Пустой азарт (СИ) - Каминский Иван

Гаррет быстро нагнулся, зачерпнул горсть песка и запитал каждую песчинку повышенным зарядом кинетической энергии, направленной в копии окровавленного рыцаря. Песок мгновенно сорвался с ладони, стараясь пронзить все на своем пути. Далее воин, игнорируя копии, ринулся к тому силуэту, который песчинки пронзить не смогли.

Копии несли в себе формулу, проникающую в нервную систему и парализующую противника при прямом контакте. Гаррет успешно защитился от этого эффекта, так как мог прекрасно контролировать свою нервную систему.

Окровавленный рыцарь не ожидал такой прыти от воина, а потому был пронзен мечом в сердце.

Но на этом проблемы не кончились. На крыше ближайшего дома появился какой-то церковник в сияющей рясе. Этот статный вид испортил его отвратительный смех. Он пропел некую молитву, и все мертвые тела поблизости пронзило потоками праны, формируя в них энергетические конструкты, отдаленно напоминающие души. Тела начали дергаться. Магия проникала в их еще не до конца умершую нервную систему, заставляя двигаться.

Гаррет задумался — сражение с некромантом могло надолго затянуться.

Возможно, стоит сбежать?

Благо у церковника были вообще другие планы. Он поднял свое тело в воздух и, мерзко хохоча, улетел в противоположном от центра направлении. Реанимированные тела, волоча конечности, помчались следом.

Остальные пока еще живые, присутствующие рядом рыцари даже не обратили на это внимания, продолжив с усиленным рвением, кромсать друг друга.

Гаррет, недолго думая, прошел мимо них.

Зараза на него не действовала. То есть, она проникала в его душу и делала разносчиком, но не меняла личность.

Наверное, нельзя стать психопатом дважды.

Он дошел до центральной площади, которая была сплошь устлана трупами.

Недалеко находился тот, кто был виновен в разгоревшемся безумии.

— Нет! Прошу! Пощади! — кричал юноша. Над ним, держа в руке кинжал, склонился невысокий мужчина в потрепанной мантии. Его лицо скрывал капюшон.

— Тише-тише, мальчик мой! Сейчас все закончится, — ласково шептал мужчина. Он водил кинжалом по обнаженной груди и шее своей жертвы, оставляя кровавые полосы, ловя каждый вздох и всхлип. В конце концов лезвие кинжала остановилось у горла.

— Мама! Мамочка! Прошу… мамкхахк… — голос юноши превратился в хрип приближающейся смерти.

Мужчина смотрел в глаза умирающей жертвы и дергался, словно в такт его агонизирующему телу.

Он наслаждался этим. Каждым мгновением.

— Санти, ты должен был устроить диверсию, которая бы отвлекла на себя все внимание, но, кажется, ты слегка перестарался! — обратился Гаррет к мужчине.

— О, прошу меня извинить, тут были идеальные условия для Катарсиса, и я не удержался… — ответил Санти и повернул голову. Он уставился на Гаррета затуманенным взглядом. Под капюшоном скрывалось молодое узкое овальное лицо с прямым носом и длинными тонкими губами. Мужчина откинул капюшон, и показались длинные, до плеч, черные волнистые волосы — внешность под стать принцу.

— А ты не любишь скрывать свои козыри, верно? Скоро сюда прибудут высшие чины Культа. По устроенному беспорядку, по следам, которые ты оставил, они догадаются от твоем Катарсисе и примут меры.

— Меры? Какие тут могут быть меры, друг мой? Вирус не может прожить без регулярного контакта с новыми душами. Как только не останется того, кого можно заразить, он быстро рассеется в природном фоне, не оставив следов. Они смогут лишь гадать, что заставило этих людей… эм, резко пересмотреть свои жизненные приоритеты.

— Все равно! Можно было бы сработать чище… Какой смысл в этой шумихе?

— О, Бледный Гаррет, а тебе так нужен смысл? — Санти встал и направился к воину, но споткнулся о тело только что убитого юноши. Он упал, уперся в землю руками, и снова встал. С невозмутимым видом вытирая запачканные руки об свою мантию.

— Все действия в нашем деле должны нести практический характер. В ином я вижу лишь ненужные риски, которые могут аукнуться в будущем.

— Практический характер в моем деянии есть. Все зависит оттого, под каким углом ты смотришь на эту ситуацию. Можно сказать, я спас это королевство!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Спас? — Гаррет скептически отнесся к утверждению своего напарника.

— Да, спас! От излишней зависимости от торговых путей. Это большая уязвимость в долгосрочной перспективе, так как они постепенно забрасывали сельское хозяйство. Происходил слишком интенсивный процесс урбанизации и рост населения. Стоит только появиться новым торговым маршрутам или развернуться крупномасштабной войне, население потеряет свой основной источник дохода и начнет голодать. И тогда в перспективе погибнет гораздо больше народа, а остатки земель разграбят соседи. Мы сейчас, выкосив административный центр королевства, создали такую же ситуацию, но в гораздо меньшем масштабе. Виктумцам придется тяжко, но они вполне способны все преодолеть, усвоив важный для себя урок.

— А, что, без пожирания собственных детей и кровавых оргий они это не смогли бы осознать? — задал резонный вопрос Гаррет.

— Ну… наверное, могли бы, но так я создал прецедент, который они никогда не смогут забыть. Память об этом заставит их быть готовыми к подобным кризисам, — нашелся Санти.

— Так мне теперь величать тебя спасителем?

— Ха-ха-ха! Я предпочитаю считать себя наставником твоей заблудшей души! И раз уж тебя не заботит будущее этих людей, то давай поищем другой ответ. Как насчет того, чтобы воспринять случившееся сегодня как демонстрацию сил? Нашему объединению нужен внушительный образ. Это способствует нашим целям. Чёртова дюжина должна вызывать хтонический ужас у каждого человека в землях Культа. Мы станем нарицательным именем самому первозданному хаосу, самой пустоте…

— В перспективе да, но на текущем этапе нам стоит действовать осторожнее, иначе мы рискуем привлечь на себя внимание Круга Апостолов, — устало прервал речь своего напарника Гаррет. — Пока нас расценивают как шайку психопатов. Но стоит им увидеть существенную угрозу, то…

— Сейчас ты поддаёшься их образу. Один раз, почувствовав их превосходящие силы, ты решил, что они непобедимы. С тех пор ты ныкался по закоулкам, атакуя, не рискуя понапрасну, словно крыса, пока мы не приняли тебя в свои ряды. Давно пора понять, что Чёртова дюжина работает иначе. Мы наносим только такие удары, от которых нельзя оправиться. А также мы все видим в нашей деятельности некое удовольствие. Кроме тебя…

— Я вижу удовольствие в выполнении своей задачи…

— Нет-нет! Это другое! Ты путаешь удовлетворение от выполнения долга и удовольствие от простых смертных радостей! Я смотрю в твой разум и вижу посреди кромешной пустоты лишь мысли о мертвом короле. Ни страстей, ни желаний. Во всех твоих действиях должен быть практический смысл. Но что если ты попробуешь сделать что-то без смысла? Просто так, из интереса!

Чертовы менталисты. Ничего от них не утаить…

— Что, например?

Санти указал на женское тело, лежащее недалеко.

— Она еще жива, но без сознания. Я сам хотел заняться ей, но так и быть уступлю своему ученику.

— Зачем?

— Просто потому что ты можешь! Просто потому что тебе это ничего не стоит. Возьми. — Санти вложил в руку Гаррета свой кинжал. — Просто сделай чик, и все!

— Я уже убивал раньше.

— Это другое. Убийство для тебя — это способ достигнуть своей цели, но ты никогда не делал этого просто так. Попробуй понять, что ты чувствуешь, отнимая чужую жизнь.

— Зачем мне кинжал, если я могу сделать это мечом?

— Это не то. Нужен близкий контакт. Загляни в ее глаза, ощути ее дыхание, почувствуй, как бьётся ее сердце, насыться ее криками, а потом прерви все это! Ну, конечно, для начала стоит жертву разбудить.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Гаррет задумался. Он ведь действительно ничего не потеряет, если сделает это. В убийствах была некая привлекательная черта — ощущение превосходства, власти над жертвой. Раньше он не задумываясь отметал эти, как он думал, ущербные чувства… Но сейчас, наблюдая за Санти, стал питать к нему непонятную… зависть.