Фридрих Великий - Дэвид Фрейзер

Последние приказы Фридрих отдавал в 2 часа ночи 4 июня. Он привел армию в движение, вернувшись с дневной рекогносцировки, она покинула места стоянок и сразу после наступления темноты, примерно в 21.00 3 июня, начала марш. Главные силы, перед которыми шло передовое охранение, направлялись на север, соблюдая абсолютную тишину. Переправившись через Стригауэрвассер, войска, когда головные части подойдут к Пильграмсгайну, должны были построиться в боевой порядок фронтом на запад.

Фридрих обнаружил, что небольшие возвышенности к северу и западу от Стригау заняты австрийскими отрядами. Передовые силы — 6 батальонов пехоты и 28 эскадронов гусар под командованием генерала дю Мулена — были встречены огнем и остановлены. Теперь стало не попятно, как далеко придется передвигать основные силы, пока Фридрих не окажется перед австрийским левым флангом и сможет развернуть войска. Он выслал вперед артиллерийскую батарею для поддержки дю Мулена, чье положение, естественно, было совершенно неясным, и потребовал от главных сил ускорить переправу через Стригауэрвассер, замедлившуюся из-за того, что один из мостов, в Тейхау, обрушился вскоре после начала движения войск. Пехота маршировала вдоль дорог, оставленных для провоза артиллерии, однако земля была сырой, и это делало движение трудным и медленным.

Как часто случается, начавшееся сражение мало походило на планы высокого командования. Пока пруссаки пробивались на север в предрассветной мгле, кавалерия противника под командованием саксонского герцога Вайссенфельса расположилась к юго-востоку от Пильграмсгайна. Король приказал кавалерии первой линии — двадцати шести эскадронам кирасир — как можно скорее выдвинуться вперед, и опа, соединившись с гусарами дю Мулена, вступила в бой с отрядами Вайссенфельса. В двух милях к юго-востоку прусская пехота все еще переправлялась по мостам южнее Грабена. Противник Фридриха в это время выстраивался в боевой порядок с саксонцами на левом фланге, к северу и востоку от деревни Гюнтерсдорф; далее к югу, от нее до Томасвальдау, и на самом правом фланге — до Гальбендорфа — встали австрийцы.

Теперь, по всей видимости, не было надежды продвинуться дальше на север и пытаться провести охватывающий маневр. На севере кавалерия двух армий уже сошлась в жестокой рубке, которая едва ли поддавалась руководству. В центре, к западу от Грабена, бились 9 батальонов пехоты, первыми переправившиеся через Стригауэрвассер. Затем их число после подхода подкреплений на обоих флангах дошло до 21. Они поступили в распоряжение принца Леопольда Макса Ангальт-Дессауского и начали наступление на саксонцев, которые еще только занимали места расположения, на левом фланге и в центре линии противника. Это был тот самый принц, умелый полководец, командовавший левым флангом у Хотузица.

Солнце только-только взошло. Прусская пехота подтвердила свою репутацию, неумолимо надвигаясь на неприятеля и останавливаясь лишь для того, чтобы произвести залп, когда находилась уже вблизи войск противника. Она выполняла приказ короля: наступать решительно — «mit starkem Schritt verrücken», — а огонь открывать повзводно, только с дистанции в 200 шагов. Сам он разместился на возвышенности в центре поля, где стояла стригауская мельница. К 7 часам утра 4 июня саксонцы были разбиты, и земля усеяна их телами.

Австрийские батальоны на правом фланге и в центре теперь приступили к развертыванию. Фридрих, бросивший всю находившуюся под рукой пехоту в сектор между Гюнтерсдорфом и Томасвальдау, смог собрать еще 18 батальонов для второго эшелона атаки, которая, как он мрачно отмечал, развивалась нелегко. На левом фланге армии находились два его брата — двадцатичетырехлетний Август Вильгельм, принц Прусский, и девятнадцатилетний Генрих. Его позднее будут называть одним из лучших солдат своего времени. Генрих уже участвовал в сражениях при Глогау, Мольвице и Хотузице. Теперь Фридрих произвел его в генерал-майоры.

К 8 утра 4 июня австрийцы были выбиты из деревень и в беспорядке отступали. Кавалерия их правого фланга какое-то время угрожала прусской на левом фланге — та временно уступала по численности австрийцам из-за того, что обрушился мост в Тейхау. На пространстве между Томасвальдау и Гальбендорфом с 7 до 8 часов утра развернулось яростное получасовое кавалерийское сражение. Но генерал-майору фон Цитену — с этим именем уже считались — удалось между Грабеном и Тейхау найти брод и переправить на другую сторону достаточно эскадронов, чтобы решить исход сражения.

Тем временем один из полков Фридриха, Байрейтский драгунский, оставался в резерве, он следовал за пехотой до пункта южнее Гюнтерсдорфа. Оттуда он, выдвинувшись через порядки прусских батальонов, располагавшихся в центре, атаковал первую линию австрийцев. Прорвав ее, полк ударил на вторую линию, захватив 2,5 тысячи пленных, 60 знамен и 5 орудий. «Каких бы только статуй не воздвигли в Риме в честь этих Цезарей из Байрейтского полка!» — восторженно писал Фридрих Подевильсу, отдавая распоряжение о подготовке медалей в честь этого сражения, но с «inscriptions modestes et courtes»[110].

К 9 часам утра все было закопчено. Фридрих победил, и он заслужил эту победу. Несмотря на то что сражение развивалось не так, как было запланировано, его замысел удался. Король верно решил дождаться, пока Карл Лотарингский выйдет на равнину, прежде чем начинать сражение; использовал ночное время, чтобы скрыть подход своей армии, и смог нанести первые удары, когда противник еще разворачивал войска. Поняв, что продвинуть главные силы так далеко на север, как того требовал его план, невозможно и на его правом фланге неизбежно кавалерийское сражение, он очень умно и эффективно «подпитывал» его. Затем Фридрих изменил главное направление атаки по сравнению с избранным ранее, согласившись-с предложениями Ангальт-Дессауского. Стремление упрямо придерживаться заранее выработанного плана при изменившихся определяющих факторах является крупным недостатком, Фридрих им не страдал. Он умел видеть вещи такими, какие они есть, и в предутренней мгле Гогенфридберга сохранил эту способность.

Завершающая часть сражения была героической. Солдаты Байрейтского драгунского полка под дробь полковых барабанов торжественно внесли 50 захваченных знамен и штандартов противника через арочные ворота замка Ропсток и склонили их, проходя мимо короля, находящегося там вместе со своим штабом. Потери Фридриха составили 900 человек убитыми и 3800 ранеными. У австрийцев и саксонцев — 13 800 человек[111], в том числе 3000 убитыми.

Под Гогенфридбергом была одержана бесспорная победа. Данное Фридрихом описание происходившего на каждом конкретном участке поля боя, возможно, и не было точно в деталях, но его восторженность — «ипе des plus grandes actions qu’ily а еu»[112] — конечно, понятна. Потери каждой из сторон говорили сами за себя. Скорость, с которой сражение было завершено, казалась необычной и впечатляющей. Пруссаки господствовали на поле боя. Подевильсу Фридрих скромно написал: «J’espére que vous serez content de moi!»[113] А когда он услышал о