Артуа.Звезда Горна - Владимир Корн

Разогнав Ворона, я скачу навстречу смерти, не оглядываясь, какой в этом смысл. Главное добраться поближе, на расстояние удара, сколько успею, а там будь, что будет. Я опускаю клинок с потягом, с левой руки два выстрела, к чему теперь их беречь, снова клинок в дело, по руке тебя, дальше не достану. Ворон спотыкается, пытаясь не наступить на стонущего под ногами человека, не понятно даже кто это, сплошная кровь. Мимо проносятся Дикие со своими вентиляторами сабель, Нектор, кирасиры. Шлон, мать, мать, мать! Шлон валится с копьем в боку, валится вместе с лошадью. Да как же так, только не Шлон.

Господи, а это что? От тяжелого удара в грудь темнеет в глазах, и я чувствую, как сползаю с коня, свешиваясь все ниже и ниже. Чьи-то руки тянут меня обратно, наверх, в седло. Скосив глаза, вижу Проухва, спасибо Прошка, упаду не встану, затопчут. Некоторое время прихожу в себя, утверждаясь в седле. В груди боль при каждом вздохе, но боль не резкая, терпимо. Шляпы нет, по щеке течет струйка, подношу ладонь к голове, обнаруживая на ней следы крови, но немного, от этого не умирают. Не выронил я ни шпаги, ни пистолета, матерею блин. Все, хватит о себе, как там остальные, пора к ним.

Обвожу глазами поле, а ведь мы их сломили, мы сломили вайхов!

Только сейчас вижу, что взрывы не перекрыли ущелье, оставили узкий проход, но оттуда не лезут вайхи, они лезут туда! Толпятся, торопятся, прорываются через своих, часть степняков уже побросала оружие, когда увидели, что им уже не успеть спастись. А наши наседают сзади, добавляя паники еще и криками. От укреплений бегут солдаты, бегут с ружьями, примкнув штыки.

Но так не должно быть, врагов больше, много больше. Мы же все должны были остаться здесь, по любым прикидкам, я уже смирились с этим.

Мы победили, только что-то не очень радостно, а как-то очень даже равнодушно. Нет никаких эмоций, все потратил, ничего не оставив на этот миг.

И Шлона нет. Надо обязательно найти его, вдруг он жив и ему еще можно помочь.

И все-таки я молодец, гениальный стратег и тактик, специалист по боям в узостях и склонах. Реальный Ганнибал, гм, Лектор. Кстати, как Нектор, как остальные, что с ними?

— Прошка — прошу я, — разрежь застежки на кирасе, грудь больно.-

На кирасе, почти в центре груди вмятина с дыркой посередине, рваными краями внутрь. Это ж чем меня так приложило?

Проухв мигом расчленил кирасу на две половины, дышать стало легче, на груди обнаружилась пару неглубоких ран от рваных краев металла. Ничего страшного, кровь сама свернется, подумал я, прижимая к груди кусок полотна.

Мы подъехали к месту взрыва, почти перегородившего ущелье землей. Здесь уже все было закончено, оставшиеся вайхи ускакали со всей возможной скоростью. Гляди-ка, мы даже пленных взяли, вон их сколько, полсотни точно.

Ко мне начали собираться бойцы, подъехали неразлучной парочкой Дикие, полностью забрызганные кровью, от бабок лошадиных ног до навершия шлемов, пешком подошел Коллайн, неся на спине седло, не везет же ему на лошадей. Припадая на левую ногу и держась за бок, приковылял Нестор, ведя в поводу хромающую лошадь. Следом подбежали Пелай с Амином, с ружьями на плечах и парочкой пистолетом за поясом. Все, не хватает только Шлона.

Мы всей группой стояли наособицу, в стороне, наблюдая за тем, как солдаты занимаются сбором трофеев, попутно обыскивая тела вайхов в поисках добычи.

— Амин, Пелай, ищите Шлона, ищите хорошенько. Он должен быть там, возле воронки. И найдите его, очень вас прошу — я обратился к Нектору — Что с ногой? -

Нектор ответил не сразу, морщась, потер ногу, и нехотя сознался: — лошадь споткнулась, свалились мы оба. Мне ничего, пройдет. А вот Шлон…

Что тут сказать, чем помочь?

К нам, в компании трех офицеров подъехал граф фер Стянуа. Не сдерживая эмоций, он рассыпался в благодарностях, превознося наше мужество и воинское мастерство, обещая все мыслимые блага. Коллайн искоса посмотрел на меня, ожидая обычного ерничества. И зря посмотрел, парни настоящие герои. Ладно я, со своей дурацкой головой, вечно влезу в какую-нибудь историю, требуя справедливости, а парни, парни пошли за мной, ведь никто их не тянул, я даже уговаривал их быстрее покинуть это место. Молодцы, какие они молодцы. А вот Шлон…

— Господин граф, а откуда этот третий взрыв? — я показал на воронку, возле которой Пелай и Амином пытались найти Шлона.

Фер Стянуа улыбнулся, перед тем как ответить на мой вопрос.

— Выходит господин барон, этот взрыв оказался сюрпризом не только для вайхов? Мы посадили человека вон в той россыпи камней, единственной задачей которого было дернуть за веревочку, когда враги окажутся над зарядом. Ничего сложного, порох, пистолет и привязанная к нему веревка. Согласитесь, неплохо сработало.-

Спору нет, очень неплохо и очень вовремя. По всей видимости, заложили бомбу, когда я соизволил поспать после обеда.

— И сколько же их было? — спросил я у графа, имея в виду количество вайхов.

— Не меньше тысячи, никак не меньше. И это нападение оплачено золотом, понимаете барон, вайхи получили золото за то, чтобы не стало ни Сентокса ни Ингарда. — граф не стал продолжать тему, но и без того все понятно, чего уж.

Фер Стянуа продолжил свой объезд, я же тронул коня в сторону воронки, все еще питая надежду отыскать Шлона живым. Но мы не нашли его тела, да и не мудрено, в том месте такое ужасное месиво из человеческих и лошадиных трупов, разорванных на части в результате взрыва, что даже мне стало нехорошо.

Я старался держаться невозмутимым, хотя давалось это очень нелегко. Тщетно, все наши поиски не дали никакого результата, разве что Нектор утверждал, что одна из мертвых лошадей принадлежит его другу.

Наши общие потери составили около трети убитыми и ранеными. Больше всех досталось, конечно, кирасирам, что неудивительно. Анри Дьюбен получил ранение в плечо и был отправлен вместе с остальными ранеными в Ингард. Наши попытки отыскать Шлона среди тех, кого увезли в город, тоже не увенчались успехом. Исчез и все, вероятно так и попадают в списки пропавших без вести.

Мы простояли в заслоне еще сутки, ожидая повторной атаки вайхов. Разведка, посланная на поиски степняков, вернувшись, доложила, что вайхи ушли, ушли в свои степи. И тогда все мы свернули лагерь и поехали в Ингард, где нас ждал праздник, настоящий праздник.

Благодарные жители устроили нам замечательный прием, плавно перешедший в массовое гуляние с музыкой, песнями, плясками и бочонками, полными вина, открытыми для всех желающих его употребить.

Мы с Анри праздновали в здании городской ратуши, куда получили приглашение вместе с офицерами. Было очень весело, вино лилось рекой, множество призывных женских взглядов, обещающих нам, героям и защитникам то, что вайхи рассчитывали взять силой. Забыв о своих царапинах и ранах, мы со всей душой окунулись в этот праздник. Я весело общался с двумя хорошенькими девицами, когда ко мне с рукой, висящей на перевязи, подошел Анри Дьюбен.

— Артуа — сказал он — Вы нанесете мне смертельное оскорбление, если не заглянете в мой дом по дороге в столицу. Тем более что он как раз по дороге в столицу. Обещайте же мне оказать эту честь и при этом обещайте немедленно.-

Я согласился сразу, отчего же нет, в конце концов, мне самому будет очень приятно побывать у Дьюбена в гостях. Дальше текло рекой вино, произносились тосты и здравицы, играла музыка, под которую кружили в танцах пары, звучали обещания городского главы подарить всем героям золотое оружие и сделать нас почетными гражданами Ингарда, снова вино…

Проснувшись, я обнаружил себя лежа на спине в совершенно незнакомой комнате на широкой перевернутой вверх дном постели в обнимку сразу с двумя молоденькими обнаженными дамами. Они прижимались ко мне с обеих сторон, сложив на меня стройные ножки и не менее изящные ручки. Я скосил глаза направо, затем налево. Так и есть, брюнетка и блондинка. Все как в моих давних и тайных мечтах — в постели с двумя девчонками, обязательно черненькой и обязательно светлой. Я судорожно попытался вспомнить подробности ночи, но ничего, кроме смутных отрывков, не припоминалось.

Вот я целую девушку с темными волосами и кажется, ее зовут Моника. Стоп, Моника это блондинка, а брюнетку зовут… ее зовут… Лана. А может наоборот?

Господи, ну почему так случилось, за что ты меня так наказываешь? Ну причем здесь Создатель, пить надо меньше, только и всего. От моего горестного вздоха проснулись девушки и сразу защебетали. Они совершенно не выглядели разочарованными, а я продолжал мучить себя вопросами, было у меня с ними хоть что-нибудь или нет. С именами проще, одна зайка и другая тоже зайка. С эти справлюсь, не впервые. А вот как осторожно узнать об остальном, вот проблема. Набраться наглости и спросить напрямик? Можно ведь и обидеть девушек, а они такие симпатичные, такие лапочки.