Гарри Поттер (сборник 7 книг) (ЛП) - Джоан Кэтлин Роулинг

Хагрид снова завопил. Ребята робко озирались, заглядывали за деревья, ожидая появления чего-то неведомого. И когда Хагрид третий раз тряхнул головой и набрал воздуху в исполинскую грудь, Гарри толкнул локтем Рона и показал на черноту между корявыми тисами.

Из сумрака к ним приближалась пара белых светящихся глаз, потом обозначилась драконья морда, шея и, наконец, скелетообразное тело громадной черной крылатой лошади. Секунду она оглядывала ребят, взмахивая длинным черным хвостом, потом наклонила голову и острыми клыками стала отрывать куски от коровьей туши.

Гарри вздохнул с глубоким облегчением. Наконец-то подтверждение тому, что они ему не померещились: Хагрид тоже о них знает. Он с любопытством обернулся к Рону, но тот по-прежнему вглядывался в чащу, а через несколько секунд прошептал:

- Почему он больше не зовет?

У большинства учеников на лицах было такое же недоуменное и настороженное выражение, как у Рона, и смотрели они куда угодно, только не на лошадь. Лишь двое ее увидели: тощий слизеринский парень позади Гойла с отвращением смотрел, как она ест, да Невилл, наблюдавший за взмахами длинного черного хвоста.

- А вот идет еще один! - с гордостью объявил Хагрид, и между деревьями появилась вторая черная лошадь, прижала к телу перепончатые крылья, наклонила голову и стала рвать мясо. - Ну-ка, поднимите руки, кто их видит!

Радуясь, что наконец-то ему откроется тайна этих лошадей, Гарри поднял руку. Хагрид кивнул.

- Да… да, я знал, что ты увидишь. И ты тоже, Невилл, да? И…

- Извините, - злобно сказал Малфой, - но что именно, по-вашему, мы должны увидеть?

Вместо ответа Хагрид показал на коровью тушу. Несколько секунд все смотрели на нее, потом кто-то ахнул, а Парвати завизжала. Гарри понял почему: куски мяса отрывались от костей и растворялись в воздухе - картина действительно необычная.

- Отчего это происходит? - Парвати в ужасе отступила за ближайшее дерево. - Кто его ест?

- Фестралы, - гордо сказал Хагрид, и Гермиона тихо охнула за плечом у Гарри: ей это слово что-то говорило. - У Хогвартса здесь целый табун. Ну, кто знает?..

- Они же очень, очень несчастливые! - перебила его испуганная Парвати. - Приносят всякие ужасные несчастья тем, кто их увидел. Профессор Трелони сказала мне однажды…

Хагрид усмехнулся:

- Нет, нет, нет, это просто суеверие, не приносят они несчастья, они страсть какие умные. И полезные! Конечно, эта порода не очень-то рабочая, только школьные кареты возит туда-сюда. Да если Дамблдору надо куда-то подальше, а переноситься не хочет… Глядите, вот еще пара…

Еще две лошади тихо вышли из чащи, одна прошла совсем близко к Парвати. Та вздрогнула и прижалась к дереву со словами:

- Кажется, я что-то почувствовала, кажется, он рядом!

- Ты не бойся, он тебя не обидит, - терпеливо сказал Хагрид. - А теперь кто мне скажет, почему одни их видят, а другие - нет?

Гермиона подняла руку.

- Ну, говори, - обрадовался Хагрид.

- Фестралов могут видеть только те, кто видел смерть.

- Правильно, молодец, - торжественно произнес Хагрид. - Десять очков Гриффиндору. Фестралы, значит…

- Кхе-кхе.

- А, здрасьте! - с улыбкой сказал Хагрид, обнаружив источник звука.

- Вы получили записку, которую я послала утром к вам на дом? - как и в прошлый раз, громко и раздельно произнесла Амбридж, словно обращалась к иностранцу, причем тупому. - С уведомлением, что буду инспектировать ваше занятие?

- Да-да, - бодро подтвердил Хагрид. - Рад, что вы нашли нас. Вы это… не знаю… вы их видите? Сегодня у нас фестралы.

- Простите? - громко сказала Амбридж, приставив к уху ладонь. - Что вы сказали?

Хагрид немного смутился.

- Ну… фестралы! - гаркнул он. - Ну, знаете… такие большие лошадки с крыльями!

Для наглядности он помахал своими ручищами. Профессор Амбридж подняла брови и стала писать в блокноте, сопровождая это бормотанием:

- «Вынужден… прибегать… к примитивному… языку… жестов».

- Ну, так… это… - Хагрид, несколько волнуясь, снова обратился к ученикам: - Хм… о чем я говорил?

- «По-видимому… легко… теряет… нить… изложения», - бубнила Амбридж, но достаточно громко, чтобы слышали все.

Драко Малфой маслился так, словно Рождество наступило на месяц раньше; Гермиона же, напротив, побагровела от гнева.

- Ага, ну да. - Хагрид бросил виноватый взгляд в сторону блокнота, но мужественно продолжал: - Я хотел вам рассказать, как мы обзавелись этим табунком. Начали мы с одного самца и пяти самочек. Этот, значит, - он потрепал по холке лошадь, которая появилась первой, - зовется Тенебрусом, он мой главный любимец, первый родился здесь, в лесу…

- Вам известно, - громко перебила его Амбридж, - что Министерство магии отнесло фестралов к разряду «опасных»?

Сердце у Гарри упало камнем, но Хагрид только засмеялся:

- Фестралы не опасные! Конечно, куснуть тебя могут, если ты им сильно досадишь…

- «Проявляет… признаки… одобрительного… отношения… к насилию», - бормотала Амбридж, чиркая в блокноте.

- Да полно вам! - Теперь Хагрид немного встревожился. - Ведь и собака вас укусит, не ровен час… А у фестралов плохая репутация из-за всяких разговоров про смерть, люди держали их за дурную примету. Просто не понимали. Верно я говорю?

Амбридж не ответила. Она кончила писать в блокноте, потом посмотрела снизу на Хагрида и опять очень громко и медленно проговорила:

- Пожалуйста, продолжайте занятие… Я похожу, - она изобразила ходьбу (Малфой и Пэнси Паркинсон задохнулись от беззвучного смеха), - среди учеников (она показала на некоторых пальцем) и задам им несколько вопросов - Она показала на свой рот, изображая разговор.

Хагрид уставился на нее, не в силах уразуметь, почему она ведет себя так, как будто он не понимает нормальной речи. У Гермионы от ярости выступили слезы.

- Ведьма, старая злая ведьма! - прошептала она, когда Амбридж подошла к Пэнси Паркинсон. - Я понимаю, что ты задумала, гнусная, злобная, испорченная…

- Ну так ног… - Хагрид изо всех сил старался поймать потерянную мысль, - да, фестралы. Да. У них много хороших качеств…

- Как вам кажется, - громко спросила Амбридж у Пэнси Паркинсон… - вы в состоянии понимать речь профессора Хагрида?

У Пэнси Паркинсон, как и у Гермионы, были слезы на глазах - только она давилась от смеха и поэтому едва смогла выговорить:

- Нет… потому что… это… большей частью… похоже… на рычание.

Амбридж записала в блокноте. Неповрежденная часть лица у Хагрида побагровела, но он старался вести себя так, как будто не слышал ответа Пэнси Паркинсон.