Сонная ученица - Елена Ларичева

Я принялась тихонько наигрывать песенки своей родины, в полголоса напевать. Мой бессловесный спутник отложил книгу и слушал с отстраненно-мечтательным выражением на лице. О, боги, и моя музыка будоражить чью-то душу! Можно было бы гордиться, но не получалось.

Следующие две ночи я подправила жизненную позицию еще двум особам - невзрачной уроженке Кавиры, сделавшей карьеру больше благодаря интригам, чем таланту, и шикарной старухе с вьющимися густыми кудрями до пояса и кошачье-зелеными глазами. Старуха мне напомнила сказочную Владычицу Путей. Порыться что ли в ее памяти? Вдруг она действительно знает дорогу к Ларцу Желаний, где скрыто все, о чем мечтают люди? Только Владычица решает - приоткрыть ли крышку и позволить человеку поискать желаемое. Но чаще всего редкие счастливцы, добравшиеся до Ларца, пасуют в последний момент или вытаскивают шелуху - чужие грезы и чаянья. От того убывает людское счастье. И дошедший - не получает желаемого, и идущему - уже взять нечего. Его счастье унесли и выкинули на полдороги к чужому дому…

Я не стала перебирать воспоминания старухи, послушно досмотрела для Ревинга сны. Но дальше вышла заминке: двоих последних жертв - ведьмы и ведьмака - не было в Мизалне. Выбравшийся в гости Ревинг, куда более дружелюбный, чем в прошлую встречу, великодушно дал передышку, пригрозив - через два дня меня ждет путешествие загород, где в монастыре возится с подрастающим поколением чуть ли не главный оппонент проповедника - старый ведьмак Хайто.

Прожив больше месяца в столице, я была наслышана об этом персонаже, достойном попасть в героические хроники и анекдоты одновременно. Наплевав на приличия и почтенный возраст, он дрался на дуэлях, совращал благородных девиц, виснущих у него не шее, точно защитные амулеты, хамил самому Императору. И оставался безнаказанным, ведь, по слухам, приходился Императору Калессы родным братом.

Любого новорожденного младенца, явившегося на свет с ведьмовской меткой, навсегда забирали из семьи, давали в монастыре новое имя. Но императорский сын - по праву рождения наследник, волею богов предназначенный для иного служения, сохранил связь с родней. Благодаря силе и происхождению он стал владыкой жизни духовной. И Ревинг его очень боялся.

Хайто окружали разного рода доносчики, соглядатые, подлизы. Он разводил армию подонков любовно и внимательно, как хорошая хозяйка кур или коз - подкармливал, баловал, зато знал все о своих оппонентах. Я подозревала - визиты Ревинга в дом оперной певицы тоже без внимания не остались. Но проповедник уверял - ничего, кроме любовного интереса к молодой девице Хайто не углядит. Хотелось бы в это верить.

Я ждала дня визита к императорскому братцу с нескрываемым волнением. Но от предложения Пучка сопровождать меня пришлось отказаться. Ревинг настаивал на секретности, и я не стала нарушать условий договора.

Полуденный ливень перетек в морось, та сменилась мокрым снегом, противно липнущим к лицу и одежде. Я была несказанно рада, что за мной прислали крытый экипаж. Поездка за город займет три часа, как раз успею до темноты. Потом дня два буду выслеживать ведьмака, присматриваться к нему, и только тогда уйду в Сновидение. Ревинг умолял быть осторожной, нервно переплетал пальцы рук на коленях, когда живописал мстительность и подозрительность Хайто. Ему лучше знать противника, а я, как достойная дочь тангва, торопиться не буду.

Застегнув плащ, заплетя волосы в косичку, я приняла из рук провожающего меня эльфа зонтик. Пучок выглядел плохо. Красные глаза и синие круги под ними наводили на размышления. Что-то с остроухим не в порядке. Припереть бы к стенке и расспросить… Некогда. Элидар завел привычку убегать из дома. Нанда отсыпается после вчерашнего концерта, предварительно заинтриговав сообщением о скором возвращении Людоеда. Вот тогда эльфу не поздоровится. В одиночку я его не разговорю.

- Может, все-таки возьмешь меня? - протягивая зонт, но, так и не разжимая пальцы на ручке, спросил Пучок.

- В другой раз, милый, - обнадежила я его, выдернула зонтик и кинулась к экипажу.

Дождь на стекле смазывал контуры города, разбрызгивал краски, делая проплывающие за окном улицы Мизалны призрачными, нереальными, словно отразившимися в кривом зеркале. Люди бесформенными силуэтами прятались за завесой дождя, и я вскоре потеряла интерес к происходящему за окном, расслабилась и закрыла глаза, постепенно проваливаясь в Сновидение. Шарик Номара стал совсем крошечным, не больше горошины, но усыхать впредь не собирался, скрывая внутри чуть ли не больше информации, чем два предыдущих.

Провозившись больше часа, я позволила себе проснуться и обнаружить вокруг плоскую равнину без каких-либо ориентиров. На миг показалось - я снова еду в дилижансе по бесконечным ирьским степям… Через полчаса показались какие-то развалины. Я прильнула к стеклу, но не смогла разглядеть в бушующем безобразии, именуемое непогодой, на какой высоте заканчиваются белые колонны, оставшиеся от старинного дворца или храма. Их силуэты были зыбкими, раскачивающимися в такт движения экипажа.

Я вновь откинулась на сидения и около часа прибывала между сном и бодрствованием, в странном отрешенном состоянии, растворившись в глухом стуке дождя по крыше.

- Госпожа, приехали! - окликнул меня курьер.

Ох, я даже не потрудилась узнать его имя, а сейчас поздно. Глупо же я буду выглядеть, через неделю после знакомства выдав: "Приятель, а зовут-то тебя как?". Значит, так надо…

Подобрав полы плаща, я спрыгнула в грязь.

Домики у реки, за деревянным грубым мостом храм - кирпичное здание грязно-коричневого цвета с двумя желтыми башнями по бокам - постройка в стиле моей далекой родины. Длинные узкие окна, высокие треугольники крыш, никаких украшений на стенах. И императорский братец тут обитает? Не верю!

Дождь и снег не касались строения, словно накрытого гигантской колбой, стекали по ее стенам вниз. Это создавало впечатление, будто храм парит в воздухе.

- Госпожа, нас ждут, - поторопил курьер, и повел меня к деревне по дощатому настилу, проложенному от дороги через лужи и грязь.

Я засеменила следом, стараясь не поскользнуться на мокрых досках. Зато мое терпение оказалось вознаграждено - под приютившей нас крышей нашлись теплые одеяла, горячий суп, ароматное красное вино.

Всю ночь я с чистой совестью проспала как нормальный человек, день, продолжавший истекать дождем, с глупым видом просидела у окна, мечтая увидеть легендарного Хайто, гоняющего по равнине воспитанников. Но толи погода не располагала к упражнениям на воздухе, толи у ведьмака были другие планы, - ни единого живого существа из храма не выглянуло. И я, обрадовавшись ранней темноте, сбежала в Сновидение, продолжать мучить номаров шарик. Под утро, выдохшись, я решила исследовать окружающую местность с изнанки яви. Дождя там не наблюдалось, холода тоже. Наоборот, зеленела трава, распускались синие маячки цикория, перепутавшего крупные звезды с утренним солнцем.