Обретение ада - Чингиз Абдуллаев

— Взрыв в машине, — задумчиво сказал Сапин, — в ГРУ такие «дипломаты» называют «сувенирными наборами». У Макеева другие возможности.

— Это ничего не доказывает, — возразил Дроздов, — Макеев гораздо больше знал о передвижениях Валентинова. Если это Макеев, то он мог специально применить «сувенирный набор», чтобы подозрение пало на людей Сизова.

— А если это Сизов? Может, у него просто не было времени и он использовал то, что было под рукой? Не сам, конечно, использовал, — сказал Сапин, — он умнее Макеева. Намного умнее. Нам нужно сделать так, чтобы один из них начал ошибаться.

— Что конкретно вы предлагаете? — спросил Дроздов.

— Собрать всех через полчаса и сообщить, что мы нашли документы. Хотя, нет, не так. Лучше, чтобы генерал Дранников прямо сейчас позвонил Сизову и Макееву и сообщил им об этом. А мы сумеем выяснить реакцию на это сообщение каждого из них.

— У нас нет столько людей, — возразил Дроздов.

— Я дам своих людей, — быстро поднялся Дранников. — Мы должны как-то реабилитироваться за Волкова. Подключимся к их телефонам и расставим своих людей. Хотя выбор у меня тоже не очень большой. Сизов и Макеев знают почти всех моих сотрудников в лицо.

— Действуйте, генерал, — согласился Дроздов, — когда будете готовы, позвоните нам.

Дранников кивнул на прощанье и вышел. Дроздов проводил его задумчивым взглядом.

— Все правильно, — сказал он Сапину, — за исключением одного момента.

Что, если этот неизвестный все-таки не Сизов и Макеев, а сам Дранников?

— Понял, — быстро поднялся Сапин, — он будет следить за ними, а мои ребята за ним. Черт возьми, как все это не вовремя. Нам нужно заниматься Кемалем, а мы отвлекаемся на разных подлецов.

— С самого начала операция так и планировалась. Не только вытащить Юджина, но спасти его деньги и благодаря этому узнать, кто стоит за всеми хищениями в Западной группе войск.

— Да, конечно, — Сапин снял свое пальто с вешалки и обернулся к генералу.

— Мы погнались одновременно не за двумя, а за тремя зайцами.

— Ну и что?

— Ничего. Просто я вспомнил известную поговорку про двух зайцев.

Надеюсь, что с тремя зайцами мы справимся лучше.

Берлин. 28 января 1991 года. Западная зона

Брандейс спокойно ждал перевода денег. Договор с Кемалем лежал у него в кармане. Все было абсолютно законно. Он имел право на эту операцию.

Банковский служащий лишь чуть удивился, увидев сумму перевода, но, ничего не сказав, пошел вводить данные в компьютер. На всю операцию требовалось не больше трех минут, системы были автоматизированы, и компьютеры все осуществили почти мгновенно.

Чех огляделся. Странно, что сегодня утром здесь так много народа.

Обычно бывает гораздо меньше посетителей. Брандейс не подозревал, что в офисе банка и вокруг него одновременно находятся представители трех крупнейших разведок мира-США, СССР и Германии. А если бы даже узнал, то никогда не поверил бы такому вниманию к своей скромной персоне.

Служащий вернулся. Он был, как всегда строг и деловит.

— Все в порядке, — сказал он, передавая подтверждение банка о переводе.

— Спасибо, — улыбнулся Брандейс, — забирая бумаги. — От вас можно позвонить?

— Да. Пройдите в ту комнату, — показал служащий.

Брандейс неторопливо направился к комнате. Немецкие разведчики тут же подключились к линии банка. Американский наблюдатель достал свой прибор, надеясь услышать все через стену. Представитель КГБ выбежал на улицу, чтобы из своего автомобиля с помощью направленного на оконные стекла луча прослушать беседу и определить, куда именно будет звонить Брандейс. А тот, войдя в комнату, подошел к телефону, увидев фирменную ручку банка на столе, положил ее в карман и набрал номер телефона Аньезо Бонелли.

— Да, — поднял трубку итальянец.

Брандейс просто продиктовал цифры. Это был номер счета.

Бонелли записал счет. Посмотрел на часы. Сейчас ему должны позвонить из Швейцарии. Русские дали номера счетов, на которые они должны положить деньги. «Как все это глупо», — в который раз подумал Бонелли. Он знал, как строго проверяют теперь в Италии любые счета в зарубежных банках. На Апеннинах развернулась невиданная борьба с мафией, и «Козе Ностре» приходилось придумывать тысячу новых способов, чтобы легально использовать свои миллионы и миллиарды. Именно такая возможность и представлялась в истории с Брандейсом.

Деньги, которые чех перевел американской компании по договору на вполне законных основаниях, должны быть переведены в Италию. А деньги самих итальянцев сегодня утром переводили в швейцарские банки, на счета, которые указали Брандейсу его советские партнеры. Им было все равно, откуда деньги и как они попали на эти счета. У русских не задавали таких неприятных вопросов, как в Италии.

Ровно в десять часов пять минут раздался еще один звонок. На этот раз из Швейцарии. Бонелли записал второй ряд цифр и, взяв листок, быстро вышел из номера. Лифтом он не воспользовался, решив подняться по лестнице в номер Кемаля Аслана. Постучал в дверь и, когда американец появился на пороге своего номера, молча протянул ему листок. И так же молча ушел.

В банке Брандейс набрал номер второго телефона. Все слушавшие его агенты моментально определили, что это мог быть телефон на улице в Западной части города. Кто-то неизвестный взял трубку. Молча.

— Все в порядке, — сказал Брандейс, — первая стрела попала в цель.

— Можете забирать, — сказал незнакомец и отключился.

Через пять минут у этого телефона были немцы. Еще через две минуты — американцы. Последними приехали сотрудники КГБ. Но никого найти не удалось.

Компьютеры начали расшифровку идентификации голоса, пытаясь определить, кому именно он принадлежит. Но никто не решался подойти к трубке, чтобы снять отпечатки пальцев. Все понимали, что отпечатков может не быть, а подставляться под объективы кинокамер других разведок никому не хотелось.

Берден приказал усилить контроль за отелем. Он по-прежнему не понимал, что происходит.

Находящийся в банке Брандейс позвонил в третий раз. На этот раз в Берлин.

— Все в порядке. Сигнал уже пошел, — сказал он и положил трубку.

Сидевший в номере Кемаль Аслан посмотрел на лежащий перед ним листок бумаги. И, подняв бумагу, вдруг разорвал ее на мелкие кусочки. Потом посмотрел на часы. Было десять часов восемь минут утра. Он достал из шкафа пальто, оделся, осмотрел свой номер. Кажется, ничего не забыл. И вышел из номера.

Примерно в это время Бердену на стол положили расшифровку счета, на который переводил деньги Брандейс. И последний номер телефона. Берден ошеломленно переглянулся с Холтом. Это был номер телефона… местной резидентуры БНД. Ошибки не могло быть. Это был телефон немецкой разведки в Берлине, где сейчас находился Хефнер.

— Это не счет Кемаля! — закричал Берден, вдруг поняв, почему американский бизнесмен так медлил в Западном секторе. Они хотели спасти его деньги! Но при чем тут немцы?

В отеле Кемаль Аслан спустился в гараж и сел в приготовленный для него «Понтиак». За рулем сидел Трапаков.

— Все в порядке? — улыбнулся он.

— Кажется, да, — кивнул Кемаль, — поехали домой.

У себя в номере Аньезо Бонелли ждал, когда американский бизнесмен принесет ему сообщение, что деньги переведены.

Брандейс покинул банк и, сев в машину, поехал завтракать в ресторан.

— Остановить Кемаля Аслана! — приказал Берден. — Если нужно — с применением оружия.

«Понтиак» выехал из гаража, набирая скорость, понесся к набережной.

Следом за ним выехали два автомобиля с сотрудниками ЦРУ.

— Кажется, у нас проблемы, — сказал Трапаков, оглядываясь назад. — Нужно немного продержаться. Впереди нас будут встречать.

Преследователи, набирая скорость, догоняли их. Именно в этот момент с соседней улицы появился грузовик. «Понтиак» сумел проскочить, а грузовик, развернувшись, перегородил дорогу. И обе машины ЦРУ врезались в него.

Выскочившие из машины агенты открыли стрельбу из пистолетов и автоматов.

Трапаков растерянно оглянулся.

— Откуда появились эти спасители на грузовике?

— Очень вовремя. Может, наши? — спросил Кемаль.

— Нет. Наши впереди.

В этот момент забравшийся на грузовик сотрудник ЦРУ дал длинную очередь. Кемаль сполз на сиденье. Трапаков заметил, как тот изменился в лице.

— Подожди, родной, подожди! — закричал он, умоляя товарища не умирать.

Он резко свернул влево. Там уже стоял абсолютно похожий «Понтиак» с двумя пассажирами, даже внешне походившими на Трапакова и Юджина.

Это была ловушка, приготовленная советской разведкой. Но она не понадобилась. Через пять минут автомобиль с Юджином въехал в Восточную зону. К ним уже спешили машины «Скорой помощи».