Монстр в отражении - Мария Власова

укрылась шкурой и отвернулась, прекрасно зная, что не усну. Монстр и мальчишка о чем-то говорили ещё какое-то время, несколько раз я уловила имя Айне и свое, но понять, что именно говорят, так и не смогла. Судя по тону, мальчишка что-то выпытывал, а монстр не хотел ему рассказывать. Через какое-то время, когда я уже начала засыпать, Наяна примостилась рядом, в нескольких метрах под деревом. Другая оса осталась лежать в стороне. Еще одна шкура упала на землю в метре от меня, а затем монстр опустил на нее уснувшего мальчишку. Даже снял с него часть амуниции и заботливо укрыл шкурой. Я наблюдала за сей картиной из-под век, боясь, что меня заметят. Затем монстр сам стащил свои латы и лег просто на землю между мной и мальчишкой. И как ему не холодно? Тихо подглядываю за ним из-под век, чувствуя, как мучается в груди сердце. Оно замерло, когда он повернулся на бок, лицом ко мне. Подавила желание зажмуриться, сосредоточилась на дыхании, чтобы не выдать себя, но в итоге все равно сделала это. Он обнял меня. Прижал к своей груди, подсунул руку под мою шею, заставив вдохнуть от неожиданности. Откуда-то знаю, что стоит мне открыть глаза, все зайдет дальше любых объятий, а я не могу себе этого позволить. Пока не могу…

Прижимаюсь щекой к его груди, но устоять перед соблазном не могу. Перетягиваю шкуру, чтобы укрыть под ней и него. Он ловит мою руку, замечает мою неуместную заботу. Я не должна заботиться о враге своего народа, но забочусь, будто бы он и на самом деле мой муж. Сжимает мою ладонь, подносит ее к губам и целует слегка замерзшие пальцы. Понимаю, что смотрю на него, только когда становится слишком поздно. Его губы почти касаются моих, и я, чтобы избежать этого, вспоминаю о его обещании.

– Ты мне обещал, – останавливаю его короткой фразой.

– Что? – хрипло шепчет чуть ли не в губы, но я прячу взгляд.

– Обещал рассказать, что там дальше было в вашей сомнительно правдивой истории, – отодвигаюсь слегка назад, насколько это позволяет его рука на моем затылке.

– Эх, а может все-таки вариант поинтереснее? – лукаво улыбнулся он, а я нахмурилась.

– Рассказывай, – требую, убирая руку с его талии, стараясь отодвинуться.

– Ладно, – протянул, притягивая меня обратно. – На чем я там закончил?

– Раз уж ты согласен, может, расскажешь, где тебя целый день носило? – пользуюсь его неожиданной добротой.

– Это длинный разговор, без посторонних ушей, мы поговорим об этом, как только доберемся домой, – увиливает, а затем улыбается. – Но мне приятно, что ты за меня волновалась.

Я сощурилась, заметив, как его щеки порозовели, как будто он был смущен. Монстр и смущен? Не смешите меня! Но рукой все же потянулась проверить его лицо. Он словно пес на цепи напрягся, когда мои пальцы коснулись его щеки.

– Надеюсь то, что ты от меня скрываешь, достаточно ужасно, – шепчу, сама не понимая, для чего.

– Достаточно ужасно для чего? – в его глазах горят искорки, они греют меня изнутри, даже сильнее объятий.

– Чтобы отрезвить мою голову, – шепчу, будто очнувшись от колдовства. «И охладить моё сердце», – добавляю мысленно.

– Правда всегда жестока, моя Му Ре, но именно потому она так желанна, – чуть помолчав, ответил он, сжимая мою руку. – Ну, так что, тебе интересно, что там дальше случилось с Гу Ре?

– Еще бы мне было не интересно?! – подхватываю его шаловливый тон. – Сами Гу Ре и рабы! Кто может устоять перед такой историей?

Он улыбнулся, заставляя моё сердце предательски дрогнуть. Кажется, я окончательно запуталась, но смотря в эти глаза, меньше всего хочется думать о совести и обязательствах. Хочется побыть обычной глупой деревенской девушкой, что влюбилась в плохого парня.

– Гу Ре освободились от угнетения Ри Да Ри и вернулись к истокам, желая вернуть то, что те у них забрали: свободу и прошлое.

– А как они вообще освободились? – уточняю, уютно устроившись на его руке. – То есть вы.

– Магия, – говорит монстр и многозначительно улыбается.

Смотрю на него со скепсисом.

– Магия? – переспрашиваю, потому что его пауза затянулась.

– Ри Да Ри не владеют магией, у них нет шаманов, – говорит он спокойно, а я зависаю.

– В смысле не владеют?

Для меня, как для человека, это слегка необычно. Ри Да Ри же с виду совсем как мы, да и что такое эти Сухо, если не творения магии? Великаны же откуда-то появились.

– У них нет никакой предрасположенности к ней, но и в большинстве своем они к ней не восприимчивы, – как маленькой объясняет мне, наматывая на палец один из выбившихся моих локонов.

– Странно, – удивленно потираю свой нос, а то, что монстр так запросто нарушает моё личное пространство, смущает. – У нас любой может научиться магии, только кто-то к этому больше предрасположен, а кто-то меньше.

Он снова улыбается, в этот раз еле касаясь моей шеи пальцем. Дергаюсь назад, отчего он убирает руку, но за затылок удерживает крепко, чтобы не откатилась.

– В этом вы действительно уникальны, не каждый Гу Ре может развить в себе силу шамана, а вы, имея такую способность, даже не пытаетесь, – говорит он с холодной иронией.

– Не каждому хочется развивать в себе дар, который в конечном итоге убьет тебя, – мрачно смотрю на него, обидевшись за его обычное высокомерие. – Знал бы ты, сколько людей, даже детей, сгорели заживо, сдерживая вашу тьму.

Поняла, что сказала что-то лишнее, когда поймала нескрываемый интерес в его глазах. Напряглась, даже сложила руки на груди, словно это может защитить меня.

– Вам не стоило сопротивляться, в любом случае это бесполезно, – хотел сказать что-то другое, но в конечном итоге сказал это.

В этот раз говорим так, будто напоминаем друг другу кто мы такие, что находимся по разные стороны.

– Почему? – спрашиваю, хотя и знаю,