки охранения, но сержанту Имперского десанта претила мысль о такой расхлябанности. Он выгнал из корабля шесть рядовых, расставил посты и теперь просто отдыхал, разглядывая окрестности.

Сам Чен родился на Ментаре, планете жаркой, засушливой, хоть и не лишенной странного очарования бескрайней пустыни. Сейчас Чен пытался решить, нравится ему на Таури или нет. Пока минусов было больше — избыток деревьев, слишком темное небо, прохладный (для ментарца) климат.

Нравилось Чену лишь изобилие фруктов. Он сорвал с дерева странный плод, выглядевший как яблоко, но со вкусом клубники, и пошел к серебристому конусу корабля.

— Хей! — сказали из-за спины. Чен повернулся.

Кея Овальда он узнал сразу. Оружие в его руках — лазерный многоствольник — тоже. В десанте умели пользоваться старинной техникой.

— Не сходите с ума, — попросил Чен. — Бросьте оружие, и вам сохранят жизнь.

Человек, за которым так упорно гонялась Каль, молчал. Чена прошиб пот. Шесть стволов «Шанса» вращались на холостом ходу, глядя ему в живот.

— С вашим сыном все в порядке. — Чен сделал шаг к Овальду. — У Службы Инцедиоса есть вопросы к вам. Опустите оружие, вы же просто коммерсант!

Кей Овальд рассмеялся. Легкость, с которой он держал многоствольник, заставила Чена осознать нелепость собственных слов.

— Вы же не собираетесь штурмовать корабль в одиночку?! — крикнул Чен. До ближайшего поста было полсотни метров — его должны были услышать.

— Нет, не собираюсь, — включая веерник, отозвался Кей.

Корабли Службы не предназначались для боя, тем более планетарного. Из рубки можно было прослушать телефоны на другой стороне планеты, но не прозондировать окрестности.

— Что происходит? — Изабелла ворвалась в рубку, где уже были Т/сан и сержант Ральф Гордон.

— Избиение. — Т/сан повернул голову. — Заместитель Командующего Каль, полагаю, что у Кея Овальда есть тяжелое вооружение. Разрешите выйти из корабля?

Каль молчала, глядя на экраны. Сады Таури горели плохо, только плазменные заряды табельных «Кобр» заставляли отдельные деревья полыхать. Зато поваленных, посеченных яблонь хватило бы заполнить приличный дровяной склад.

— Ты видел у старухи «Шанс»? — спросила Каль.

— В коллекции, на третьем этаже. Полагаю, что Кадар и булрати мертвы. — Т/сан двинулся к выходу.

— Отставить.

Ральф непонимающе смотрел на Изабеллу. Его темная кожа посерела.

— Я вывожу своих людей, — сказал он.

— Не надо, — не то попросила, не то потребовала Каль.

— Вам я не подчинен. — Гордон и не пытался скрыть презрения в голосе. — Мы своих не бросаем.

Изабелла подняла руку. Из-под манжеты блеснул металл.

— Передай привет Ломаку, — сказала она. — Мы скоро будем.

Плазменный заряд «Стража» бросил Ральфа на пол. Его ладонь сомкнулась на рукояти пистолета, но так и не смогла достать оружие.

— Ххруз, — сказал меклонец. У него тоже был предел невозмутимости.

— Т/сан, возьми Мухаммади, и займитесь остальными, — приказала Изабелла.

— Я имею право не подчиняться, — холодно сказал меклонец. — Как ассоциированный работник Империи я протестую против попытки мятежа.