В ожидании тебя - Талли Аллен

— Мама сообщила отцу, что она подаёт на развод. И попросила меня поговорить с Робертом, чтобы он взялся за этот бракоразводный процесс.

— Но это ведь не повод, чтобы… — я сделала глубокий вдох, произносить, то самое слово вслух совсем не хотелось.

— Не повод, — глухо отозвался он.

Я предложила сесть на край кровати, потому что здесь ничего другого не было, но Джей опустился на пол, облокотившись спиной на кровать.

Он потёр лицо ладонями.

Я села рядом.

— Как ты? — тихо спросила я.

Меня сейчас в эту самую минуту не беспокоило ничего, даже наши непонятные отношения, которые все ближе и ближе становились тупиковыми.

— Чувствую себя паршиво, как будто по мне проехался грузовик. И, Теодора, это я должен спрашивать, как ты и просить у тебя прощения. Но ты слишком добра, чтобы это осознавать. Даже пригласила к себе. Я совершенно недостоин такой девушки, как ты, Дора.

Я закатила глаза и встала. Подошла к мини-холодильнику, доставая оттуда две жестяные баночки с колой. Одну из них протянула Джею.

— Ты сейчас несёшь какой-то бред. Лучше охладись, — и снова села рядом с ним. — Я постараюсь… постараюсь это пережить. А ты? Как ты? Джей, — я развернулась корпусом, он даже не смотрел на меня, лишь уставился пустым взглядом на банку с газировкой, — расскажи мне все. Поделись, чтобы тебе стало легче. Я сильная и справлюсь. Возможно, тогда я сбежала. Чёрт, мне стыдно, что я сбежала и не помогла Руби. Прости.

Джейсон как-то истерично рассмеялся, у меня же пробежался мороз по коже.

— Теперь ты знаешь какой я монстр. Если сейчас он незаметен, то спустя время вырвется наружу.

Я чуть ли не подавилась колой, когда это услышала.

— О чем ты?

— Ты видела моего отца, Дора. Во мне его кровь, а значит, я точно такой же бедный ублюдок, как и мой отец, — он мимолётно глянул на меня, его глаза были красными и блестели от поступивших слёз.

— Наличие одной крови не определяет, кто ты есть. Как и то, когда говорят, что яблоко от яблони недалеко падает. Далеко и очень далеко. Знаешь, если вдаваться в подробности, то всякие там птицы, животные разносят семена, — я говорила полный бред, но Джей хотя бы сейчас смотрел на меня. — А значит, даже если яблоко упало рядом с яблоней, то семечко то самое, которое определяет ту самую суть может произрасти в совершенно в другом месте. И плодоносить гораздо лучшим и сочным урожаем.

Он улыбнулся той самой своей очаровательной улыбкой, и я прекратила свою тираду. Скорее больше для него, чем для себя. Но я была рада, что причиной его улыбки была я.

— Спасибо, — прошептал он лишь одними губами.

— Ты говорил, что Руби собралась подавать на развод и попросила тебя поговорить с Робертом. Значит, мой брат все знает?

— Да, — не стал он скрывать. — Однажды он стал свидетелем. Прямо как ты сегодня.

Я от шока закрыла рот рукой. Когда осознала, что это было не в первый раз. Во мне сейчас поднималась волна такой жгучей агрессии и обиды. Наверное, за всех женщин вместе взятых.

— Но почему ты считаешь, что такой же? Только не говори, что это лишь потому, что вы одной крови.

— Разве этого мало?

— А разве много? — парировала я. — Разве моих аргументов недостаточно? Джейсон, — я прикоснулась к его плечу, он вздрогнул, — посмотри на меня, — он нехотя взглянул на мое лицо. — Ты совершенно не такой. Я, черт возьми, в этом уверена на миллион процентов.

— Мне бы твою уверенность, — хмыкнул он.

— Держи, — улыбнулась я. — А теперь рассказывай, — я облокотилась полностью спиной часть кровати, — и попробуй убедить меня в обратном.

И он начал рассказывать. Казалось, что Джейсону это просто катастрофически не хватало все это время. Просто кому-то наконец-то выговориться и обнажить свою душу перед кем-то. А я до самой глубины своей души ценила этот момент, что я стала тем самым человеком, которому он доверился.

Мне было мучительно больно слушать его рассказ. Я искренне сочувствовала Руби и не могла даже предположить чего-то подобного. Но гораздо больнее мне было слушать ту часть, где Джейсон считает себя точно таким же, как и его отец, как он называет себя монстром и другими обидными словами. Как же он в этом уверен, черт бы побрал его папашу. Он и впрямь пытался меня убедить, но его аргументы были такими по-детски наивными. Казалось, он винит себя во всех своих ошибках и грехах. И если бы ему сказали, что Вторая Мировая началась из-за его предположительного рождения, то он бы взял эту вину на себя прямо сейчас. Он был таким уязвимым, а мое сердце буквально разрывалось.

Когда его рассказ закончился, а я смахнула накатившуюся слезу, то сказала:

— Мы все живём в первый раз, и поэтому у каждого есть право на ошибки. Как и то, что ошибки не определяют, кто ты есть, а важно, что ты из этого вынес.

Он хмыкнул.

— Я тебя не убедил?

— Нисколечко. Глен, конечно, та ещё сволочь. Ой. Извини, если обидела он всё-таки твой отец, — но Джей показал жест, что все в порядке. Возможно, он разделял мое мнение. — Я считаю, что видя, как Руби плохо, то ты поддерживал её как мог. И то какие чувства ты переживал всё это время. И то, как ты пытался защитить свою маму. Не делают тебя плохим человеком. А наоборот.

— Ты тоже считаешь меня хорошим парнем, Дора?

— Тоже? Кто-то ещё так говорит?

— Роб. Совсем недавно.

— Ну вот, — повеселела я. — Тебе об этом говорят уже целых два человека.

— Спасибо, что выслушала меня. И прости меня за то, что я такой мудак.

Я не знала, что и сказать на это. Какая-то моя часть понимала, что это так. Но все же смотря сейчас на него, мне хотелось забрать часть его боли и разделить её на двоих. Моя любовь к нему никуда не делась за эти дни и денется ли когда-нибудь вообще?

Я рассматривала его профиль, и мне так хотелось протянуть руку, чтобы потрогать его лицо, провести пальцем по скуле и подбородку, по линии брови, очертить тонкие губы и поцеловать в лоб. Я тут же смутилась, но не отвела взгляд, в конце концов, мы занимались и не такими вещами, чтобы я смущалась сейчас при виде его красивого лица.

Джей повернул голову и посмотрел на меня пристально своими серо-голубыми глазами. А мне так хотелось узнать о