Равновесие крови - Даша Игоревна Пар

мой попечитель, он запрещает мне покидать дворец, а видиться с Артом я теперь смогу только на людях. Никаких личных встреч.

Любое слово против он резко обрывал, объясняя, что будет, если вырвется ариус, а нориуса не окажется рядом. Ариус не просто белый дым, который, как ветер, поднимает предметы, он способен в пыль стереть дворец. Точно так же, как когда-то нориус проложил путь сквозь Бросвальскую гриву.

Артан все-таки обнял меня, удрученно поглядывая на друга. Мы сели напротив Ника, держась за руки. Кажется, это все, что нам дозволено, и от этого стало еще горше.

– Селеста, все наладится, – попытался успокоить меня король. – Это не навсегда. Пару лет…

– Несколько лет? – воскликнула я шокированно, до боли сжимая руку Арта. – Почему так много?!

– Я учился контролировать нориус почти десять лет, – осторожно заметил Ник. – Несколько лет – это прекрасная цифра. Если ариус такой же своенравный, как и нориус, все затянется. Будем смотреть по обстоятельствам.

Мы с Артом переглянулись. Так странно, но мы как будто читали мысли друг друга, и это успокоило возмущение. Слияние – это навсегда. Что такое несколько лет перед долгими годами совместного будущего? Да и потом, может, мы не сумеем пожениться, но наша связь уже начинает действовать. Я чувствую его, а он меня. И это греет нас обоих.

– Справимся, – ответил Арт. – И я думаю, что ариус примет меня гораздо раньше. Если связь ариуса с носителем хоть отдаленно напоминает слияние – все произойдет гораздо быстрее.

– Как одна душа на двоих, не так ли? – улыбнулся Ник. – Рад, что вам так повезло, хотя все произошло не в самый удачный период.

– Да, мне рассказали, что случилось с Миртой, – я обняла Арта, прошептав: – Держись, выход обязательно найдется!

– О, я тоже хочу в это верить, – заметил Ник, а сам совсем по-простому разлил по чашкам чай из самовара и протянул мне тарелку со сладостью, которую обозвал рахат-лукумом.

– Так объяснишь свою точку зрения, Ник? – перехватывая у меня лукум, спросил Арт. Мы устроились рядом, я положила голову ему на грудь, он обнял меня за талию, и все это получалось так естественно, словно было всегда. Два камешка с идеальной ложбинкой и выпуклостью. Мне даже щекотно стало от этой ассоциации.

Необычно быть одним целым с кем-то, кроме сестры. А ведь только мысль о ней – как нож по сердцу. Арт чувствует этот удар, сильнее прижимая меня к себе и говоря мысленно: «Я рядом, я здесь и никуда не денусь».

При тусклом свете камина лицо Никлоса напоминает глиняную маску, исчерченную черными линями морщин от усталости. Он откинулся на подушки и запрокинул голову.

– Это начал дед Вернон. Он был дальновидным правителем и понимал, что у государства нет развития без изменений самой основы нашего строя. Мы не можем торговать и сотрудничать с эльфами, пока нас считают диктаторами, пока в нашей стране процветает подобие рабства, пока простые люди голодают, тогда как аристократия процветает, ничего не делая. Столетия страна развивалась за счет военных операций, нашего продвижения вглубь материка, присоединения независимых драконьих домов, подавления мелких людских княжеств и гномьих общин. Все это давало мощный толчок экономике, как и налаживание контактов и совместные военные операции с нашими заокеанскими союзниками. Но темп сильно замедлился, и дед начал искать способы, как все изменить.

– Он принял закон о свободном перемещении простолюдинов и дозволении им владеть землей на территории королевства. Я помню, с каким жаром главы Серебряного и Коричневого домов отстаивали поправки к этому закону, которые фактически его ликвидировали. Они упирали на то, что такая свобода губительна для отдаленных регионов и увеличивает количество преступлений, – напомнил Арт, специально для меня углубляясь в подробности. Он догадывался, как мало я вообще обо всем этом знаю.

– Не только это, но направление верное. Дед вместе с женой Грициллой из Бирюзового дома, по сути, создали то, что сейчас называют расцветом Каргатского королевства. Те законы, которые он ввел, а затем поддержал отец, привели к тому, что сейчас я не могу просто выпустить нориус на Совете, чтобы утихомирить аристократов. Это будет конец всему, что они делали. Сама суть изменений – уход от диктатуры силы и страха. Как оппонент может со мной не соглашаться, если боится нориуса? Другое дело знание, что сила подчиняется строгому и справедливому закону. Только благодаря такой политике мы нашли понимание у подводников. Только благодаря четкой государственной структуре наши зарубежные партнеры имеют с нами дела. Вся наша система выходит на новый уровень власти, и мы не можем возвращаться к прошлому.

– Потому что иначе они объединятся и уничтожат нас? – задумчиво протянула я, невольно перебив короля. – Вы именно так объяснили мое положение.

– По крайней мере, попробуют. И поэтому я обязан слушать своих подданных, а не затыкать им рты, если мне не нравится услышанное. В конце концов, то, что я делаю, приведет к тому, что наши знатные семьи не всегда будут у власти. Я готовлю новый пакет законодательных актов, по которым серокрылые смогут претендовать на посты благородных. Отец открыл для них бесплатное образование в академиях, с обязательной отработкой в государственном аппарате. Сейчас видно, что это было успешное предприятие. И я намерен продолжить его начинание.

– Подожди-подожди, я правильно понимаю, ты собираешься уничтожить саму основу аристократов? Наши дома и так перемешиваются из-за смешанных браков, а теперь это? Серокрылые у власти? Что потом? – Артан сжал мою руку, с неприятным удивлением глядя на Ника.

– Сильно не забегай вперед, – рассмеялся тот, отсалютовав чашкой с чаем. – Дед оставил свои дневники, и та реформа, что он начал, будет длиться несколько поколений. Если все будет идти так, как идет, то к тому, о чем ты говоришь, придет мой внук. О, какое замечательное настанет время!

А я вот сижу и думаю, зачем мне все это знать? Это было настолько далеко от меня, что я просто в ступоре поедала сладкое и пила чай, пытаясь хоть немного осознать, о чем они говорят.

– Ладно, мы немного утомили кэрру Селесту политическими разговорами, предлагаю сменить тему и сыграть в карты. Например, в лахту? – заметив мое выражение лица, предложил Никлос и вытащил из шкатулки, инкрустированной мелкими драгоценными камешками, колоду золотистых карт.

Возражений не последовало, а наоборот, лично я вздохнула с облегчением. Мне была знакома эта игра, и я была рада отвлечься от всех проблем. Поначалу в партиях активно выступали только мы с королем, Арт витал где-то в облаках, пропуская ходы и забывая о козырях, но постепенно он вернулся на землю, и