Артуа.Звезда Горна - Владимир Корн

Я сидел у себя, дожидаясь вина, когда дверь со стуком отворилась, пропуская Прошку.

— Как там наши? -

— Все в порядке Ваша милость. Все в сборе, груз и вещи на месте, играют в кости — четко доложил он.

— Значит так. Утром всем быть готовым к отъезду, Нектору скажи, чтобы нашел длинную кочергу, не слишком тяжелую, сам же возвращайся с каретой к Дьюбенам, заберешь Коллайна, если понадобится.-

— Господин барон, зачем Вам кочерга? -

— Завтра у меня дуэль, вместо шпаги будет, так Нектору и скажи. Все, можешь идти.-

Прошка двинулся к дверям, которые распахнулись буквально перед его носом и в команату вошел хозяин, лично неся корзинку с вином и корзинку с фруктами.

— А вот и мои подружки, ставьте их на стол, будем знакомиться.-

Наконец я остался в одиночестве, и сразу накатила тоска. Вспомнилась наша первая встреча с Миланой, тогда совсем молоденькой девчонкой с огромными испуганными глазами. Встретились мы очень вовремя, Милане грозила серьезная неприятность, она оказалась в компании трех негодяев, и место было достаточно темным и их намерения вполне очевидными.

Тогда я не знал, что девчонка никто иная, как урожденная герцогиня Лифлор, да и выглядела она как самая обыкновенная дочка сапожника или кузнеца.

Так, вот эти мясистые сладкие желто черно-синие сливы в купе с прекрасным рейденским создают отличное послевкусие.

Ты, эстет хренов, одернул я себя, ты же собрался грустить о потерянной любви или как тебя понимать?

Потом мы с Миланой долго ехали вместе, добираясь до ее дяди, тоже герцогу. И еще у нас была единственная ночь, когда я стал ее первым мужчиной. Нет, не нужно думать, что я растлитель малолетних, к тому времени Милане исполнилось шестнадцать, и она пришла сама. Это произошло уже в замке ее дяди, а наутро мы расстались, получается что навсегда.

Вообще-то ты идиот, барон де Койн, причем идиот в квадрате, переметнулись мои мысли к другой теме, когда я наливал очередной бокал вина из очередной бутылки.

— Я буду драться с Вами кочергой! -

Хорошо же я буду выглядеть, если граф предпочтет пистолеты. Хотя, наверное, не должен, есть же и у него края, да и пистолеты удел штатских дуэлей. Его никто не поймет, никто, и он это должен понимать сам.

Пусть кочерга, но какого черта ты сломал ему шпагу!

Таким образом лишают дворянства, причем за очень серьезные преступления против короны. И позволить себе это может лишь император. Артуа, я даже не стану выслушивать твоих оправданий, а вот вина можешь мне предложить смело, хочу попробовать его вон с тем спелым пушистым персиком…

Глава 23

Дуэль.

Проснулся я, нежно и ласково разбуженный Коллайном, вылившим мне на голову с полкувшина ледяной воды. Вскочив на ноги, я ошалело замотал головой.

— Извини Артуа. Я перепробовал все известные мне средства, чтобы разбудить тебя, оставив этот способ на крайний случай. -

Вид у Коллайна был серьезный, и, по-моему, даже немного печальный.

— Осталось меньше часа и нам следует поторопиться, если мы не желаем опоздать.-

Нет, опаздывать нельзя ни в коем случае, валяться в ногах у противника, вымаливая пощаду и то не так позорно, наверное.

— Налей мне вина, Анри, вон в тот кубок, он поболее бокалов будет, если тебя, конечно, не затруднит — да, я был о себе лучшего мнения, даже половины бутылок не осилил. Голова побаливала, но вполне терпимо, не умру раньше времени.

Коллайн с сомнением покачал головой, но мою просьбу выполнил.

Пока я завтракал вином со сливами и приводил себя в порядок, Анри рассказывал о моем визави все, что успел узнать за это время. Я слушал вполуха, по его словам вообще получалось, что мне срочно нужно скрыться, не пытаясь даже сопротивляться. Да, хорошенький способ ободрить друга перед дуэлью, ничего не скажешь. Когда я намекнул об этом Коллайну, тот заявил, чтобы я бросил маяться дурью со своей идеей использовать кочергу вместо нормального оружия. Вот уж хрен вам, обратной дороги нет, я могу вернуть уважение окружающих только в том случае, если именно кочергой одержу победу. Мало что ли вчера мычал, пытаясь извиниться.

Анри заявил мне, что я дурак, я же послал его к черту и пригрозил поменять его как секунданта на кого-нибудь попроще, например, на хозяина постоялого двора, благо у него такое отличное вино. В ответ услышал, что, коль скоро я ломаю шпаги, лишая дворянства, что является прерогативой императора, то видимо могу и посвящать в него, поскольку моим секундантом может быть человек только благородного происхождения. Единственное, чего он добился, так это был запрет выпить еще. Хотя, на мой взгляд, я вполне резонно обосновал свое желание запастись им впрок, поскольку даже самому необразованному человеку в Империи известно, что красное вино очень полезно при потере крови, что со мной вполне возможно может произойти. Так, переругиваясь, мы и добрались до места будущего сражения.

Этим местом оказался живописный лужок, покрытый невысокой травкой изумрудного цвета, примыкающий к лесу и ограниченный с одной стороны малоезженой проселочной дорогой. С другой стороны луг упирался в заболоченную низину. На дороге стояло несколько карет, дожидавшихся начала шоу.

Нет, ну что вы, ни каких зевак. Для аристократии так типично подняться ни свет, ни заря, чтобы прокатиться в ближайший лес и походить по мокрой траве босиком. А то, что на обратной дороге они немного задержались, чтобы посмотреть на дуэль, так это дело случая, какие к ним могут быть вопросы.

Когда мы прибыли, все уже были на месте и ждали только нас. Мой маленький отряд, готовый к дальнейшему пути, расположился на одной стороне луга. На противоположной стороне собрались люди Макрудера. Коллайн отправился на встречу с секундантом графа, я же прошелся вперед назад, разминаясь. Мне показалось, что за прикрытой шторкой окном одной из карет мелькнуло лицо Миланы, но уверенности не было, на всех каретах гербы отсутствовали. И к чему эти пылесборники-шторки, взяли бы и затонировали стекла, гаишников еще и в помине нет. Я усмехнулся, представив картину, в которой местные стражи порядка на лошадях, накрытыми желтыми с синей полосой попонами, гоняются за каретами с наглухо тонированными окнами.

Услышав движение за спиной, обернулся и успел увидеть, как невозмутимый Кот вложил в ладонь Шлону пару серебреных монет. Явно у парней пари, но какое? Вот негодяи, вспомнил я свою недавнюю усмешку, к бабке не ходить, это и является условием пари. Интересно, а на исход дуэли они тоже бились об заклад? Надо будет не забыть спросить потом. Ага, если смогу.

Так, где там моя кочерга, нужно хотя бы чуть-чуть приноровиться к ней. На мой вопрос Нектор развернул сверток, до этого пребывающий у него под мышкой. Из свертка он извлек на свет божий довольно длинную и тонкую кочергу, к ручке которой был привязан темляк, а на другом конце, возле самого крюка, обнаружился большой красивый розовый бант. Судя по выражению его лица, эти апгрейды моего оружия и для него явились неожиданностью.

Однозначно это Шлон, кто же еще. Шлон же стоял с самым невозмутимым видом.

Взяв кочергу в руку, я проверил баланс. Черт, какой может быть баланс у обыкновенной кочерги. Кстати, кочерга выглядела совсем новой, и металл на нее пошел приличный, хотя она добросовестно испачкана сажей. Ночью что ли ее успели сделать? И темляк, несомненно, снятый с тяжелого кирасирского палаша, служил компенсатором, а не украшением, как это произойдет позже, если верить истории. А вот бант нужно сместить к рукоятке, и обзор закрывает и подобием гарды может послужить.

Постукивая крюком кочерги по голенищу, я стал ждать сигнала к началу схватки.

Вернулся Анри, взглянул на кочергу, открыл рот, но я прервал его движением ладони, это не обсуждается.

— Условия обычные, поединок продолжается до тех пор, пока один из вас не откажется и не извинится, либо же не в состоянии будет продолжать по причине смерти или ранения.

Оружие — Коллайн вновь покосился на кочергу — только шпаги, никаких кинжалов и даг.

Вот собственно и все, начинаете по готовности.-

Я пожал плечами, готов, отчего нет, к чему откладывать и что это даст. Еще раз оглядев свое воинство, заметил Дьюбена, беседующего с Вороном и поприветствовал его поднятием руки. Граф не остался в долгу, кивком головы послав мне ответное приветствие.

Наконец мы с Коллайном пошли к центру поляны, куда уже направлялся Макрудер со своим секундантом.

Я посмотрел на Макрудера, который небрежно помахивал шпагой с узким плоским лезвием. Что ж, вполне практично против моей кочерги. На его щеке еще оставалась отметина от пощечины, но выглядел он вполне решительно.

Граф одарил меня взглядом, выражающим, по его мнению, все, что он обо мне думает. Я ответил протяжным зевком, не забыв прикрыть рот ладонью, в каретах вполне могли находиться дамы. В животе громко заурчало, вчера забегался в поисках приличного платья, рассчитывая поужинать в доме Дьюбенов, утром тоже не сложилось. Незаметно оглядевшись по сторонам, убедился, что никто ничего не заметил или просто сделал вид, что ничего не произошло.