Моя зависимая любовь (СИ) - Шахова Лиана

На следующее утро Коул проснулся в постели с одной из девушек, что снимались с ним в фильме. Он не помнил ничего. Абсолютно. И ему пришлось спросить её, что было ночью.

— Уффф, ничего, — ответила она. — Мы целовались, а потом ты отключился.

— Точно?

— Точно.

— И у нас не было секса?

— Коул, посмотри на себя, — молодая актриса кивнула на парня. — Ты одет и я тоже. Поверь, если бы что-то было, мы бы не спали в помятой одежде. Так что, расслабься. Но… — она помедлила, — если что, знай, я не против…

Но от этого не стало особо легче. По его собственным стандартам Коул изменил Джесс в ту ночь. Но он все еще верил в то, что может вернуться, вернуть свою нормальную жизнь рядом с ней. А потому решил, что никогда и никому не расскажет о той ночи.

Но даже события той ночи не остановили его. И когда поведение Коула стало принимать не просто раздражающий, но очень серьезный оборот, ставя под вопрос сами съемки и дедлайны всего фильма, когда на кону оказались большие деньги, за него взялись серьёзно.

*-*-*

jessicasloan

Нравится 26994

jessicasloan Моё любимое розовое платье снова на реставрации после того, как на него в Вегасе напал кролик. Но это платье мне тоже нравится. За фото спасибо @wdc_wdsf_champions

Смотреть все комментарии (772)

В тот уикенд, когда Джессика была в Нэшвилле, Коул перестал выходить на связь. Девушка решила, что у него внеплановые съемки или просто что-то случилось, но когда Коул не вышел на связь и через неделю, она забеспокоилась, и позвонила единственному человеку, которого знала и кому доверяла.

— Джейсон? Это Джессика…

— Да, привет, Джесс, — раздался хмурый голос в трубке. — Что-то случилось?

— Не могу дозвониться до Коула уже неделю. Мы хотели пересечься в Джорджии, но он пропал, — объяснила она.

— А, ты не знаешь. Чёрт, — она услышала вздох в трубке. — Коул, он… снова сорвался, сильно. Доставил всем немало хлопот… Он сейчас в частной клинике в Атланте, проходит детоксикацию. Через пару дней снова должен быть на ногах.

— Что?! Нет… Не может быть, — девушка оперлась об стену, потому что ноги отказывались её держать. — Как он?

— Уже хорошо. Хочет вернуться на площадку. Гаденыш… — услышала она. — Ты не переживай. Как только он закончит эти свои съемки, я с него не слезу, пока он не пройдет полный курс реабилитации. Хоть силком запихну в клинику. Не позволю ему больше губить свою жизнь.

— Джейсон, — она слышала, каким бесцветным стал её голос, — вы позаботьтесь о нем, ладно?

— Позабочусь, — мужчина не услышал двойного смысла в её словах. — А ты не переживай. Мы все вместе вытащим его из этого болота. Мы справимся. И Коул тоже справится.

Джессика проплакала все утро. Она заново проигрывала в своей голове их отношения и задавалась вопросом, что, возможно, Коул всё время был под кайфом, а она была такой глупой и доверчивой, что просто не замечала этого?

Новая мысль пришла в её голову, и Джесс поехала в дом на холмах, где направилась в ванную комнату. Перевернув и выпотрошив все его ящики, она обнаружила то, что искала. Там было всё: блистеры с Аддераллом, баночка с Молли и, конечно же, склянка с белой пудрой.

Время остановилось, как и её сердце. Колени девушки подкосились, и она опустилась на пол. Коул обманывал её все это время. Слезы с новой силой потекли из её глаз, переходя в рыдания.

Теперь стало понятно, что он делал за закрытой дверью ванной.

*-*-*

jessicasloan

Blackpool Королевские Зимние Сады

Нравится 35267

jessicasloan Блэкпул всегда был особенным турниром для нас с Брайаном. Танцевать здесь большая честь. Спасибо организаторам за предоставленную возможность. И спасибо зрителям за такой тёплый приём. Я люблю вас, друзья.

Смотреть все комментарии (819)

И вот в конце мая его съемки закончились, Коул возвращался домой. Джессика была настроена решительно, готовилась к разговору с ним. Думала, с чего начнет, что скажет. Но вот Коул вошел в дверь, скинул вещи у порога и бросился к ней.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Привет, детка, — стиснул в объятиях, оглушил поцелуем и унёс в спальню. Без слов, без разговоров. Она еще пыталась сопротивляться, сохранить разум, обсудить сложившуюся ситуацию и сообщить о своем решении, но сдалась, под его яростным напором. — Потом, Джесс, всё потом, — бормотал парень, быстро стягивая одежду с себя и с неё, как будто боялся чего-то, что остановит его.

И она отдалась ему, его рукам, губам, неистовым ласкам. Не смогла устоять, да и не хотела. Сама не знала, как выдержала эти два месяца без него. Что было странно, потому что до Коула девушка полгода жила в режиме верблюда и совсем не страдала от отсутствия парня, сублимируя всю сексуальную энергию в танцы.

Но с появлением в её жизни этого ходячего тестостерона, Джесс не могла и дня провести без их близости. Ну, ладно, день могла. И два тоже могла. Даже неделю. Но два месяца казались ей бесконечностью.

А потому сейчас она таяла от его прикосновений и в нетерпении ерзала под ним.

— Джесс, какой у тебя сегодня день? — Коул скользил губами по её животу, спускаясь все ниже и ниже. — Нам нужны эти дурацкие резинки? — она ощутила, как влажное тепло коснулось её, раскрывая розовые лепестки и скользя по ним.

— Коул, — шептала Джессика, стягивая его волосы в кулачки и тщетно пытаясь представить перед собой календарь с датами.

— Ну же, детка, скажи мне, — просил Коул. — Напомнить тебе, какое сегодня число? — он продолжал ласкать её. Скользнул одним пальцем внутрь, прижимая его к передней стенке.

— Коул!.. Я не могу так… думать, — выдохнула она и услышала его тихий заразительный смех.

- Двадцать седьмое, Джесс. Сегодня двадцать седьмое. Давай, детка считай, — он вернулся к своему занятию. — Не оставляй меня без сладкого. Я так скучал по тебе…

Календарь, наконец, всплыл в памяти, услужливо обводя красным вторую декаду месяца. С того времени они придумали свою разметку, в которой были красные, желтые и зеленые дни. Желтые дни тоже были красными, но… если нельзя, но очень хочется, то можно, если осторожно.

— Да, котёнок, — выдохнула, наконец, она, — зеленый, уже зеленый.

— Опять нарываешься? — Коул уже устраивался меж её разведенных ног.

И она снова плыла на гребне этой огромной волны. Чувствовала его в себе, такого твердого и одновременно мягкого, такого теплого и нежного, и сама не могла поверить, что ей хватит сил осуществить задуманное.

Но позднее, когда безумство гормонов уступили место здравому смыслу, Джессика вернулась к этой теме.

— Я говорила с Джейсоном, — начала она, когда Коул вышел из душа.

— М… — неопределенно хмыкнул Коул, роясь в ящике комода.

— Он рассказал о том, что случилось в Джорджии.

— Я так и понял…

— Коул, давай поговорим, пожалуйста. Я не могу так больше, — Джессика взяла его руку и притянула к себе на кровать. — Ты вообще переставал их принимать?

— Джесс… — Коул закатил глаза и тяжело вздохнул.

— Пожалуйста, скажи всё, как есть.

— Я хотел. И временами да, каждый раз после определенных событий, но потом всё как-то само собой возвращалось, — он спрятал лицо в ладонях. — Но с тобой я всегда был чист.

— Ты врёшь мне Коул. Ты сейчас врёшь мне прямо в глаза, — прервала его Джессика.

— Послушай, это не имеет никакого отношения к тебе. Там, на съёмках мне просто нужно было влиться в толпу, быть своим, но я и так планировал всё бросить, когда вернусь сюда. Теперь мы вместе и всё кончено, я обещаю, — он повернулся к Джессике и взял её руку в свою ладонь.

— Ты правда веришь в это? В то, что можешь вот так просто бросить?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Да, — ответил он, прекрасно зная, что это была ложь.

— Я тебе не верю, — ледяным тоном ответила Джессика.

Она видела, как его глаза наполнились слезами, но это не сработало. Джессика слишком хорошо знала, как он умел управлять своими эмоциями. И она прекрасно понимала, сколько раз он уже обманывал её.