Точку поставит сталь (СИ) - Фролов Андрей

— Действительно?

— Да, — губа Бронзы презрительно дёрнулась, — но лишь в том, что ты мне тоже не указ. И я здесь вовсе не для того, чтобы нести зло. Более того, если потребуется, во имя Диктатиона я выкорчую его, как бы глубоко ни сидел корень…

Я тревожно оглянулся на Ч’айю, всё ещё прилипшую к борту шестиколёсного фаэтона. Она, кажется, расслышала, потому что кровь ещё сильнее отхлынула от щёк. Я покачал головой: нет, детка, спокойнее, это лишь совпадение. Да и о каких корнях зла идёт речь, когда речь заходит о «Корне» с нашими сородичами?

Бронза ощерился, когда мне пришлось наклониться, чтобы спросить доверительным шёпотом, а не на тактическом канале:

— А позволь вообще узнать, что именно приказал многоуважаемый господин фер вис Кри?

Чу-ха задумался, словно не хотел сболтнуть лишнего. Наконец процедил:

— У меня есть координаты. Я должен доставить туда вас двоих. Любой ценой и как можно скорее, сисадда? Такого мне достаточно, и я не собираюсь торчать тут неделю, подтачивая нервы этих голожопых по всем правилам осадного боя. — И добавил уже для подчинённых, будто меня и рядом не стояло: — Готовимся!

Пустынники, конечно, заметили. Уловили, будто бы действительно считали в изменениях ветра. Террасы задвигались, когда покрывавшие их силуэты начали рассредотачиваться за валунами.

— Повторю в последний раз, — прокричал один из ложных хозяев горы, — убирайтесь!

Бронза зарычал и вскинул морду, даже не потрудившись выбрать адресата:

— Если ты, вонючий упёртый тупорог, не дашь нам пройти, на вас обрушится весь гнев…

Закончить пламенную угрозу ему не дали, потому что со склона понёсся протяжный вой, не суливший ничего доброго.

— Ай-ка-рита-ай, братья! Настал момент, о котором нам говорили землеройки, невидимые посланники Ди’джена и Биди! Готовьтесь, братья, нет пощады чужакам!

Я охнул и потёр лицо ладонью.

Чудовищно, но ожидаемо — Господин Киликили недурно накрутил своих марионеток, поклоняющихся богам землетрясений и запертых дверей. В другой момент это показалось бы донельзя ироничным, но сейчас внутри осталась только тоска. И ведь Культ Горы наверняка создавался предусмотрительной сукой далеко не один год, и даже десятилетие…

Боевики «Диктата Колберга» и не подумали спорить или осуждать приказы вожака, бросившись беспрекословно исполнять. Рассыпались на мелкие стаи наступательного порядка; в воздух тут же поднялся беспилотник и ещё пяток разведывательных дисков.

Первыми стрелять начали чу-ха-хойя.

п.5.; г.9; ч.2

Я услышал знакомое кххумд! буар-хитты, ещё одной, и по песку вокруг броненосцев шлёпнули первые фанга. Тут же на склонах завизжали, воздух наполнился воем глиняных свистков, и к звукам пальбы подключилось рычание псов — повинуясь воле хозяев, они рванулись вниз рвать чужие глотки.

А над горой, заставив мою челюсть отвиснуть, вдруг поднялись огромные — метров по тридцать каждая, — фигуры демонов Биди и Ди’джена — уже упомянутых защитника дверей и рождателя трясений тверди.

Будто бы вынырнув из горной плоти, свето-струнные слепки распахнули зубастые пасти и вскинули к темнеющему небу по три — как и у их матери Когане Но, — пары когтистых лап.

Я осознал, что держу ассолтер на боевую изготовку и стою так, будто в Ч’айю за «Коппульсо» собираются стрелять. А ещё подумал, что на склонах запретной горы собрались точно такие же, что и отобранные для нашего эпохального похода самим фер вис Кри — отмороженные на всю башку, готовые фанатично умереть по приказу невидимого Песчаного Карпа, в последний раз бесплотным голосом являвшегося старейшинам стаи лет эдак триста назад.

Однако приходилось признать — свето-струнные слепки оказались блестящей идеей, способной без труда разогнать излишне осмелевших кочевников. И ещё — занявших оборону под хвостом опасно-реалистичного Ди’джена уж точно не напугать визитёрами из технологичного гнезда…

Впрочем, пугать было впору самих визитёров — несмотря на рвение служить «Диктату», многие из них сейчас оказались откровенно подавлены и пялились на изображения божеств так, будто те действительно снизошли в Тиам из подземных царств, а не сгенерированы мощными проекторами. Да что там⁈ Несколько казоку-йодда даже опустились на колени, и можно было спорить, вовсе не в поисках укрытия — они молились о спасении души, сейчас принадлежавшей клану…

Я облизнул сухие губы и постарался как можно чётче оценить обстановку.

На полочки понимания категорически не втискивалось, как взрослые и обученные чу-ха, ещё сутки назад вовсю пользовавшиеся гаппи, иллюзиумным погружением, силовыми коридорами фаэтонов, пузатыми ловцами ветра и крохотными белковыми накопителями информации, махом забыли о здравомыслии и стали примитивными трусишками, в своём сознании ещё не покинувшими грязных нор, в которых столетия назад сражались с воинствами Бансури!

Впрочем, большинство криитов всё равно двинулись в бой.

Встречные фанга щёлкали по «Коппульсо» и взбивали вокруг глиняные фонтанчики, изредка даже звенели по наплечникам и шлемам. Атакующие тоже взялись поливать склоны, но с врождённой меткостью всех хвостатых это выглядело чудовищно, и процент поражения с обеих сторон выглядел неприлично низким.

А вот собаки…

Они-то промахиваться не любили.

Когда первые несколько псов слетели со склона и врезались в наступательные порядки стаи Энки, Ч’айя невольно вскрикнула. Врать не стану, вблизи рассмотрев оскаленные клыки по десять сантиметров длиной, летящую с морд пену и вздыбленную шерсть я тоже чуть не дрогнул.

В них, конечно, сразу начали палить, причём на короткой дистанции эффективность такой стрельбы оказалась куда выше. Однако же вот я заметил, как одного казоку-йодда в пяти метрах от бронефаэтона задрали сразу два пса. Окружили, накинулись, метко вцепились в бедро и шею над горжетом, и яростно, почти не рыча, измочалили на куски, не обращая внимания на град фанга, которыми напарники бедняги нашпиговывали их со всех сторон. Наконец звери издохли, визжа сквозь стиснутые зубы и истекая кровью, но челюстей так и не разжав…

Я увидел, как Бронза сформировал вокруг себя малую стаю из примерно семи-восьми бойцов и последовательно смещается на левый фланг.

Над головой протяжно загудело ву-у-ух!, ву-у-ух!, заставив прикрыть девчонку всем телом и вжаться в борт «Коппульсо», и я не сразу сообразил, что с транспортов взялись работать бомбомёты.

На террасах рвануло, сначала без особой вспышки — шумо-осколочным, для подавления и устрашения, но совсем сразу с грохотом, во все стороны раскидывая осколки камней и оторванные лапы. В небо пыхнуло огненным столбом, окутавшим торс свето-струнного демона.

Ч’айя ахнула так понятно и отчаянно, что у меня подкосились колени. Через миг я представил, как жидкий огонь вливается в норы с самками и их потомством… но девчонка пеклась вовсе не о них.

— Прекратить! — закричала она на стайном канале, причём твёрдый голос никак не вязался с бледностью лица. — Байши, Бронза, немедленно отставить бомбы! Нельзя повредить гору!

Тут докатилось и до меня…

Высунувшись из-за массивного колеса, словно визуальный контакт с Девятым Когтем «Диктата» мог помочь достучаться до твердолобого казоку-йодда, я тоже заорал в стайную «мицуху»:

— Отставить пальбу по склонам! Это приказ!

Бронза (я видел его на склоне, метрах в пятнадцати выше и левее) замер, будто и правда уловил мой взгляд; присел за камнем, обернулся к бронефаэтонам и оскалился. Мне показалось, чу-ха остался недоволен, но раздумья вожака не были долгими.

— «Скорлупкам» отбой по «прессам», работаем с лёгкого, — прошипел он во всеуслышанье. — Когда поднимусь до отметки «шесть-два», «Первый Зуб» вперёд по намеченному маршруту.

Сменив кассету ассолтера, Ишима Квичи выскочил из укрытия и припустил по склону вверх, увлекая за собой остальных. За нашими спинами взвыл двигатель одного из «Коппульсо», туша рванула с места, развернулась и начала закладывать широкий вираж, выходя на обозначенный Когтем курс.