ЧЕРНОБЫЛЬ - Юрий Щербак

Нельзя, неправильно было бы в те дни игнорировать страх, порожденный радиацией, и бороться с ним либо при помощи молчания, либо путем бодро-оптимистических заявлений. Ведь в течение десятков лет газеты, радио, телевидение, научно-популярные журналы сами порождали, воспитывали этот страх, расписывая ужасы атомной войны, все ее соматические (телесные) и генетические последствия. И хотя масштабы чернобыльской аварии и ядерного взрыва просто несопоставимы, тем не менее страх перед радиацией оказался весьма силен. И уменьшить его, смягчить психологические последствия аварии можно было бы скорейшим объявлением простых профилактических мер. Как гласит народная пословица - "береженого бог бережет" .

Я писал в те дни и сейчас могу повторить с еще большей резкостью и определенностью: один из самых суровых уроков первого, да и последнего тоже, месяца "чернобыльской эры" был преподан нашим средствам массовой информации. Стремительное развитие событий резко сократило время, необходимое на раскачку, на различного рода согласования и увязки. Запомнились несколько тяжелейших дней в нашей жизни - от двадцать шестого апреля до шестого мая, - когда налицо был дефицит отечественной информации; зато разгулялись на волнах эфира чужеземные радиостанции, буквально терзавшие души тех, кто бросился к приемникам. Не будем услаждать себя враньем - таких было много, ибо природа не терпит пустоты, в том числе и информационной. При этом был нанесен не только идеологический, но и медицинский ущерб. Сейчас уже трудно подсчитать, сколько людей пребывало в те дни в условиях сильнейшего стресса, в неведении и страхе за жизнь своих детей и близких, за свое здоровье.

Только шестого мая по республиканскому телевидению к населению обратился министр здравоохранения УССР А. Е. Романенко. Он, в частности, сказал:

"Метеорологические условия, складывавшиеся первоначально, вообще исключали распространение радиоактивных веществ в сторону города… Однако в последнее время изменились направление и сила ветра, что привело к некоторому повышению уровня радиоактивного фона в городе и области. Такой уровень радиации не опасен для здоровья и не является препятствием для обычной трудовой деятельности. Тем не менее Минздрав республики считает целесообразным довести до сведения жителей Киева и области рекомендации, соблюдение которых позволит существенно снизить степень возможного воздействия радиоактивных веществ на организм. Необходимо ограничить по возможности время пребывания на открытой местности детей и беременных женщин. Прежде всего необходимо принять во внимание, что радиоактивные вещества преимущественно распространяются в виде аэрозолей, поэтому в помещениях целесообразно закрыть окна, форточки, исключить сквозняки…"

Нетрудно понять, какое грозное впечатление произвели эти в общем-то простейшие и долгожданные рекомендации как на "катастрофистов" - распространителей всевозможных панических кривотолков, так и на бодряков-"оптимистов", твердивших до этого только одно: "все хорошо, прекрасная маркиза". В городе в майскую жару можно было встретить странные фигуры, закутанные с ног до головы в старые одеяния, в фуражках, шляпах или косынках, закрывающих чуть ли не пол-лица, в перчатках и чулках… Это были "катастрофисты", мобилизовавшие все средства индивидуальной защиты. Я их не осуждаю, но после Зоны с ее проблемами все киевские страхи казались просто смешными.

После первых дней молчания, когда информация была чрезмерно скупа, появились наконец многочисленные статьи в газетах, телевидение начало транслировать выступления специалистов. Но… В одной из первых передач Украинского телевидения, которую с нетерпением ожидали миллионы телезрителей, встретились ведущий, профессор-гигиенист, и два почтенных специалиста в области ядерной физики и радиационной медицины. Вместо того чтобы дать специалистам сказать слово - а им было что сказать, - ведущий передачи беспрерывно перебивал своих собеседников, поправлял их, рассказывая за них вещи, известные им значительно лучше. Вольно или невольно, у миллионов телезрителей могло создаться впечатление, что делает он это неспроста, хотя, в общем, и говорит достаточно правильные вещи. Хотел он этого или нет, но вместо того, чтобы с помощью специалистов объективно изложить факты и успокоить взбудораженных людей, ведущий только внес сумятицу и недоверие в умы телезрителей, жадно ждущих известий о радиационной обстановке.

В ряде публикаций и телепередач появились эдакие фальшиво-бодряческие, шапкозакидательные нотки, словно речь шла не о великой общечеловеческой трагедии, не об одном из мрачных событий XX века, а об учебной тревоге или соревнованиях пожарных на макетах…

Сказалась привычка работать по старым схемам, доставшимся в наследство от времен всеобщего благодушия, сказалось желание подавать только убаюкивающе-спокойную, радостную информацию; чувствовалась боязнь расширения гласности по некоторым наиболее щекотливым и неприятным вопросам, одним из которых и стал Чернобыль. Конечно, было бы несправедливым не заметить и того нового, что появилось в те дни в работе органов массовой информации. Взять хотя бы интересный опыт Украинского телевидения: ежедневно, начиная с мая, редакторы и операторы популярной информационной программы "Актуальная камера", люди не только талантливые, но и смелые (согласитесь - непросто снимать сюжеты в Зоне, под обстрелом радиации), подробно знакомили телезрителей Украины с происходящим на ЧАЭС и вокруг нее.

Но все это было позже.

А между третьим и шестым мая по Киеву поползли черные слухи: говорили, что вот-вот на станции произойдет взрыв, потому что температура в реакторе повысилась до крайних пределов и пылающая сердцевина реактора, пройдя сквозь бетонную оболочку, может встретиться с водой, накопившейся под четвертым блоком, и тогда… Одни уверяли (это были "катастрофисты"), что произойдет водородный взрыв (физики это начисто отрицали), другие ("оптимисты") - что только паровой. И в том, и в другом вариантах веселого было мало. Говорили, что готовится эвакуация Киева, и еще многое разное говорили…

"Опасность взрыва ликвидирована"

Самое удивительное, что на этот раз слухи имели под собой веские основания.

Из сообщений прессы:

Академик Е. Велихов рассказывал:

"Реактор поврежден. Его сердце - раскаленная активная зона, она как бы "висит". Реактор перекрыт сверху слоем из песка, свинца, бора, глины, а это дополнительная нагрузка на конструкции. Внизу, в специальном резервуаре, может быть вода… как поведет себя раскаленный кристалл реактора? Удастся ли его удержать или он уйдет в землю? Никогда и никто в мире не находился в таком сложном положении: надо очень точно оценивать ситуацию и не сделать ни единой ошибки…